– Спасибо, ребята, – поблагодарил Макс, вытащил телефон, чтобы посмотреть время, и увидел сообщение от Наташи.
«Макс, это фотка счета за лечение».
Пока он увеличивал снимок, чтобы рассмотреть подпись, телефон снова пискнул.
«Тут такое сейчас происходит! Потом позвоню, пока не могу говорить».
– Господи, что там еще случилось… – обеспокоился Макс, по очереди набрал Наташу, потом ее маму, но никто из них не ответил. Он вздохнул, снова увеличил фотографию и зачитал вслух часть подписи до витиеватого росчерка:
– Гвозд… – Какой-то человек с фамилией, начинающейся на «Гвозд», оплатил Марине реабилитацию в этом чертовом центре.
– Покажи, – нахмурилась Лида и протянула руку за телефоном.
– Опаньки! – воскликнул Гера и вытаращил глаза, будто ему в голову пришла невероятная догадка.
Пока Лида рассматривала снимок счета, Гера покопался в своем смартфоне и с восторгом объявил:
– Гвоздовский! У него куры денег не клюют! Ему вполне по средствам оплатить Марине хоть полет в космос.
Арсений неловко повернулся, смел на пол какую-то банку то ли с бусинами, то ли с цветными камешками, и нырнул снова под стойку.
– Вот уж в космос не надо, – пробормотал Макс, поморщившись от шума, учиненного шаманом. – Кто такой Гвоздовский?
– Бро! Это один из известных олигархов! Недавно продал футбольный клуб и купил…
– Но к Марине какое он имеет отношение? – перебил Макс. – У нее нет знакомых олигархов.
– Ну, это уже не ко мне вопрос, – пожал плечами коллега. – Если бы Гвоздовский был молодой, я бы предположил, что Маринка где-то случайно состроила ему глазки, попала в самое сердце и… Хотя это не в ее духе – кокетничать с кем попало, даже с олигархами. Но Гвоздовскому уже где-то под семьдесят. Вот, полюбуйся.
Макс с любопытством заглянул в телефон Геры и не сдержал возгласа:
– Так это Станислав Родионович, с которым Марина от скуки в больнице чай пила и Ремарка обсуждала!
– Ну вы даете, – покачала головой Лида в ответ и на восклицание Макса, и изумленный вопль Геры, и на грохот, с которым Арсений снова что-то уронил.
– Развели суету, – проворчала она после того, как шаман закончил собирать рассыпавшиеся камешки. – Что делать будем?
– Мы с Максом едем в Подмосковье на пепелище – открывать вход в карман, – пояснил Арсений, отчего-то покраснев. – Я собрал нужное…
– Вход. В карман, – передразнила Лида, поднимаясь из кресла и упирая руки в боки. – Одна там уже пропала, другая тоже. Теперь вы лезете.
– У нас нет другого выхода, Лида, – вмешался Макс.
– Выхода не будет, если вы его не найдете. Оттуда, – со значением припечатала она. – Шаман, у тебя хоть сил хватит? Помнится, ты сетовал, что мощи у тебя не так уж и много.
– Было такое, – не стал отрицать Арсений. – Но я постараюсь сделать все возможное, чтобы…
Лида картинно вздохнула и ушла в кабинет Макса, но вскоре вернулась с талмудом.
– На какой странице ритуал? – спросила она, раскрывая книгу на стойке. – Ага, уже сама нашла. Мда…
– Лида, Марина и Люсинда там, – тихо напомнил Макс. – Муж нашей заказчицы, похоже, тоже.
– Лучше бы я вчера уволилась, – пробормотала Лида с тяжелым вздохом. – Так, шаман, сил у тебя одного на все это не хватит. Или же ты опустошишь себя под ноль. И тогда канцелярию заказывать придется мне. А я ненавижу это делать.
Она выпрямилась и сложила на груди руки.
– Макс, как бы ты ни торопился, но на полчаса придется задержаться. Шаман… Иди сюда.
Арсений послушно вышел из-за стойки и остановился перед Лидой. Она окинула его критическим взглядом, а затем спросила:
– Что у тебя есть дорогого, желательно из того, что носишь на теле?
– Слеза, та самая, которая досталась мне от бабушки, – с нежностью, явно вспоминая родственницу, сказал шаман. – Она пустая, но дорога мне как память. Историческая вещь.
– Годится! Давай.
Шаман охотно снял шнурок, на котором болталась квадратная пластинка из почерневшего серебра. Лида надела украшение на себя и ненадолго задумалась, а потом решительно стянула с безымянного пальца кольцо, которое ей подарил Гера.
– Наверное, тебе даже на мизинец не налезет. Но это все, что у меня из дорогого есть.
Она бросила короткий взгляд на жениха, который попытался вмешаться, и сказала:
– Гера, что бы ни происходило, это не влияет на наши отношения. Даже если мне вздумается поцеловать Арсения.
– А ты его целовать собралась? – спросил Гера, и лицо его стало каким-то несчастным. Макс бы улыбнулся, если бы ситуация не была такой серьезной.
– Не уверена, – отрезала Лида к облегчению не только жениха, но и суетливо снимающего с запястья кожаный шнурок Арсения.
– Вот, тут оно будет надежно спрятано, – сказал шаман, повесив колечко себе на шею.
– Хорошо, – кивнула Лида. Вздохнула, медленно распустила волосы и тряхнула головой. Каскад из идеально ровных платиновых волос упал ей на плечи, заструился по спине. Даже Макс, завороженный зрелищем, не смог отвести взгляда. Что-то в Лиде было сейчас притягательное, будто она с волосами выпустила на свободу и свои ведьминские чары. Обычно он не видел коллегу в работе, получал, так сказать, готовый результат. Да и на объекты раньше он выезжал в паре не с ней, а с Люсиндой. А когда приходилось работать с ведьмой бок о бок, у Лиды уже оказывались приготовленными заранее отвары и амулеты. Даже когда ей в офисе нужно было погрузиться в медитацию, она запиралась в кабинете.
Что она задумала? Лида ничего не объяснила, но Макс догадался, что она собирается делиться силой с шаманом. Наверное, для ведьмы это высшая степень доверия – отдать кому-то часть своей силы.
Лида тем временем взяла руку Арсения в ладони и прикрыла глаза. Долгое время ничего не происходило. Макс переглянулся с Герой, и коллега слегка ему кивнул, будто в знак поддержки.
Лида подержала ладонь шамана, а затем приложила ее к своей груди. Гера дернулся, и уже Макс успокоил его прикосновением к плечу.
Веки ведьмы оставались прикрытыми, но что-то происходило – невидимое, важное, потому что ноздри девушки затрепетали, губы сжались, а потом приоткрылись, и на выдохе Лида пропела ноту – низкую, идущую будто не из горла, а из груди. Шаман по-птичьи дернул головой, возможно, почувствовал что-то, что для Макса и Геры оставалось недосягаемым.
Лида снова прогудела ту же ноту и взяла уже обе руки шамана в свои ладони, так, что между ней и Арсением образовался круг. Шаман глядел на девушку не моргая, она же, не открывая глаз, что-то забормотала.
Ее голос становился сильнее, бормотание – певучей. И вот уже, к изумлению Макса, Лида запела – чисто, звонко. Надо же, девушки в агентстве, оказывается, еще и с творческими талантами: одна рисует, другая хорошо поет! Какие таланты скрывает Марина?
Песня с непонятными словами обретала мощь, и одновременно воздух вокруг будто колыхнулся и двинулся потоком от ведьмы к шаману. Песня достигла высокой ноты и оборвалась, когда девушка перевела дух. Но затем Лида на выдохе допела, плавно спускаясь по нотам, как по ступеням.
– Прими мою силу в обмен на то дорогое, что ты мне отдал, – грудным голосом провозгласила она.
– Принимаю, – ответил Арсений.
– Поделись со мной силой в обмен на то дорогое, что я тебе отдала…
– Делюсь…
– Пусть канал нашей силы служит нам, пока я его не закрою…
Лида постояла с закрытыми глазами, что-то беззвучно проговаривая. А затем встрепенулась, будто резко пробудилась, и скомандовала:
– Все. Давайте. Шаман, описание ритуала у тебя с собой?
– Помню наизусть. Но фотку страницы сделал.
– Угу. Я вас отсюда подстрахую. И не расходуй зря мою силу.
Шаман почтительно поклонился. А затем, выпрямившись, с намеком сказал:
– В туалетной комнате подходящее зеркало… Большое, во весь рост. Если Гера перенесет его в коридор, будет удобнее.
Лида понимающе кивнула.
– Ну что, поехали? – просто, будто еще минуту назад не происходило таинства, обратился Арсений к Максу. – В Подмосковье по такой погоде лучше на внедорожнике.
– Твой Хаммер издали отсвечивает, как пожарная машина, – усмехнулся Макс. – Маскировка минус сто. Нет уж, лучше на моей серой и неприметной тачке. А застрянем – позвоним Гере, он и пригонит твоего монстра нам на выручку.
– Я всегда за! – воодушевился Гера.
– Ну… давайте, – выдохнула, явно нервничая, Лида. А затем порывисто обняла вначале Макса, а потом Арсения.
Глава 22
Город кружил, как надоевшая карусель, подбрасывал обманки-переулки и тупиковые дворы, пошловато подмигивал вспыхивающими фонарями. Люсинда металась в лабиринте улиц, с каждой минутой все больше теряя ориентиры. Некоторые места, как площадь с пустым кафе и ярмарочными палатками, она пробегала несколько раз, в другие стремилась попасть, но улицы каждый раз складывались в иной узор и уводили в противоположном направлении. Некто, чье невидимое присутствие ощущалось несмотря на безлюдность, плутал ее, словно леший по лесу.
В реальности день только набирал силу, здесь же стремительно старился и умирал в прозрачных пока сумерках. Марина должна быть где-то здесь, ведь карман, как сказал Арсений, замкнут, но поиски не приводили к успеху.
Дважды Люсинда доходила по аллее до скучившихся в пугающий конгломерат гаражей и, добежав до леса, возвращалась. Разум говорил, что Марина вряд ли сунется в чащу, да еще в потемках, но то, что ее нигде не было, заставляло сомневаться и в этом.
Очередной круг привел во двор-колодец, с которого все началось. Вход в карман открылся ненадолго, как пасть затаившегося в засаде хищника, а когда проглотил очередную жертву, захлопнулся. Люсинда от отчаяния ударила ладонями в глухую теперь стену. Нет выхода. Да и без Марины она никуда не отправится.
Люсинда прижалась лопатками к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось так, что, казалось, его стук разносится по всему двору. Ей важно было отыскать Марину и рассказать всю правду про ритуал: что это было другое таинство, проведенное Арсением с согласия Сергея Степановича ради спасения Марины. Возможно, девушка, находившаяся под влиянием сердцеедки, решила, что Макс погубил бывшего шефа, чтобы занять его место. Но это не так! На открытии нового агентства настояла Люсинда. Вскоре после того, как все рухнуло, она приехала к Максу домой и за ужином подала идею. Напарнику эта мысль даже не приходила в голову: он был сломлен, не мог ни о чем другом думать, кроме как о случившемся. Именно поэтому Люсинда решила, что новое дело вытащит его из пропасти, в которую он уже летел. Она даже собиралась позвонить Марку, с которым за последние два года почти не общалась, и попросить денег. Но Макс сам справился. Люсинда только помогла ему кое-какими советами и контактами, которые сохранились у нее еще из п