– Тогда нам лучше что-то успокаивающее, чем вставляющее, – осторожно заметила Люсинда, хоть Лида уже включила электрический чайник.
– Ты права, – задумчиво пробормотала коллега и снова погрызла ноготь, выдав тем самым неутихающую нервозность. – Так, что нам подойдет?
Она окинула взглядом полку с пачками чая и кофе.
– Мята. Вон в той зеленой коробочке, – мягко подсказал появившийся в дверях Арсений.
– А. Спасибо! Так, нас уже трое. Шаман, ты что-то знаешь?
– Нет. Лида, прелестно выглядишь!
– Спасибо, – улыбка все же тронула ненакрашенные пухлые губы ведьмы. Арсений протиснулся к столу, не взглянув на случайно загородившую ему проход Люсинду. Намеренно ее проигнорировал?
Лида, не спрашивая у шамана, будет ли он мяту, достала и третью чашку. Но не успела разлить кипяток, как в кухню наконец-то заглянул Гера:
– Все тут? Давайте в переговорную.
– А Макс? – вырвалось у Люсинды.
– Уже там.
– Он… не ранен? – отчего-то шепотом спросила Лида и испуганно округлила глаза. Гера хмыкнул:
– С чего бы? В порядке он. В физическом плане.
Но когда Люсинда увидела Макса, усомнилась, что и в физическом плане все с ним было хорошо: бледный, со взмокшим лбом, взъерошенными черными волосами, он казался тенью самого себя.
Коллеги расселись вокруг стола. Макс же остался на ногах. Сейчас он будто был не шефом, готовившимся провести собрание, а приговоренным к казни.
– Спасибо всем за то, что приехали, – начал он глухим голосом. – Новость раз. Пропала Марина.
Лида тихо ахнула. Сидевший поодаль шаман резко выпрямился, будто внезапно получил удар в спину.
– Она исчезла из центра, в который вход как в Кремль. Никто ее не видел, камеры не зафиксировали ничего подозрительного. В комнате осталась коляска, без которой Марина не может передвигаться, и личные вещи: одежда, включая верхнюю, косметика, телефон.
– Пропала, как муж нашей заказчицы, – многозначительно поднял палец Гера.
– Похоже. Лечение Марине в этом центре оплатил неизвестный меценат. Сначала я заподозрил Арсения…
– Это не я! – энергично воскликнул шаман. – Я хотел помочь, но вместе со всеми.
– Да, это был кто-то другой, – кивнул Макс. – Наташа пообещала прислать снимки документов. Попробуем разобрать подпись благодетеля. Но от родителей я узнал, что Марина отчего-то указала на Шурупа.
– Шуруп? – воскликнула Лида. – А он каким тут боком?
– На первый взгляд – никаким. Но на концерте я столкнулся с Иваном Темным. И это вторая новость. Гадина не только в городе, но и следит за нашей деятельностью.
В переговорной снова повисло молчание. Видимо, все вспомнили летние события.
– Вангую, это он подсунул нам дельце! – брякнул кулаком по столу Гера. – Сплавил картину за бесценок в интернет-магазин, отследил, кто купился на дешевый «шедевр», и немного подождал. Не он ли он пририсовал дамочку на аллее?
– Вполне возможно, – согласился Макс и кратко обрисовал происшедшую на концерте ситуацию.
– Алиску я отправил домой на такси, – добавил уже Гера. – Возвращаться в зал ей было опасно, идти одной до метро – тем более. Но, согласись, она вовремя влезла, иначе бы ты наломал дров!
– Я и так их…
– Макс! – перебила Лида. – Надеюсь, ты понимаешь, что Темный нащупал твое слабое место и снова в него бьет? Он даже почерк не стал менять! Марина пропала, мы экстренно собрались, чтобы ее разыскать. И снова рискуем попасть в ловушку!
– Лида! – возмутился Гера, сверкнув на невесту глазами. – Сейчас в больное место бьешь ты!
– Да потому что ситуация повторяется! Мало нам того, что уже случилось?
– И что ты предлагаешь? Бросить Маринку, Макса – пусть сами выпутываются, пока мы книги читаем? Между прочим, слабое место есть и у меня – ты! И все бы, если что, понеслись тебя спасать!
Лида, услышав это, довольная, улыбнулась. Но Макс не дал никому расслабиться.
– Лида права. Марина действительно мое слабое место. Хоть больше не хочет меня видеть.
Макс скользнул взглядом по лицам застывших коллег, ненадолго задержался отчего-то на Арсении и сказал:
– Она узнала об одном моем поступке, который я от всех скрыл. Сергей Степанович умер не просто так. Он шел на поправку, тогда как Марина умирала. Я был в отчаянии и… дал разрешение на один ритуал. Грубо говоря, выменял жизнь Марины на жизнь нашего шефа.
Признавшись, он еле слышно выдохнул, будто сбросил непосильный груз. Но, выдавая нервозность, сцепил пальцы в замок – так крепко, что побелели костяшки.
– То есть как это «дал разрешение»? – потрясенно выдохнула Лида. – Как это «выменял»? Ты провел ритуал, который убил Степаныча?..
– Нет. Но дал на него добро. То есть фактически обрек выздоравливающего человека на смерть. Если бы я не согласился, Марина бы умерла, но Сергей Степанович остался жив. И для вас все осталось бы более-менее как раньше: старая компания «Чистота и уют», привычная работа. Без Марины, но со Степанычем у руля.
– Кто провел ритуал? – прямо спросила Люсинда, хоть и так все поняла. Макс замялся, а потом отговорился:
– Неважно. У Сергея Степановича был один знакомый, который…
– Этот знакомый – я, – перебил Арсений и, кашлянув, поднялся.
– Так вот какой «долг» шаману ты имел в виду, – процедила Лида. С ее лица схлынули краски, голубые глаза потемнели до оттенка грозового неба. – Что же вы натворили…
Макс стиснул челюсти. А шаман извлек из кармана штанов бумажник и вытащил какой-то листок. Лицо Арсения оставалось невозмутимым, но подрагивающие руки выдавали нервозность.
– Сергей Степанович ожидал, что такая ситуация рано или поздно возникнет, – заговорил он, разглаживая на столе бумажку, – поэтому дал расписку, что добровольно принимает решение уйти из жизни вместо Марины. Меня он назначил своим проводником. А Макса – тем, кто даст разрешение, как того требовал ритуал.
Арсений придвинул листок Люсинде, и та узнала почерк бывшего шефа.
«Я, Потапов Сергей Степанович, года рождения…», – начала она зачитывать.
В короткой записке с указанием адреса проживания и паспортных данных бывшего шефа действительно говорилось о том, что решение Сергей Степанович принимает добровольно, идея исходит от него, а Макс и Арсений будто и не несут ответственности за содеянное.
– Макс вообще не знал деталей ритуала, – добавил шаман, когда Люсинда вернула ему листок. – Я только сказал ему, что есть мизерный шанс спасти Марину, но результата не гарантирую. Он согласился. Не знаю, сообщил ли Сергей Степанович подробности потом, когда вызвал Макса к себе? Думаю, вряд ли.
– Не сообщил, – подтвердил Макс. – Подробности я узнал уже потом, от тебя. Но незнание не освобождает от ответственности, так ведь?
– Мы исполнили волю Сергея Степановича, – мягко возразил шаман.
– Так почему ты не отказался? – с негодованием вопросила Лида.
– По долгу службы иногда мне приходится делать такие вещи. Кто-то слышит мертвых, кто-то предвидит будущее, кто-то совершает обряды. Я выполнил заказанный ритуал, в котором выступил проводником. Посредником, можно сказать, между двумя душами на границе миров. Проводил Сергея Степановича и вернул Марину оттуда, чтобы она не заблудилась.
– Ты так спокойно об этом говоришь, будто проводил Степаныча на поезд, – прошипела ведьма.
– Ваш уважаемый шеф всего лишь пожелал отсрочить ранний уход молодой девушки, предложив взамен себя, – терпеливо повторил Арсений. – Возможно, таким образом он хотел искупить часть своей вины. Но, думаю, сделал он это из любви к Марине, Максу, вам.
– Но все равно… – начала Лида и осеклась. – И как теперь работать с вами?! Хоть увольняйся!
– Нам сейчас лучше держаться вместе, – возразил Макс.
Лида зыркнула на него так, что, если бы взгляды могли уничтожать, от начальника ничего бы не осталось.
Люсинда молчала, хоть понимала, что ей нужно что-то сказать. Но мысли – спутанные, неряшливые, – никак не облекались в слова. Она как никто другой понимала Макса в его решении. Ведь если бы ей самой два года назад выпал подобный шанс, смогла бы она от него отказаться?
– Лида, не кипишуй! – встрепенулся Гера, когда девушка вдруг резко поднялась и направилась к выходу.
– Это ты успокойся, Герасим! – оглянулась в дверях Лида. – Если я и уволюсь, то не сегодня.
Во всеобщем молчании она покинула переговорную, а вернулась, неся в руках толстую старинную книгу.
– «Мистерио», – издала смешок Лида, бухнув на стол талмуд. – Какая ирония! Ты даже наше агентство назвал, как книгу. Та-ак, страница девяносто…
– Сто пятьдесят четыре, – опершись спиной о подоконник и прикрыв глаза, поправил Макс. Лида бросила на него взгляд и возразила:
– Нет, девяностая! Вот этот ритуал. Ба, да тут не о замене душ говорится, а о том, как убрать кого-то неугодного, например, соперника! Ну, чем Степаныч тебе, Макс, насолил, я понимаю. А вот из какой выгоды на это подписался Арсений? И не надо мне про долг, последнюю волю и прочее!
– Это не тот ритуал, – тихо, но твердо сказал Макс, открывая глаза. – Страница сто пятьдесят четыре. Поверь, я все наизусть уже выучил!
– Хм… – Лида снова зашуршала страницами. – Действительно. Ритуал для замены одной души на другую. Но…
Она вытащила из кармана толстовки телефон, что-то поискала и сунула Максу гаджет под нос.
– Это сообщение я получила утром от Марины. Она попросила меня найти книгу, причем в твое отсутствие, сфотографировать девяностую страницу и прислать. Сказала, что у нее возникла какая-то версия, которую захотелось проверить.
Макс взял из руки Лиды телефон, к нему примкнул Арсений.
– Ритуал, который я провел, находится на странице сто пятьдесят четыре, – подтвердил шаман. – Марина попросила о чем-то другом.
– Она была разъярена, – проговорил Макс. – Кажется, теперь я все понимаю… Она узнала мой секрет, но в искаженном виде. Видимо, решила, что я убил Степаныча, чтобы отомстить ему. Или завладеть агентством.
– Вот видишь, Макс, как нехорошо скрытничать! Лучше бы она узнала все от тебя! – Лида не была бы Лидой, если бы не ткнула носом в ошибку. – Теперь уже что подумала Марина, не так важно. Важно – кто рассказал ей о ритуале, намеренно или случайно исказив факты.