После привычной системы шлюзов, я ожидал увидеть знакомую картину убежища, разве что масштабами больше, но я просчитался, думая, что меня уже невозможно удивить. После очередных ворот мы выехали на поверхность. Именно так я в первые мгновения и подумал, потому что каменных стен и потолка не было. Вместо этого была поверхность полусферы, которая заменяла все, светилась при этом ровным холодным светом, создавая полное ощущение открытого пространства. Посередине этого круга на полу был металлический контейнер, в форме цилиндра. Он и был источником этого явления, испуская вверх мертвенно голубой узкий луч света. От неожиданности я резко ударил по тормозу.
– Что это?
– Искусственная среда, – менторским тоном ответила Алена, явно довольная моей первой реакцией на это.
– Милая, мне это ни о чем не говорит, – я требовал разъяснений.
– Это объяснять долго, считай, что система охраны, выходим, по дороге расскажу, нас ждут.
Только мы вышли, свечение полусферы начало тускнеть, пока совсем не погасло. Глаза с трудом привыкали к изменившемуся освещению и проступили знакомые очертания подземного убежища. Я вздохнул с облегчением, увидев широкие улицы и перекрестки с родными двухцветными светофорами, разметкой и рядами ворот по обе стороны от этой улицы. Только потолок терялся где-то в вышине и был странной куполообразной формы из оплавленного камня. В воздухе отчетливо пахло озоном.
Пока шли до лифта, Алена мне начала объяснять:
– Это синтезатор искусственной среды или генератор поля, разрабатывался как горнопроходческое оборудование, потом разработку засекретили и передали в использование Роскосмосу. С его помощью планировалось осуществлять колонизацию планет с непригодными для жизни условиями. В разных режимах этот синтезатор может выполнять различные функции, основной из которых является защитная. В пассивном режиме он может применяться как защита от всех видов вредного воздействия, включая космическую радиацию, вредные излучения, при этом не действует на живые организмы, другими словами создает своего рода аналог атмосферы, без наполнения ее смесью газов. В боевом режиме может использоваться как защитное поле от метеоритов и любого вида оружия, а также для расширения искусственной среды, без характерной для таких процессов выработки. Чем активнее сопротивление внешней среды, тем выше мощность этого поля, преобразующего материальные носители в чистую энергию поля. Поэтому пространство внутри этого поля называют искусственной средой. Понятно объясняю?
– В общих чертах, – я кивнул.
На самом деле, вопросов появилось еще больше, решил оставить на потом, только спросил:
– Ты по этой теме кандидатскую защищала?
– Что ты, – она рассмеялась, – если бы это изобретение стало общеизвестным, за него Нобелевскую премию дали бы.
– Почему тогда нельзя накрыть такими куполами города и районы?
– Потому что эти установки имеют ограниченный радиус действия, потом либо поле ослабевает, либо начинает неконтролируемо расти при наличии сопротивления внешней среды. Да и поддержание этого поля требует колоссальных затрат энергии.
– Откуда в убежище такие возможности? – задал я закономерный вопрос.
– Геотермальная электростанция обеспечивает энергией объект с избытком.
– А как тогда….
Она не дала мне договорить, мы подошли к лифту.
– Ты случайно не из научного отдела? – звонко рассмеялась – Пошли. Все потом.
Я уже не удивлялся, когда из лифта на минус первом уровне мы вышли в просторный холл в форме круга, метров пятьдесят в диаметре. Свернули в один из уходящих радиально коридоров и оплавленными сводами. Чем дальше мы продвигались, тем отчетливее становилось сходство не с подводной лодкой, а с космической станцией или колонией, так, наверное, они должны выглядеть. Пол из полимерного покрытия с подсветкой, гермодвери, скудное освещение как в пасмурный день и многие другие на первый взгляд знакомые вещи, при ближайшем рассмотрении были необычны, хотя и выполняли привычные функции. Позже, когда изучил план объекта, я нашел логическое объяснение на все свои вопросы, сейчас же не знал, как реагировать на подобное нерациональное, на первый взгляд, использование пространства. Потому и кабинет полковника имел все ту же круглую форму с высокими сводчатыми потолками, освещение располагалось по кругу на высоте около трех метров от пола, давая ровный дневной свет и отсекая остальной объем. Кабинет больше похож был на конференц-зал, но вместо круглого стола была практичная мебель футуристического вида. Четверть стены занимал огромный панорамный экран, на котором сейчас была заставка логотипа проекта: заглавная буква греческого алфавита в форме подковы в качестве орбиты с графическим изображением земли с контурами континентов внутри. На рабочем столе стояли полукругом три монитора.
За столом сидел Виталий Семенович, жестом показал – присаживайтесь. Слева от него пространство каким-то образом привлекло мое внимание, что-то неуловимое, может с воздухом или тенями. Списал бы это на особенности освещения, если бы Алена не кивнула, глядя именно в эту точку, как бы приветствуя и явно не хозяина кабинета. Усаживаясь на кресло, я не сводил с этой точки своего взгляда. Воздух слегка переливался, пространство едва заметно искажалось.
– Я же говорил, заметит, – по-прежнему глядя в монитор, заявил полковник.
– Не заметил бы, если бы Алена не выдала, – прозвучал шипящий голос из пустоты.
Вслед за этим на том самом месте, с которого я не сводил взгляда, появилась фигура человека, облаченного в черный боевой скафандр. Матовая поверхность совершенно не отражала света, может даже поглощала его. Внешняя конструкция напоминала тугие переплетения мускулов, особенно на руках и ногах, от чего вид был довольно зловещий. Образ дополнял черный матовый герметичный шлем с перфорацией переговорного устройства и объективами интегрированных устройств. Лицо закрывало непрозрачное стекло. Оружия при нем я не увидел.
– Если бы не двигался, я бы и не заметила, – не осталась в долгу Алена.
– С оружием тоже так получится? – задал я вопрос и посмотрел на командора, с трудом переключая внимание со скафандра.
– С оружием не получится. Алена тебя уже пора наказывать за разговорчивость, – полковник погрозил ей пальцем. Очевидно, моя осведомленность смазала эффект. – Знакомься, майор Кириллов, штатный разведчик-инструктор, лицо то покажи, – сказал, обращаясь уже к нему.
Человек в скафандре поднес руки к затылку, нажимая одновременно на боковые поверхности и стекло поднялось вверх, скрываясь в корпусе шлема. Я ожидал увидеть лицо человека умудренного опытом, однако это было не так. На меня смотрело лицо человека, едва ли старше меня. Высокий лоб, глаза с прищуром, рот в широкой улыбке. Он был явно доволен своим розыгрышем, наверняка это была его идея. Судя по всему меня ему представлять не надо было, Алену тем более. Еще один шутник, не многовато для одной группы?
– Алексей Иванович будет вашим инструктором. Начиная с завтрашнего дня, в течение недели, познакомит вас с устройством и боевыми возможностями скафандров. С расположением и планировкой объекта ознакомитесь самостоятельно, Алена покажет. Вся информация есть здесь, – полковник выложил на стол ноутбук в защищенном корпусе. – Сейчас располагайтесь в жилом блоке группы, отдыхайте, начинайте знакомиться с объектом пока виртуально. По поводу нашего разговора, принято решение об увеличении состава вахты на одного человека. Завтра в десять – у меня. Если вопросов нет, не задерживаю.
Алена светилась от счастья, последняя новость касалась именно ее и меня, тревоги последних дней ушли в небытие.
– Я провожу, – вызвался майор. Виталий Семенович согласно кивнул.
Не покидая уровень, мы повернули в один из коридоров, следуя за черной фигурой. Обратил внимание на естественность и плавность движений, скафандр никак не ограничивал свободу провожатого монстра. Дошли до очередной гермодвери с надписью: «БЧ Омега» и изображением логотипа проекта на щите. На расположение дверей и комнат внимание не заострял, будет время все изучить подробно. Однако основным отличием были привычные прямоугольные формы коридоров и помещений, и бетонные стены, а не оплавленный камень.
Ни о каком совместном размещении речи быть не могло, поэтому заняли соседние комнаты, которые, не в пример убежищу на базе, были намного просторнее. Обстановка напоминала скорее больничную палату какой-нибудь частной клиники и все было продумано до мелочей. Одну стену полностью занимал встроенный шкаф-купе с системами хранения и сейфом. Неприметная дверь в небольшой, практичный санузел с душевым уголком. В комнате кухонная зона с холодильником и микроволновкой, чайником, шкафом с посудой. Такая квартира в миниатюре, где все под рукой. Был даже телевизор, точнее панель, встроенная в стену напротив кровати, наверняка предназначенная не для просмотра шоу. В общем да, палата, только клиники, расположенной где-то на орбите, знакомые предметы мебели и бытовые приборы угадывались лишь интуитивно.
Только разложил свои вещи и принялся осматривать новые апартаменты, как раздался сигнал видеофона входной двери, и на экране появилась Алена.
– Пустите меня, – она улыбалась, и что-то добавила шепотом.
Открыл электронный замок, впустил.
– Ну как тебе? Осваиваешься? – задала вопрос с порога.
– Как тебе сказать, пока осматриваюсь.
– Неуютно, правда? – она слегка повела плечами, как от прохладного ветра.
– В смысле? Тебе не нравится?
– Да нет, просто неуютно, все удобно и хорошо, но неуютно. Чувствую себя гостем, причем не надолго, как в гостинице, – закончила она, оглядываясь по сторонам.
– Я бы сказал в палате, но в любом случае лучше, чем в любом из убежищ. Бывало и хуже.
– Это да, – она вынуждена была согласиться. – Но нам здесь жить, причем раздельно. Если бы просто в жилом блоке, то пожалуйста, а так…– ее настроение мне не нравилось.
О том, что решили пожениться никому пока решили не гово