Я смотрю на себя сверху вниз, вижу бабушку, которая плачет рядом со мной и держит меня за руку.
Безликий, с косой в руках и в черном балахоне, стоит рядом. Опустив голову, он наблюдает за мной.
— Время пришло? – спрашиваю я. Всегда надеялась, что за мной придет мама. Бабушка говорила, что моя мамочка умерла от той же болезни, которая мучила меня.
— Нет, – отвечает безликий.
—Тогда, почему вы здесь?
— Ты слишком близка к грани, но время твое еще не пришло.
Я делаю вдох и чувствую, как легкие обжигает воздух.
— Бабушка, все хорошо…
Сил говорить нет, поэтому слова я произношу шепотом, сжав бабушкину руку. Моя бабушка, бледная и несчастная сидит рядом и плачет.
— Проснулась!
Ее лицо озаряется счастьем. Я бы просыпалась каждый день и каждую секунду лишь для тебя, чтобы ты была счастливой. Мне так жаль, что я этого не могу.
Бабушка протягивает мне плошку с водой. Сделав глоток, спрашиваю:
— Я долго… спала?
Я улыбаюсь, чтобы бабушка хоть немного успокоилась. В этот раз приступ был сильный. Я по глазам бабушки вижу, что меня не было слишком долго.
— Три дня, – бабушка улыбается, пытаясь успокоить меня, но это не нужно. Я и так спокойна. – Я купила тебе краски и книгу. Я знала, что когда ты проснешься, захочешь порисовать или почитать. Эта книга о рыцарях, о любви и верности.
— Спасибо, – выдыхаю я. Прощаться с любимыми всегда сложно. Мне осталось немного, всего пару дней, я чувствую это.
— Целитель говорил, что ты больше не проснешься, Веня… Но я уверила.
— Спасибо, – снова отвечаю я.
—Хочешь есть?
Нет, но разве я могу отказать бабушке?
— Да.
Я приготовлю твоих любимых блинчиков, горяченьких, а ты пока почитай.
Бабушка медленно выходит из моей комнаты. Она смотрит на меня не отрываясь, словно не верит, что я все еще с ней.
Когда дверь за бабушкой закрылась, я со стоном выдыхаю и начинаю разминать ватное тело.
Пара попыток, и я смогла встать на ноги. Делаю пару шагов и снова возвращаюсь к кровати.
Звук битого стекла в кухне заставляет насторожиться.
— Бабушка! – кричу я из спальни.
В ответ лишь тишина. Я встаю с кровати и иду на кухню.
— Какое убожество! – раздается из кухни мужским басом, и я хватаю первую попавшуюся под руку сковороду. Может мне и осталось немного, но я буду стоять за свою бабушку.
— Вы кто?
Незнакомец стоит ко мне спиной, и я застигаю его врасплох. Он молчит, и через несколько секунд разворачивается ко мне.
Неужели Боги решили подшутить надо мной? Мой разум, должно быть, отказал раньше, чем мое тело. Мой возлюбленный! Тот, кто являлся мне во снах! Тот, кого я рисовала! Эвар! Он стоит напротив меня и, наклонив голову вбок, внимательно меня рассматривает. И судя по тому, как скривилось его лицо – увиденное ему не понравилось.
Я, не осознано, копирую жест Эвара, но моему лицу скривиться не от чего. Наяву он красивее, чем в моих снах, но значительно старше. Если во снах я могла дать ему лет двадцать, то сейчас, выжив полностью из ума, я дам своему видению лет тридцать.
— Почему ты живешь так убого?! – с омерзением спрашивает меня видение.
Разговаривать с хамоватым видением, признак совсем низкого интеллекта, а я, хоть и выжила из ума, но все еще не дура.
— Отвечай на вопрос, истинная! Ты обязана отвечать, когда я спрашиваю!
Эвар делает шаг на встречу ко мне, и я угрожающе поднимаю сковородку.
— У нас гости, Веня? – спрашивает бабушка, войдя на кухню с двумя бидонами молока.
Она смотрит на Эвара, на меня со сковородкой и мрачнеет.
— Бабушка, ты тоже видишь его?
Бабушка кивает, и я понимаю, что незнакомец настоящий. Так кто же ты, возлюбленный из моих снов?
— Веня? – незнакомец выплевывает мое имя, словно мерзкую траву. – Она не твоя бабушка.
— Что?
Блондин снова делает шаг ко мне, и я покрепче обхватываю сковородку руками.
— Не подходи!
— Надеешься защититься от меня этой зубочисткой?
— Бабушка, беги! – кричу я, но она и не думает двигаться с места.
— Еще раз говорю, она не твоя бабушка.
— Да с чего мне тебе верить?
— Я знал твою бабушку.
Я смотрю на бабушку и надеюсь, что она скажет, что незнакомец врет, но она лишь вздыхает и кивает головой.
— Он говорит правду, Венера.
— Как вас зовут? – обращается Эвар к моей бабушке.
— Агафья.
— Почему принцесса проживает здесь, в такой…убогой нищете?
Принцесса? О Боги, что за чушь! Я точно сошла с ума, не иначе. В глазах мутнеет и меня начинает шатать, хватка блондина помогает мне остаться на ногах.
— Ты больна!
Я смотрю в ярко-голубые глаза блондина и понимаю, такой редкий цвет глаз не может так просто передаться двум совершенно незнакомым людям.
— Вы мой брат?
Блондин морщится и подхватывает меня на руки.
— Куда ее нести.
Бабушка показывает направление, и через несколько секунд я оказываюсь на кровати.
— Этого просто не может быть! Ты не можешь умереть сейчас! Я ведь только тебя нашел…
Блондин крайне озабочен, он опускается на колени рядом с моей кроватью, и я вижу нежность в его глазах. С чего вдруг такому красивому мужчине испытывать нежность к некрасивой умирающей девушке.
— Кто вы?
— Ты знаешь мое имя. Ты сама позвала меня.
— Эвар?
— Да.
— Кто вы?
Эвар оборачивается и обращается к моей бабушке.
— Почему она ничего не знает?
— Я не говорила…
Бабушка виновато опускает глаза.
— Да что вообще происходит?
— Расскажи, – обращается блондин к бабушке.
Глава 3
Примерно 20 лет назад. Агафья
Потерять сына и мужа на каменоломне. Немыслимо. Еще вчера счастливая жена и мать взрослого красивого парня – сегодня одинокая вдова, чье сердце переполняется болью.
Стук в дверь среди ночи был неожиданным. Неужели деревенская пьянь решила посмеяться над ней.
— Пошли вон! – крикнула Агафья, надеясь, что пьян, или кто бы то не был, исчезнет.
— Помогите, пожалуйста, — измученный женский голос, вызвал в деревенской повитухе волнение. Неужели кто-то решил родить ребеночка среди ночи! Да вроде в деревне и некому.
— Пожалуйста, – снова раздался женский голос, и Агафья поспешила открыть дверь.
Девушка, очень красивая и совсем молодая, практически валилась от бессилия. Она сильно кашляла и, казалось, ей не хватает воздуха.
— Я не заразная…
— Это не важно, - сказала Агафья. Она помогла бы родить девушке в любом случае. Кто она? Красивая незнакомка, с благородными чертами лица.
Словно уловив изменения в лице Агафьи, незнакомка ответила:
— Мое имя Майя. Я принцесса драконов, я заплачу, много. Помогите мне, пожалуйста.
Роды были сложными, девушка задыхалась и, казалось, она находится на грани потери сознания. Какая-то неведомая сила помогла принцессе родить слабенькую девочку. После родов у Майи не было сил даже на то, чтобы взять ребеночка.
— Венера, – сказала девушка, прежде, чем погрузиться в сон.
Агафья не знала, что ей делать с младенцем и с ее больной матерью. Но что-то подсказывало повитухе, что она должна молчать о случившемся.
На следующее утро в ее дверь снова постучали. Открыв дверь, Агафья увидела мужчину. То, что это был дракон, было вне всяких сомнений.
Такой же голубоглазый и светловолосый, как Майя.
— Моя супруга, где она?
Молодой человек выглядел обеспокоенно, и Агафья сразу поняла, что ему можно довериться.
Когда Агафья рассказала парню вчерашнее происшествие, его лицо исказилось от боли.
— Она спасала нашу Венеру. Чем дальше от источника, тем лучше…
Агафья ничего не понимала и совершенно не знала, как поступить в такой ситуации.
— Вы хотите увидеть дочку?
— Нет. Для нее я могу быть заразен. Я заберу жену и отнесу ее к Галлии. Вы кажитесь хорошим человеком. Моя дочь в опасности. Я не чувствую ее драконьей сущности, думаю это из-за того, что Майя заболела, когда была беременна Венерой. Девочке будет лучше среди людей, я оставлю золото.
Мужчина протянул увесистый мешочек.
— Этого должно хватить на воспитание моей дочери.
Агафья кивнула. Она почему-то сразу полюбила малышку с глазами цвета неба.
Лицо мужчины было очень красноречивым, на нем отражалась вся боль, которую испытывал незнакомец. Он был очень мрачным и его руки дрожали. Решение далось мужчине трудно, и Агафья испугалась, что он все-таки заберет у нее девочку.
Незнакомец взял умирающую жену на руки и ушел, оставив золото. Агафья золото взяла, но решила не тратить. Она отложит его для малышки…
Агафья решила сказать всем в деревне, что девочка – дочка ее сына, и что мать девочки умерла. Прижимая малышку к себе, она понимала, что сделает все для Вени – так она решила укоротить имя девочки: Венера – слишком красивое имя для внучки деревенской повитухи.
Венера
— Прости меня, Вен..ера.
Мое состояние нормализовалось, и я смогла встать и обнять мою плачущую бабушку. Какая разница, кто родил меня, если она была рядом, когда мне было больно, грустно и плохо, она лечила меня, учила читать и покупала мне книги и краски. Она самый родной и любимый человек для меня.
— Это неважно для меня! Я люблю тебя как родную!
— Это многое объясняет, – вклинился блондин. Он поднял мой альбом с рисунками и рассматривал свой портрет. Его лицо изменилось от удивления, а глаза начали бегать по рисунку, высматривая каждую мелочь. В любой другой ситуации я бы возмутилась. Но я умру через пару дней, смысла что-то скрывать нет.
Эвар свернул портрет и положил его себе в карман, а после уверенно сказал:
— Нужно отправиться к богине за ответами.
— Мне не нужны ответы.
— Ты хочешь умереть? Или будешь бороться?
Я ответ знаю, но бабушка отвечает раньше меня.
— Бороться! Конечно, бороться! Мы можем спасти ее?
Глупые надежды, из-за которых я причиню тебе еще больше боли.