доставив решить довольно сложную вводную. Когда и с этим было покончено, я увидел, что результатами он доволен.
– Хорошо. Теперь нет желания оставить проект и вернуться к обычной жизни? Вдруг повезет и случится чудо? – не без иронии задал последний вопрос.
– Нет, не смогу, у меня теперь вся жизнь в этом проекте. А там неинтересно. Смысла нет, – это была правда.
Он задумался ненадолго, кивнул головой, соглашаясь.
– Хорошо, тогда отдыхай до вечера, Алену ко мне пригласи.
Экзамен Алены прошел быстрее, около трех часов. По завершении она вернулась довольная и сообщила:
– Все хорошо, у нас получилось. Через полчаса у него в кабинете в полной боевой.
Едва успели перекусить и переодеться в скафандры, чтобы не опоздать. В кабинете уже была целая делегация. Михаил Дмитриевич, Людмила Михайловна, Кириллов и еще один человек в боевом скафандре, двое медиков – у всех торжественные и напряженные лица. Я не понимал такой суеты, и надеялся, что к нам с Аленой это не имеет отношения. А медики зачем? Вдруг нам станет плохо?
– Проходите, распишитесь, – он подвинул к нам отпечатанные листы бумаги, – Приказ о назначении майора Егорова Константина Сергеевича на должность командира специального подразделения «Омега», поздравляю. Приказ о назначении капитана Цветковой Алены Витальевны на должность разведчика-снайпера специального подразделения «Омега». Поздравляю.
Мы послушно расписались, от возгласов радости и выражения благодарности воздержались. Остальные по очереди подходили и поздравляли. Незнакомец в скафандре оказался моим подчиненным. Времени на знакомство не было, потому что полковник уже направлялся к выходу и пригласил следовать за ним. Только когда мы подошли к двери комнаты боевого дежурства, я догадался, что сейчас должно произойти и первый раз за последнее время заволновался. Все расступились, давая мне доступ к консоли системы охраны. Когда двери открылись, все зашли внутрь вслед за мной. Три человека в скафандрах, включая Алену, заняли места у входа и выходов в соседние коридоры и комнаты. Медики встали по бокам от командирской капсулы. Остальные в свободном пространстве за монитором. Я был возле монитора и сейфа, там, где мне и положено быть в таких случаях.
– Протокол «Омега» запустить, – скомандовал полковник.
Я проверил показатели командирской капсулы, проговорил их вслух, открыл сейф, достал пистолет и ключ. Сработало защитное поле, купол загорелся красным светом. Подошел к седьмой, командирской капсуле и положил ключ в углубление на крышке. Первые секунды ничего не происходило, потом крышка капсулы стала складываться секциями подобно ракушке и поползла вниз, к основанию. В открывшейся капсуле находился человек в таком же как у меня скафандре, который почти сразу приподнялся и сел. Осмотрелся по сторонам, увидел меня
– Ты знаешь, где находишься? Звание, должность, фамилия, имя, отчество, позывной? – проговорил я, выполняя стандартную процедуру.
– «Омега-центр», комната боевого дежурства, капитан Томский Николай Сергеевич, заместитель командира специального подразделения «Омега», командир боевой группы, позывной «Глобус». Здравствуйте все, рад вас видеть.
– Здравствуй, Николай, С Днем Рождения, – ответил за всех Виталий Семенович, – протокол «Омега», вахта закончена. Поздравляю.
Медики подошли к нему подключили провода к разъему на шлеме для считывания показателей, после чего доложили:
– Все в норме, можно продолжать.
Я передал ему оружие и ключ, так положено по инструкции, остальных бойцов группы выводить должен был он. Томский без возражений принял на себя эту роль, видимо это ему было уже знакомо. Подошел сначала к правой от своей капсуле, потом к левой. Еще два человека поднимались из капсул, звучали стандартные формы проверки и приветствия. К следующим приступали только после того, как убеждались, что с предшественниками все в порядке, о чем сообщали медики. Три раза прозвучал вопрос «Что случилось?», из чего я сделал вывод, что это их первая вахта. Никто не пытался задавать вопросы, дожидаясь, когда процедура завершится. Замешательство вызвала одиннадцатая капсула, но я вовремя подсказал, что ее трогать не надо. Через двадцать минут возле открытых капсул стояли десять человек, лиц разглядеть не получилось, защитные стекла шлемов были опущены, как и у нас. После этого сначала переключилось защитное поле в пассивный режим, потом по команде Томского, бойцы подняли защитные стекла. То же самое сделали и мы. На меня смотрели десять молодых лиц с широкой, во все зубы улыбкой. От такой картины я сам широко улыбнулся и чуть было не испортил всю важность момента идиотским смехом, едва сдержался. Полковник своей радости не скрывал:
– С Днем Рождения всех и присвоением очередных воинских званий, поздравляю, рад вас всех видеть, протокол «Омега», вахта закончена, – дождавшись, когда стихнет гул голосов, он продолжил: – Представляю командира специального подразделения «Омега» – майора Егорова Константина Сергеевича и капитана Цветкову Алену Витальевну – разведчика-снайпера специального подразделения «Омега».
Раздался одобрительный гул голосов, в котором отчетливо прозвучало Аленка, видимо мое назначение произвело меньший эффект. Остаток дня полковник провел в блоке группы. После того как все переоделись, включая и нас с Аленой, собрались в столовой на праздничный ужин. Столы были сдвинуты буквой «О». Во главе стола расположился Виталий Семенович, мы с Аленой справа, Томский слева, напротив Кириллов и еще один из тех, кому предстояло заступить на вахту, напротив друг друга те, кто успешно завершил вахту. Расположение столов мне почему-то напомнило маленькую свадьбу, Алене тоже, о чем она мне сообщила шепотом.
Официальной части не было. Виталий Семенович произнес первый тост «За чистое небо над головой», который был принят протяжным «Ура», после чего банкет по случаю окончания вахты перешел в неформальное общение. Присутствие Алены никого не смущало, только один раз возникла неловкая ситуация, когда Виталий Семенович отошел в другой конец стола, о чем-то разговаривая с Кирилловым. К нам подошел высокий парень, чем-то похожий на Сомова и выдал:
– Аленка, привет, тебя не узнать, какая красавица стала, прям невеста, – говорил от души, но явно плохо подумал.
– Привет, Антон, а ты не изменился, по-моему, даже помолодел, и заметь, я стала немного старше тебя, в звании тебя догнала… и я помолвлена, – она смотрела прямо на него.
Антон немного смутился, понял, что сморозил глупость или просто не осознал новой реальности, но поспешил исправить оплошность:
– Я не то хотел сказать, я рад тебя видеть в группе, можно я тебя поцелую?
Алена демонстративно отвернула от него голову и пальцем ткнула в щеку, показывая, куда именно следует ее поцеловать, вышло забавно. Антон наклонился и чмокнул ее в щечку, после чего Алена сменила гнев на милость:
– Иди уже, Ловелас, считай, что прощен, – после чего оба рассмеялись.
– Алена, я начинаю ревновать, берегись, – поддержал я шутку.
После того как Антон отошел она вполголоса все же решила пояснить мне:
– Я недолго работала лаборантом в научном отделе после школы, поэтому многие меня знают. Да и так часто мелькала у родителей на работе, в основном в Питере, но прошлую пересмену тоже застала, показания скафандров снимала.
– И что интересного удалось узнать из показаний?
– Ты не поверишь, но ничего, только состояние перед вахтой и в момент выхода, десять лет, как не было.
– Но показания капсул же фиксируются. Как так?
– Это снаружи они фиксируются, а внутри – нет, даже элементы питания скафандра не садятся, только дата сбивается, потом корректируем и все.
– Интересно.
– Ты даже не представляешь, чего только не предпринимали, чтобы получить хоть какие-нибудь данные.
– Представляю по тринадцатой капсуле, лучше не надо. Знаешь главный принцип всех военных технарей? – Алена отрицательно качнула головой. – «Не тронь, пока работает». А военных хирургов? – «Режь пока живой» – учись у меня, перенимай опыт.
– Не, спасибо, можно я как-нибудь сама, – она рассмеялась.
Меня отозвал Виталий Семенович:
– Пойдем, надо кое-что обсудить, – направился к выходу.
Когда зашли в комнату совещаний, он показал на документы на столе:
– Принимай командование. Пусть утром распишутся. По окончании ужина, все по личному плану, проследи чтобы разместились и не знали ни в чем отказа, с того света считай вернулись, еще не привыкли. Буянов среди них нет, люди все проверенные, случайных нет. Да после вахты не пьет почти никто, не знаю, обратил внимание или нет. У каждого в комнате уже есть все необходимое и ноутбуки с главной информацией за последние десять лет. Ознакомятся, возникнут вопросы. На какие не сможешь ответить, оставь на завтра. Утром – собрание в конференц-зале, по готовности, время согласуем. А мне пора, некогда рассиживаться.
Полковник ушел, я вернулся в столовую. Оживление спало, люди разбились на группы по два-три человека, о чем-то спокойно беседовали, шутили. Алена что-то рассказывала Томскому, тот только кивал и изредка задавал вопросы. Вокруг Кириллова собрались бойцы помоложе, он рассказывал им что-то смешное. Двое постарше вели неспешную беседу, им было под сорок, помнил еще по личным делам, наверняка это была их последняя вахта. Я смотрел на эти незнакомые лица, у всех было нечто общее, помимо отличного здоровья и хорошего настроения. Каждый из них был на десять, а то и двадцать лет старше своего реального возраста, к этому было трудно привыкнуть. Самый старший, почти ровесник командора, был всего на семь лет старше меня. При этом никто не старался переключить на себя внимание или что-то доказать. В целом приятная компания, если еще учесть через какие испытания им пришлось пройти до того как попасть в группу и при подготовке, то остается только завидовать железным нервам и выдержке этих людей. Ничего объявлять и предпринимать не пришлось, Томский, на правах командира группы взял управление на себя, меня только заверил, что все будет нормально. В его авторитете сомневаться не приходилось, судя по тому, как к нему обращаются даже самые старшие из группы. Слишком много вопросов было у них для обсуждения, чтобы заметить наш с Аленой уход. С этого момента пошел обратный отсчет времени, не позже трех месяцев сразу после Нового года, нам предстоит их заменить. Окончательные планы уже сверстаны.