рить. В конце обучения, перед вахтой будет дней десять на улаживание личных дел, вот тогда и озвучим. Да и не изменит это ничего, этот блок не рассчитан на семейные пары, приходится мириться.
– Когда можно будет посмотреть на капсулы? – спросил чтобы как-то отвлечь.
– Сегодня, я думаю, после ужина. Пропуск надо получить, только это не так просто.
Она протянула мне ладонь левой руки с отставленным большим пальцем и сказала:
– Потрогай.
Между большим и указательным пальцами, было уплотнение, которое почти не прощупывалось.
– Что это?
– Микрочип, личный идентификатор, работает как пропуск на все случаи жизни. У тебя уровень допуска, в отличие от меня, будет неограниченный. Иногда система может запрашивать дополнительные данные: пароль, электронный ключ, отпечаток ладони, сетчатки глаза, биометрию, но этот основной. Без него ни одна дверь, за исключением низшего уровня допуска не откроется. Ладно, это после ужина, пойду я своими делами займусь. Зови если что, – она указала на панель на стене.
Я проводил ее и поцеловал на прощанье. Надо было разобраться с ноутбуком и тем, что полезного я могу из него извлечь. Внешне обычный ноутбук оказался не так прост. То, что он был тяжелее своих аналогов, это само собой. Подобные модели военного назначения мне приходилось держать в руках не раз и не два. Однако у этого экземпляра отсутствовали какие-либо разъемы в принципе, даже для подключения к сети. Сразу после включения он затребовал отпечатки всех моих пальцев, хорошо, что только рук. Потом запросил создание пароля и запустил сканирование параметров лица и сетчатки глаза и только после этого соизволил запуститься. Во время запуска операционной системы последовала заставка с логотипом проекта, потом и сама система, совершенно незнакомая. Разобрался быстро, в пользовании она оказалась довольно проста. Через тридцать минут я уже сидел и перелистывал бесконечные файлы и папки, содержащиеся на диске. Объем информации был огромный. Судя по названиям файлов, здесь содержалась если не вся, то большая часть информации о проекте, от истории создания, до исследований и личных дел участников проекта. Алена была права, уровень доступа был неограничен, я без труда открывал файлы, которые меня интересовали. Через час я понял, что подобным образом ничего не добьюсь, слишком большой объем информации. К счастью, обнаружилась удобная внутренняя поисковая система. Решил помимо системного изучения сведений, довериться интуиции и искать ответы на вопросы, которые меня больше всего интересовали.
Прежде всего, я хотел знать, где нахожусь и как здесь ориентироваться. На экране появилась трехмерная модель «Омега-центра». Я мог свободно перемещаться между уровнями, увеличивать и уменьшать масштаб, не говоря уже о том, чтобы вывести просто план отдельного помещения. Всего оказалось шесть подземных уровней и один надземный. Примерно десятая часть объекта имела обычную планировку, схожую с объектами категории «С», располагалась на месте шахты, закрытой в начале прошлого века, оставшаяся часть была следствием работы по его расширению. В центре каждого уровня было огромное помещение куполообразной формы, от которого в четыре стороны вели тоннели к таким же помещениям поменьше. От центральных коридоров уходили многочисленные ответвления. И ни одного прямого угла. Схема напоминала снежинку или ветвь дерева с многочисленными побегами и листьями в одной плоскости. Такое расположение помогало, очевидно, не заблудиться в этом лабиринте. По углу выхода коридоров в сторону основного, ведущего в общий зал, всегда можно определить направление движения даже в полной темноте. Объем выработки строителей совсем не интересовал, потому что ее просто не было. Радиус помещений был равен высоте сводов и ограничивался видимо расстоянием между уровнями. Планировка, изначально вызывавшая у меня недоумение, теперь выглядела как совершенная, о способах прокладки тоннелей и комнат я догадался по их форме и воспоминании о синтезаторе искусственной среды, который иногда сокращенно именовался, даже в документах, генератором поля. С каждого уровня, помимо оборудованного общего запасного выхода, имелись один, а то и два запасных, полностью изолированных выхода. Многочисленные вентиляционные шахты и каналы создавали разветвленную сеть, оборудованную системами очистки и фильтрации, с возможностью перехода на полностью автономный режим за счет регенерации воздуха. Каждый уровень был полностью автономен и при необходимости мог функционировать независимо от других. Исключение составляло энергообеспечение от общей электростанции, однако на каждом уровне предусматривалась резервная энергоустановка. В центральном зале каждого уровня, диаметром около пятидесяти метров, находился генератор поля, который был частью охранной системы. При угрозе нападения или разгерметизации уровня он переходил в боевой режим, перекрывая входы в боковые коридоры и обеспечивая защиту укрывшихся под куполом людей, либо запирал под своим сводом незваных гостей, постепенно сжимаясь до минимального радиуса, превращаясь в тюремную камеру со сферическими стенами из ярко красного силового поля. Переключение режимов происходило как в автоматическом, так и в ручном режиме. Эти же генераторы, в случае крайней необходимости, могли использоваться для соединения уровней по вертикали.
Я без труда определил свое местоположение и расположение комнаты боевого дежурства, которая сейчас находилась на этом уровне. Это была единственная комната, которая могла менять уровень с первого по шестой, подобно кабине лифта. Сколько времени продолжалась работа по устройству этого подземного города, было трудно сказать, но я был уверен, что со времени создания проекта, эта работа не прекращалась ни на день.
Личные дела сотрудников меня интересовали не в последнюю очередь. Ограничился просмотром только тех, с кем лично уже довелось общаться, узнал много интересного. Это было не просто любопытство, часть из этой информации мне необходимо будет учитывать в дальнейшем. Майор Кириллов Алексей Иванович, разведчик-инструктор, оказался старше меня на одиннадцать лет, десять из которых провел на длительной вахте, имел внушительный послужной список и являлся нештатным заместителем командира группы. Помимо него, еще семь человек в званиях не ниже капитана, сейчас находились в качестве инспекторов-наблюдателей на различных объектах проекта. В период между вахтами все члены группы продолжали активное участие в проекте в качестве инструкторов, наблюдателей, инспекторов и контролеров, проводили отбор кандидатов на участие в проекте в различном качестве, от бойцов подразделения до лиц, подлежащих эвакуации в час «икс». Все занимали временные должности руководителей на объектах категории «С». Другие десять человек находились на долгосрочной вахте, среди них еще один заместитель, уже штатный – командир боевой группы, майор Томский Николай Сергеевич, почти двадцать лет вахты, старше на девятнадцать лет, то есть моложе на один год в реальности. Со всеми из них мне предстоит познакомиться в ближайшее время, поэтому их личные дела поместил в отдельную папку на рабочем столе ноутбука. К этой папке добавились папки с планировкой и кратким описанием объектов проекта. О знакомстве со всеми уровнями и подразделениями «Омега-центра» можно было забыть, на это потребуется слишком много времени. Поэтому для себя выделил, то с чем ознакомиться надо в первую очередь. Я продолжал шелестеть клавишами, когда вновь зазвонил видеофон – Алена звала на ужин.
В просторной столовой, рассчитанной на тридцать человек, меня ждал празднично накрытый стол. По какому случаю даже не стал спрашивать, поводов было предостаточно. Стало понятно, чем именно занималась Алена, пока я вникал во все сложности проекта, а вот как ей это удалось, для меня оставалось загадкой.
– Мама припасла кое-что к нашему приезду, – поспешила она объяснить, видя мое замешательство. – Завтра приглашает нас на семейный ужин.
– Она тоже здесь? – спросил для порядка.
– Конечно, их отдел практически живет здесь, за исключением трех месяцев отпуска в году. Бывает, что и отпуск проводят здесь же.
– А как же выход на поверхность?
– В этом никто не ограничивает, есть определенные правила, а так, хоть два раза в день, всегда пожалуйста.
– И как продвигаются исследования?
– Успешно, все что ты видишь вокруг себя, создано или усовершенствовано благодаря нашим исследованиям. Но направлений очень много, сам понимаешь, всем и сразу заняться не получится…
– Ты случайно не из научного отдела? – я вернул ее шутку, потому что уже очень хотел есть. – Кстати, где Кириллов?
– Он раньше поужинал, по-моему, он догадался про нас.
– Да что ты говоришь? Борисович мне сказал, что у нас с тобой на лице все написано, так что не удивительно. Его точно здесь нет? – я нарочито стал осматриваться по сторонам.
– Точно, – Алена засмеялась. – Я Алексея давно знаю, хороший человек, и пошутить любит. Скорее всего, он был одним из наблюдателей.
Я почувствовал легкую ревность, но чувство голода оказалось сильней. Глупости.
Сразу после ужина отправились в медицинский блок. Вопрос о вживлении чипа был решен, меня даже не спрашивали, принял как должное. Через десять минут манипуляций с моей левой рукой, я стал счастливым обладателем личного идентификатора. Сложной операции не было, как и следов от устройства, напоминающего инъектор, но все равно дискомфорт чувствовался. От желания прощупать сам чип, меня предостерегли, пусть приживется. Путь в комнату боевого дежурства был свободен, но сегодня посетить ее не получилось. Мало того, что мои персональные данные еще не были полностью введены в систему, оказалось, что это мероприятие перенесено на завтра. Я не стал настаивать, по большому счету, раньше или позже, значения не имеет. После ужина продолжил изучать информацию о проекте, пока не пришла Алена со вполне очевидными намерениями. Все правильно, совместное проживание не предусмотрено, однако ходить друг другу в гости никто запретить не может. Мало ли какая срочная необходимость возникла для свидания ночью. Это было своевременно, иначе я провел бы всю ночь до утра за монитором. Даже поверхностное ознакомление вызывало забытое чувство нереальности происходящего. Так что визит Алены был весьма кстати и позволил отвлечься от проекта хотя бы на ночь.