— Сейчас свяжусь с командующим нашим подводным флотом, — пообещал Риз.
Скотт все прислушивался к нарастающему яростному грохоту, но характерных хлопков тепловых лучей, к своему облегчению, пока не различал. По-видимому, вражеские корабли еще не подобрались достаточно близко — дальность лазерного оружия оставляла желать лучшего. Надежностью лазеры тоже не отличались, однако мощи такому оружию было не занимать. Чтобы выстрелить тепловым лучом, требовалось выждать определенное время, пока лазерная пушка нагреется. Предотвратить катастрофу можно было одним-единственным способом: метким выстрелом в объектив орудия.
— У нас потери, сэр. Прямое попадание в борт эсминца «Штык».
— Степень повреждения?
— Пока могу сказать лишь, что корабль в строю. Подробный рапорт будет чуть позже.
Немного погодя на связь по вакуумному лучу вышел пилот планера:
— Сэр, есть попадание в «Полярис».
— Включай ночное видение.
На экране перед капитаном возник линкор Ныряющих Дьяволов. Часть судовых надстроек снесло взрывом, однако сам корабль выглядел боеспособным. Скотт кивнул. И хотя клубившийся туман не позволял видеть происходящее полностью, сомневаться в том, что обе флотилии вошли в зону эффективной стрельбы, не приходилось.
Гром орудийных выстрелов все нарастал. Плохая видимость вкупе с яростными венерианскими ветрами не позволяла просчитать траекторию полета, однако артиллерийские снаряды, во многом благодаря таланту наводчиков, свою цель все же находили. «Кремень» содрогнулся от удара и задрожал. Скотт с мрачной решимостью кивнул своим мыслям.
Вот и он в бою. Скотт находится в самом сердце корабля, но его вклад в сражение не менее значим, чем работа артиллерийской прислуги. Экраны — его глаза; через них он видит все, что снимают камеры, установленные на планерах. И видит гораздо больше, чем если бы стоял на палубе и взирал на происходящее невооруженным глазом.
Скотт глянул на экран, и дыхание перехватило: в тумане неясно прорисовывался силуэт огромного корабля. В следующее мгновение капитан облегченно выдохнул: это всего лишь «Мизерикордия», сбившаяся с курса после пробного залпа. Он схватился за петличный микрофон и велел капитану этого корабля вернуться в строй.
Флиттеры уже были спущены на воду. Точно обезумевшие шершни, они полетели исполнять приказ командующего Риза — тревожить вражеский флот.
«Одним из них, должно быть, управляет Норман Кейн», — подумал Скотт, а затем мысли переключились на Айлин, но он сразу прогнал их прочь. На боевом посту фантазиям не место.
На экране показался вдали авангард Ныряющих Дьяволов. Поступил входящий вызов от Мендеса.
— Мы засекли еще одиннадцать вражеских подлодок. Одна прорвалась и сейчас находится прямо под вами. Сбрасывайте глубинные бомбы.
Кивнув, Скотт отдал соответствующие распоряжения. Корпус линкора несколько раз содрогнулся.
Вскоре доложили: по правому борту замечено топливное пятно. Хорошая новость, — похоже, бомбы нашли свою цель. Несколько точных попаданий могли нанести подлодке значительный ущерб.
Крупнокалиберные орудия не смолкали ни на миг. Корабль непрестанно кренило набок. Кругом раздавались хлопки тепловых лучей. Таким большим линкорам, как «Кремень», избежать лазерного попадания было практически невозможно — а ведь взрывающиеся лучи запросто плавили даже самый крепкий металл. Оставалось надеяться только на разъяренный рой флиттеров, что вились вокруг вражеских судов и осыпа́ли их градом пуль, стараясь разбить линзы лазерных пушек. Однако даже такая, казалось бы, простая боевая задача требовала слаженной работы. Отслеживать невидимые тепловые лучи можно было только при помощи фотокамер. Съемочные бригады фотографировали вражеские корабли не покладая рук. Они оперативно анализировали полученные снимки, выясняли, где располагаются лазерные орудия, и направляли данные пилотам флиттеров по вакуумному лучу.
— «Ригель» Дьяволов выведен из строя.
Скотт смотрел на экран. Обреченный на гибель эсминец совершил разворот и пошел на таран. Капитан рявкнул в микрофон, и «Кремень», изрыгая шквальный огонь, устремился наперерез обреченному эсминцу.
Корабли прошли друг от друга так близко, что проплывавший в тумане «Ригель» можно было различить невооруженным глазом прямо с палубы.
Оценив курс вражеского эсминца, Скотт попытался вызвать Мендеса на связь, однако тот оказался вне зоны досягаемости. Капитан отчаянно жал на кнопку вызова, повторяя раз за разом:
— Рулевой линкора «Зуни»… Чрезвычайная ситуация. Как слышно? Повторяю, как слышно?
— Рулевой линкора «Зуни» слушает, сэр.
— Меняй курс! — выпалил капитан. — Эсминец «Ригель» идет прямо на вас. На таран!
— Принято, — отозвался рулевой, и экран погас.
Скотт включил сканер и выругался. Представшая его глазам картина не сулила ничего хорошего. «Зуни» разворачивался споро, однако «Ригель» подобрался уже слишком близко… Чертовски близко… В следующий миг эсминец протаранил линкор.
— Проклятье! — воскликнул Скотт, прекрасно понимая, что с «Зуни» можно попрощаться.
Он тут же связался с командующим Ризом и доложил обстановку.
— Без паники, капитан. Продолжаем выстраивать корабли согласно боевому ордеру Пи-восемь.
На экране появилось лицо Мендеса.
— Капитан Скотт, «Зуни» выведен из строя. Вынужден присоединиться к вам, чтобы руководить бомбардировкой вражеских субмарин. Найдется у вас местечко?
— Разумеется, сэр. Левый борт, сектор семь. Мои люди ждут вас.
Скрытые туманом армады шли параллельным курсом. Огромные линкоры держали строй, не прекращая шквального огня из артиллерийских и лазерных установок. Легкая флотилия вилась вокруг крупных судов облаком гнуса. Время от времени флиттеры отклонялись от курса. Они то преследовали крупные суда, то затевали дуэли между собой. Планеры же на столь малых дистанциях были бесполезны.
Разрывы гремели так, что звенело в ушах. «Кремень» то и дело содрогался от сокрушительных ударов.
— Поврежден «Орион» Дьяволов… Поврежден «Сириус».
— Подбит «Апач» Мендеса.
— Потоплены еще четыре вражеские субмарины.
— Потеряна связь с подводной лодкой Дуна «Икс-шестнадцать».
— «Полярис» Дьяволов, кажется, вышел из боя.
— Выслать на подмогу флиттеры номер девять и двадцать.
В рубку ввалился запыхавшийся Мендес. Скотт указал ему на кресло за свободной приборной панелью.
— Флагман «Копье» поврежден, — сообщил помощник. — Сэр, командующий Риз, кажется, ранен.
Скотт оцепенел, а затем спросил:
— Подробности?
— Одну минуту… Сэр, командующий Риз убит.
— Принято, — помолчав, произнес Скотт. — Командование беру на себя. Оповестить всех.
Скотт поймал косой взгляд Мендеса. В случае гибели командующего Вольной Компанией события должны были развиваться по одному из сценариев. Первый — назначение нового командующего, второй — объединение Компаний. Ни к тому ни к другому ситуация не располагала, поэтому временно командование флотом Дуна перешло к первому заместителю командующего — капитану Скотту.
Позже в форте Дун будет собран военный совет и принято окончательное решение, а пока…
А пока совсем не до того. Риз убит. В голове не укладывалось, что этот суровый, хладнокровный ветеран погиб в бою. Скотт припомнил, что в какой-то из башен у Риза имелась свободная жена. Отныне Вольная Компания будет выплачивать ей пенсию. Скотт никогда не видел женщины Риза. Капитан вдруг поймал себя на мысли, что гадает, как она выглядит. Никогда прежде подобные мысли его не посещали.
Экраны перед его глазами вдруг бешено замигали. Теперь придется работать за двоих. А то и за троих. Отбросив неуместные раздумья, Скотт полностью сосредоточился на сражении.
Мозг погрузился в состояние, когда оценить ход времени уже не представлялось возможным. Все это походило на первую, анальгетическую стадию наркоза. Сколько уже длится битва? Может, час, а может, и все шесть. А может статься, что и не больше получаса.
— Выбыли из строя один эсминец, один крейсер… Еще три вражеские субмарины потоплены…
Казалось, этому сражению не будет конца. Между тем Мендес продолжал руководить своей флотилией, методично выискивая вражеские подводные лодки.
«А где, черт возьми, „Армагеддон“? — вдруг спохватился Скотт. — Скоро уже битва закончится, а об этой исполинской черепахе ни слуху ни духу…»
Мысли капитана вдруг прервал вспыхнувший экран. Взгляду предстало вытянутое лицо командующего флотилией Дьяволов. С носом, похожим на птичий клюв, Флинн походил на хищную птицу.
— Вызываем командующего Компанией Дун.
— Капитан Скотт на связи. Временно исполняю обязанности командующего Риза.
«С чего бы вдруг Флинну запрашивать переговоры? — недоумевал Скотт. — Не припомню я, чтобы вражеские флотоводцы затевали во время сражения диалог. Неужели сдаются?»
— Вы применили ядерное оружие! — резко сказал Флинн. — Объяснитесь.
Мендес заерзал в кресле, а у Скотта засосало под ложечкой.
— Командующий Флинн, заверяю вас, что это произошло без моего ведома и согласия. Приношу извинения. Сообщите детали происшествия.
— Пилот флиттера выстрелил по «Ориону» из ядерного пистолета.
— Каков урон?
— Выведено из строя семиствольное орудие.
— Мы немедленно прекратим огонь из орудия точно такой же системы. Что еще мы можем сделать, чтобы урегулировать этот вопрос?
— Капитан Скотт, извинения приняты. Просканируйте сектор «Мобайл-восемнадцать» к югу от «Ориона». Инцидент исчерпан и будет удален из наших протоколов. — Флинн отключился.
Скотт, просканировав сектор, обнаружил флиттер и увеличил изображение.
Спасаясь от вражеского огня, суденышко возвращалось в ряды флотилии Дуна. Оно держало курс прямиком на линкор «Кремень».
Через фонарь флиттерборта Скотт разглядел обмякшего в кресле бортстрелка. Тело лежало недвижно, полчерепа как не бывало. Пилот, Норман Кейн, был жив. По напряженному мальчишечьему лицу струилась кровь. Он правил флиттером, не выпуская из руки ядерного пистолета.