Хотя военные якобы грозились выгнать Менотти из сборной, тренер все же продолжил работать. Сторонник Коммунистической партии Аргентины остался на своем посту. «Президент футбольной ассоциации крепко за меня держался», – рассказывал Менотти. Часто забывают о том, что промосковская коммунистическая партия изначально приветствовала переворот и, в отличие от других левых группировок, не была запрещена хунтой.
В преддверии чемпионата мира тренер национальной сборной был готов закрыть глаза на политическую ситуацию в его родной стране, в отличие от капитана сборной Хорхе Карраскосы, который во время тренировочных сборов заявил: «Я не хочу, чтобы хунта меня использовала», после чего ушел из сборной. Менотти мыслил иначе: «Для Карраскосы чемпионат мира не был вопросом жизни и смерти, – вспоминал тренер. – Но мне были нужны заряженные игроки, готовые ради команды забыть обо всем, даже о своих семьях». Хунта поддержала Сесара. Так, например, журналистам было дано указание не критиковать тренера сборной, ведь он – движущая сила процесса «национального примирения».
На тренировках Менотти сосредоточился на улучшении темпа и точности игры сборной. Тренер пропагандировал «креольский стиль», под которым он понимал смесь виртуозной игры в короткий пас и креативного дриблинга вкупе с поиском хитрых решений. Для него футбол сочетал в себе «порядок и приключение».
Ни в одной другой стране мира футбол не был столь двуликим, как в Аргентине. Обе стороны отражали «альбиселесте» Менотти: футболисты команды не только демонстрировали отличную технику и играли в высококлассный атакующий футбол, но и могли действовать грязно (порой слишком грязно), а иногда даже запугивать противника.
К домашнему чемпионату мира Менотти подготовил команду, которая действовала прямолинейно и агрессивно и быстрее оппонентов занимала центр поля. Молодого гения Диего Марадоны в составе не было, потому что Менотти боялся, что 17-летний игрок не сможет выдержать давление и поставит под угрозу его чемпионские амбиции.
В финале на стадионе «Монументаль» «альбиселесте» встречались со сборной Нидерландов, четырьмя годами ранее дважды разгромившей аргентинцев. Прессингу «оранжевых» Менотти противопоставил тактику «две короткие передачи – меняем фланг». И по результату, и по игре Аргентина заслуженно выиграла, но даже после завершения чемпионата оставалось подозрение, что завоевать титул аргентинцам помог допинг. Это косвенно подтверждают и слова бывшего капитана команды Карраскосы: «Я хочу выступать в одной команде с честными футболистами, которые и выигрывают, и проигрывают честно: без запрещенных приемов, взяток и допинга».
Само право играть против «оранжевых» аргентинцы тоже «купили»: чтобы выйти в финал, обогнав сборную Бразилии, у которой было такое же количество очков, «альбиселесте» должны были выиграть у Перу с разницей не менее четырех мячей[83]. Не особо сопротивляющихся перуанцев Аргентина разгромила 6:0. Победу сборной «купили» власти: в бедствовавшее Перу, которое также находилось под властью военных, аргентинская хунта отправила 35 000 тонн зерна и предоставила стране ранее замороженный займ в размере 50 миллионов долларов. И наконец, Ассоциация футбола Аргентины позаботилась о том, чтобы финал судил не израильтянин Абрахам Клейн, превосходно показавший себя в предыдущих матчах чемпионата, а итальянец Серджо Гонелла. Клейна же обвинили в том, что из-за своего еврейского происхождения он симпатизировал «оранжевым». Когда голландцы добирались до стадиона, их автобус атаковали камнями, палками и горящими дровами. Как и турнир 1934 года в Италии, ЧМ-1978 в Аргентине был грязным чемпионатом, который «альбиселесте» Менотти выиграла лишь благодаря тому, что он проводился на их родине.
Открыто против режима Менотти выступил только после того, как сборная Аргентины выиграла титул чемпиона мира. Говорят, на церемонии награждения он отказался пожать руку предводителю хунты Виделе, хотя доказательств этого не сохранилось. Менотти выступал на телевидении: «Мои игроки победили диктатуру тактики и террор систем». Выиграв чемпионат мира, Менотти стал популярным у народа и неуязвимым для режима. Теперь он мог позволить себе высказывать недовольство властью. В 1980 году Менотти подписал обращение к хунте с призывом опубликовать список людей, пропавших во время режима[84]. В феврале 1982 года футбольный тренер дал интервью журналу La Semana, в котором резко раскритиковал военных: «Народ и история будут судить тех, кто переступает через совесть аргентинцев». К тому моменту в рядах военных уже вела активную деятельность оппозиция.
На чемпионате мира 1982 года, в котором впервые принял участие Диего Марадона, сборная Аргентины Менотти выбыла из турнира во втором групповом раунде, заняв в нем последнее место. Подготовка к турниру и сам чемпионат были омрачены Фолклендской войной[85].
В 1983 году Менотти встал у руля «Барселоны», с которой смог добиться успехов лишь в национальных кубковых соревнованиях. Вот что рассказывал об аргентинском тренере Бернд Шустер, немецкая звезда «Барсы»: «Если он говорил с тобой, то всегда спрашивал, все ли хорошо у жены и детей. А так обычно он сидел на скамейке и выкуривал по 50 сигарет». Как и его соотечественник Диего Марадона, Менотти вел в Барселоне бурную ночную жизнь, а тренировки проходили только во второй половине дня.
В испанской лиге «идеологическим» соперником Сесара был тренер «Атлетик Бильбао» Хавьер Клементе. Пока Менотти считал футбол праздником, будущий тренер сборной Испании Клементе предпочитал сугубо оборонительную игру, направленную на разрушение атак соперника.
Менотти привлекал к себе внимание своими политическими и философскими взглядами на футбол. В своем манифесте «Футбол из глубины народа» Менотти выделял «правый» и «левый» футбол. По его мнению, в «футболе правых» имеет значение «только прибыль», в нем «постоянно говорят о труде и жертвах». В «левый футбол», напротив, играют не только ради победы, а «чтобы стать лучше, почувствовать радость, испытать ощущение праздника, вырасти как личность». Правда, выходит, что триумфа на ЧМ-1978 Менотти добился благодаря «правому футболу».
11 декабря 1978 года главным тренером мюнхенской «Баварии» стал венгр Паль Чернаи. Всегда элегантно одетый Чернаи был ассистентом уволенного ранее соотечественника Дьюлы Лоранта. Изначально планировалось, что Паль будет руководить командой лишь временно, потому что президент клуба Вильгельм Нойдеккер хотел подписать в качестве тренера «крепкого орешка» Макса Меркеля, однако против были игроки команды. Чернаи учился в Высшей школе физкультуры и спорта в Кёльне и сначала тренировал клубы второго дивизиона «Вакер-04» (Берлин) и «Ройтилинген», а также бельгийский клуб первого дивизиона «Антверпен». В 1973–1977 годах он был тренером сборной Бадена, с которой в 1973-м выиграл Немецкий кубок среди любительских команд – первый титул в своей тренерской карьере. С «Баварией» Чернаи дважды становился чемпионом ФРГ, один раз – обладателем Кубка Германии, а в 1982 году также дошел до финала Кубка европейских чемпионов.
«Бавария» Чернаи доминировала в Бундеслиге, поскольку тактически намного опережала остальные клубы чемпионата. Венгр вписал свое имя в анналы Бундеслиги как пионер тактики, усовершенствовавший введенную Лорантом зонную защиту до «системы Паля». «Это была революция, – вспоминал Чернаи за год до своей смерти. – Журналисты не понимали, как мы играем, они просто говорили: “Чернаи заставляет футболистов делать на поле что-то, чего в Германии делать не умеют. И им как-то это удается”». Бывший форвард «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге считает Чернаи самым гениальный тактиком 1970–1980-х. А вот что пишет о революции Чернаи Пауль Брайтнер: «Здесь, в “Баварии”, все используют два термина, которые обсуждает вся страна, но при этом мало кто понимает их значение: “зонная защита” и “персональная опека”. В Бундеслиге на 95 % играют с персональной опекой. <…> А наш тренер придумал смесь зонной защиты и персональной опеки. Вот как это выглядит: в центре поля мы не опекаем какого-то конкретного игрока, ни у кого нет “своего” соперника – каждый из нас должен закрывать определенную зону. Когда команда противника переходит на нашу половину поля, мы максимально сужаем центр поля, не оставляя противнику ни одной свободной зоны для передачи. И каждый из нас в своей зоне берет на себя ключевого игрока. Чем ближе подходит противник, тем больше мы защищаемся персонально. Примерно в 30 метрах от ворот мы полностью переходим к персональной опеке и держим уже каждого игрока соперника».
Брайтнер высоко оценивал Чернаи как тренера не только за его «систему Паля», но и за предсезонную подготовку. Защитник говорил: «Все продумано до мелочей, выверено настолько, что даже мышцы почти не болят». Занятия по физической подготовке организованы таким образом, что «от одной тренировки к другой тело все больше привыкает к нагрузкам». Для восстановления мышц использовались гимнастические упражнения. Кроме того, как показывает пример Руммениге, Чернаи умел использовать игроков в соответствии с их талантами.
Однако, как бы игроки ни любили тренера, это ему не помогло. Перед окончанием сезона 1982/1983 «Бавария» попрощалась с Чернаи. Говорили, что Паль стал жертвой влиятельных лиц и спонсоров, которые считали его слишком дерзким.
Глава 8От Хаппеля до Сакки
В 1981 году Эрнст Хаппель стал главным тренером «Гамбурга». Спустя два года австриец выиграл с клубом второй в своей карьере Кубок европейских чемпионов. Удо Латтек во второй раз возглавил «Баварию» и завоевал с ней еще три победы в Бундеслиге, имея в общей сложности восемь чемпионских титулов в ФРГ и по одной победе в каждом из трех европейских турниров. Латтек на сегодняшний день остается самым успешным клубным тренером в истории немецкого футбола. С 1985 года Йохан Кройфф возглавлял амстердамский «Аякс» и вывел тактику и методику подготовки игроков клуба на новый уровень. В 1987-м «Аякс» впервые за 14 лет одержал победу в европейском турнире, а в это же время еще один голландец – Гус Хиддинк – праздновал череду успехов с ПСВ. Юпп Хайнкес, тренировавший сначала «Боруссию Мёнхенгладбах», затем «Баварию», возглавил испанский клуб «Атлетик Бильбао». Работая в Испании, он активно критиковал немецкий футбол. Отто Рехагель превратил вылетевший из Бундеслиги «Вердер» (Бремен) в лидера немецкого чемпионата. А с итальянцем Арриго Сакки «Милан» стал одной из лучших ко