– Первый месяц курса специальной подготовки будете проходить здесь же, – напряжение начало спадать.– Но не в расположении базы. Для вашего размещения подготовлен бункер, на базе стрелкового тира. Там вам предстоит находиться на протяжении четырех недель, окружающая местность условно заражена, в результате применения ядерного и других видов оружия массового поражения. Выход на поверхность – для охраны в ночное время, для проведения занятий по уже освоенной вами программе – в дневное. Находиться на территории базы категорически запрещено, принимать или передавать какие либо предметы тоже. При несоблюдении условий или условном поражении одного из участников группы, период продлевается на промежуток времени до такого события. Время условного применения ядерного оружия – 15.00, сегодня. Рекомендую заняться подготовкой к длительному пребыванию в условиях вынужденной изоляции немедленно. Если вопросов нет, все свободны. Командир группы остаться. Когда все вышли, он продолжил:
– Что касается выполненного задания, разбора полетов не будет, не все прошло гладко, но и рамки были жесткими. Тем не менее, чтобы не было лишних иллюзий на этот счет. Местоположение объекта в ближайшее время планируется перенести. Тому есть несколько причин. Во-первых: его расположение недавно перестало быть секретом для вероятных друзей, чего не скажешь про систему охраны, на степень секретности, думаю, обратил внимание. Во-вторых: сама система охраны устаревшая, особенно, что касается технической ее части. Именно поэтому появилась возможность проведения операции. Одним из условий было то, что по окончании, с нашей стороны будут изложены подробные рекомендации по усилению охраны. Ну и последнее, решающую роль сыграла инициатива Аркадия Борисовича, решившего Вам помочь, это на его совести, хотя если считать его одним из группы… сам понимаешь. Но в целом, повторюсь, задание выполнено. Поэтому в ближайшее время жду от тебя предложений, относительно системы охраны, условия надо выполнять. И еще одно, спасибо за Алену, она моя дочь.
Я сделал вид, что удивлен этому факту, а сам погрузился в размышления по поводу причин, побудивших полковника это сделать. Ибо давно уже усвоил, не важно что происходит, а важно почему именно так. В отношении людей – неважно, что они говорят, а важно почему. Интересно, когда я увижу его в генеральской форме? Размышления были прерваны.
– Собирай своих с вещами, как готовы будете, отправляйтесь знакомиться с убежищем, Аркадий Борисович покажет.
Глава 3. Убежище
"Если достиг предела, сделай еще один шаг и постигнешь истину…"
(Китайская народная мудрость)
Загрузив вещи и припасы в БТР, который стараниями Сомова был превращен в боевой грузопассажирский транспорт, больше похожий на машину мародеров, выехали к новому пристанищу. Ехать далеко не пришлось, но и тащить на себе груду вещей тоже было не с руки, только погрузка и выгрузка заняли около часа. Тир находился всего в километре от базы, в холмистом углублении леса. Помню, что при первом посещении в начале пребывания на базе, нас слегка озадачило его расположение и заглубление в землю. Скорее всего, это было переоборудованное бомбоубежище. Теперь, за время нашего отсутствия на базе, тир был переоборудован в автономное укрытие. Кто и когда занимался подготовкой, для нас осталось загадкой, но изменения были не малые.
В первую очередь модульный шлюз дегазации и дезактивации на входе, который занял почти весь коридор. Обе массивные металлические двери, напротив друг друга, до этого закрытые, были распахнуты настежь и вели в коридоры технического и жилого отсеков. Основное поле тира было поделено невысокими перегородками на рабочую зону и зону отдыха, до мишеней оставалось метров десять свободного пространства. В качестве экскурсовода выступал Аркадий Борисович, который не без гордости объяснял нам, где что находится и как этим пользоваться. Начиная от фильтровентиляционной установки и заканчивая душевыми. Запасы продовольствия рассчитаны были на десять человек на срок до трех месяцев, голодная смерть нам не грозила. Запасы были сделаны не вчера, на всякий случай проверил срок годности на одной из упаковок – две тысячи шестьдесят второй год, не просрочено. Электропитание – от внешней сети и резервного дизель генератора. Водоснабжение от автономной артезианской скважины. А вот кухня с электроплитой была маленькая, едва можно было развернуться двоим, но, если подумать, что тут двоим делать? Столовая с большим столом была расположена отдельно. В целом тщательный осмотр нас удовлетворил. Со слов Борисовича, мы не первые, кому доводится обживать это пространство под землей, общей площадью около тысячи квадратных метров, поэтому решили в этих вопросах довериться ему. Однако доверяй, но проверяй, очень скоро обнаружились недостатки. Первым тревогу забил Сомов, которого не устраивало полное отсутствие спортивного инвентаря. После короткого обсуждения было решено доставить сюда из спортзала минимальный набор: беговую дорожку, штангу и боксерскую грушу, причем Сомов настаивал на том, что если не влезет в БТР, то он принесет это все вручную. Ободренная таким развитием событий, Алена заявила, что неплохо было бы прихватить набор посуды с кухни, по тому как имеющаяся не совсем практичная и удобная – возражений не последовало. К сказанному мне добавить было нечего, я на всякий случай проверил наличие средств защиты, хранящихся в отдельной комнате и боеприпасов, но тут тоже всего было с избытком. Как бы то ни было, пришлось делать еще три рейса, подвозя то одно, то другое. Время до обеда пролетело в суете, напоминающей заботы хомяков, готовящих запасы на зиму и забивающих зерном многочисленные кладовки.
После доклада полковнику о готовности, настало время обеда. Даже не обеда, а маленького пира, Татьяна расстаралась на славу. Настроение было бодрое, за столом вели разговоры на отвлеченные темы, потеряв счет времени. Когда обед уже заканчивался, внезапно раздался сигнал тревоги и голосовое оповещение «Внимание. Боевая тревога. Угроза применения ядерного оружия». Беззаботное настроение улетучилось. Полковник сидел и смотрел на часы. На моих было 14.50. Растерянности не было, все уже знали, как предстоит действовать. Вооружились. Загрузились в БТР, задраили люки, включили нагнетатель и приборы контроля. Надели защитную одежду и противогазы. В 15.00 уже находились в убежище, проходили первую процедуру очистки, больше для тренировки, БТР оставили возле входа.
Не успели осмотреться, как погас свет. Не без труда нашли тактические фонари. Попытки переключения рубильника на вводном щите ни к чему не привели, стало очевидно, что напряжения вешней сети нет, надо запускать генератор. Борисович, конечно, объяснял, как это делается и инструкции были, но провозились долго, прежде чем в помещении зажглась первая лампочка Ильича. Помещение наполнилось гулом и запахом топлива, Сомов сиял, как будто первый раз в истории человечества добыл искру, Алена поспешила удалиться.
– Командир, я тут пока понаблюдаю за работой, пока не прогреется до конца, мало ли что.
– Давай, как освободишься, подходи.
Первый пакет с инструкциями надлежало вскрыть в восемнадцать часов. Было время осмотреться. Алена ходила по помещениям, проверяла работу освещения и электроприборов. Во всех помещениях, кроме главного, освещение горело почему-то тусклее, чем раньше.
– Плита не работает, – обрадовала она.
Пошли разбираться вместе. Пока разбирались, свет загорелся ярче, плита заработала. Через пару минут появился Сомов.
– Командир, все в порядке, работает как часики, – отрапортовал значит.
– Что это было? – показал на лампочку.
– Разобрался, два режима работы генератора, основной и экономичный.
– В экономичном, судя по всему, плита не работает. А что с топливом?
– Считать надо, в основном режиме на полгода где-то, подача из подземного резервуара, Борисович говорил, что под завязку.
– Тогда занимаем комнаты, расходимся по зонам ответственности, все осматриваем детально, через два часа собираемся здесь же и открываем подарки. Такие планы.
Возражений не последовало, разошлись по комнатам, заскрипели двери, надо было смазать петли. Спальные помещения на двух человек, так что места с избытком, для убежища конечно. Комната по размерам была чуть больше чем на базе и, понятное дело, не было окон совсем, от этого она казалась меньше, и напоминала склад для инвентаря, было неуютно. Картину дополняли бетонные стены и пол, без следов отделки или даже попытки таковой и бетонный потолок, выше обычного метра три, но все равно давящий своим серым цветом. Бетонный мешок, да и только. Звука работы генератора при всех закрытых дверях было почти не слышно, во всяком случае, уже через час я на него перестал обращать внимание. Возможно дело в особенностях работы мозга, относившим этот шум к фоновому и перестающим его замечать. С оружейной комнатой разобрался быстро, кроме принесенного нами оружия и сейфа, набитого боеприпасами до отказа, больше ничего не было. Оружие почищено, расставлено по местам, оптика отдельно, шлемы, бронежилеты, все как обычно. Со средствами защиты оказалось сложнее. Помимо носимых комплектов, хранящихся в герметичном шкафу возле шлюза, перед последней дверью ведущей в помещение, или раздевалке, как мы успели ее окрестить, здесь были Демроны различных моделей, РЗК, Л-1, противогазы различных модификаций, запасные фильтры, приборы разведки, дозиметры. В общем, это был склад, чтобы осмотреть все требовалось время. К счастью нашлась опись, которую я прихватил с собой. Алена, тем временем, осмотрела и пополнила запасы медпункта, провела ревизию продовольствия, сделала забор воды для анализа. Сомов занимался системами жизнеобеспечения. Если с генератором уже разобрались общими усилиями, то с системами фильтрации и подачи воздуха и водоснабжением еще предстояло работать. То, что эта работа идет в нужном направлении я понял, когда забулькали трубы, избавляясь от воздушных пробок и добавился гул вентиляционной установки, который тут же слился с гулом генератора. Воздух заметно посвежел, избавляясь от запахов сырости и запустения. Убежище оживало, мало того оно уже жило, как единый организм огромного зверя, затаившегося под землей, подобно легендарному Левиафану в толще воды, глазами и ушами которого мы должны были стать. Вот с выходом на поверхность было пока не ясно, полковник сказал, узнаете все из инструкции. А время уже подходило. Собрались в рабочей зоне, обменялись результатами работы.