Великан оказался отличным поваром, из надоевшей уже колбасы и каких-то ядовитых на вид клубней, которые мне пришлось чистить, он сварил отличный суп. Проглотив свою порцию, я пожалел, что она такая маленькая, и принялся жевать доставшийся мне сухарь.
Дежурил в эту ночь Рапошан и еще кто-то, а я безмятежно дрых, и кошмары меня не мучили.
Даже проснулся сам, без пинка под зад, едва начали шевелиться поднимающиеся соратники. Еще немного, и стану настоящим разведчиком, только вот научусь стрелять из лука и визжать, точно грызец.
Утро вышло просто роскошное, во-первых, с завтраком, а во-вторых, после еды мы никуда не поехали. Почему, я понял, когда из чащобы явился Игген и принялся делиться сведениями с десятником.
– Ну вот, теперь, похоже, обратно двинем, – сказал мне Рапошан.
Новость, честно говоря, меня не обрадовала – там, где рота, там и инквизиторы, и невзлюбивший меня непонятно отчего Верховный Носитель Света Южной Четверти, чтобы ему провалиться.
– А потом что? – спросил я, стараясь не выдать своего настроения.
– Как что? Война, – он пожал плечами. – Там подмога должна подойти от Кляйбера. Сойдемся с ратью герцога где-нибудь поближе к реке и будем выяснять, кто сильнее, а поскольку Проклятая рота вот уже десять лет поражений не терпела, то и в этот раз нам придется одолеть.
Учитывая, сколько войска я видел вчера, замучаемся мечами махать.
Хотя и другие ребята под флагами Желтого Садовника тоже на что-то сгодятся, наверное.
Игген переоделся, и мы позабирались в седла, но поехали, вопреки прогнозу Рапошана, не на север, а на запад. Что да к чему, мне никто объяснить не удосужился, но я заподозрил, что командир наш хочет разузнать еще что-то и поэтому ведет нас к дороге, по которой движутся войска Синеглазого.
Вскоре мы уперлись в болото, поросшее мелкими разлапистыми деревцами.
Огибать его Вихрь и не подумал, а двинулся прямо в воняющую тухлыми яйцами коричневую жижу. Лошадь его фыркнула, но пошла и провалилась немного выше копыт – похоже, тут имелась тропа, но чтобы разглядеть ее, нужно было быть опытным разведчиком или даже эльфом.
Вскоре болото оказалось со всех сторон, и поглазеть на нас вылезли местные обитатели. На кочках объявились здоровенные, с откормленного кота жабы, темно-синие и лиловые, все в бородавках, с возбужденным жужжанием закружились стрекозы, мелкие и шустрые.
– Ай! – воскликнул я, ощутив болезненный укол в шею.
Хлопнул себя пониже затылка и с удивлением уставился на раздавленное насекомое – это ж не стрекоза, а комар, только очень большой, счастье еще, что без зубов.
– Они не ядовитые, – сказал Рапошан, ехавший, как и в предыдущие дни, замыкающим.
– Хоть что-то радует, – буркнул я и прибил еще одного комара, на этот раз на предплечье.
Прокусить кожаный панцирь они не могли, но вот рукам и ногам доставалось здорово. Видно в клубившейся над топью вонючей дымке было метров на двадцать, вдали что-то ухало и стрекотало, порой доносилось смачное бульканье, словно выливали кастрюлю с бассейн размером.
Солнце казалось щитом из меди, подвешенным на обесцвеченном пологе неба.
Судя по поведению моих спутников, болото не было столь опасным, как лес с развалинами – беспечными разведчики, конечно, не были, но и напряженным никто не казался, нападения не ждали.
Поэтому когда слева от нас с шумом вырос столб мутной воды, на всех физиономиях, даже на невозмутимой морде Вихря появилось изумление. Почти тут же второй такой же фонтан поднялся справа, куда ближе, и нас обдало горячими смрадными брызгами.
– Ходу! – приказал десятник, а я подумал, что все это похоже на артобстрел.
Перелет, недолет, а затем должно быть попадание…
Но разве в этом мире есть пушки, и кому придет в голову палить по трясине?
Лошади пошли быстрее, заплескала под копытами вода, но я понимал, что нам не успеть, что вот сейчас…
Третий столб, меньше прежних, вздыбился в каком-то десятке метров от меня, полетели в стороны стебли болотных растений, с отчаянным кваканьем прыснули с кочек жабы. Но рушиться это составленное из воды архитектурное украшение и не подумало, застыло вопреки всем законам гравитации, а затем его верхняя часть словно раскололась.
Две ленты из жирно поблескивающей грязной жидкости опустились к поверхности топи, а основание ожившего фонтана с хлюпаньем и чавканьем начало перемещаться в нашу сторону. Эта здоровенная тварь, похожая на гидру с парой щупалец, собралась напасть на нас, демоны ее забери!
Хлопнула тетива, но выпущенная Вилами стрела прошла сквозь водяной столб.
– Проклятье! – заорал Рапошан.
«Гидра» продвинулась еще, изогнулась, выбрасывая ленты щупалец.
Одно не достало до меня какого-то метра, второе ударило по спине моего коня, шедшего в заводе, и переломило его хребет как тростинку. Еще две стрелы попали точно в цель, но не причинили чудовищу никакого вреда, не оставили даже крошечной дырки!
Лошадь с ржанием рухнула в трясину, меня за привязанный к седлу повод дернуло назад. И только это спасло меня от очередного удара «гидры» – она целенаправленно атаковала меня, не обращая внимания на остальных.
Понятно, что это магическое создание… Неужели мои «друзья» в желтых плащах?
Я вытащил нож и перерезал повод. Получивший шпоры рыжий скакнул вперед и в сторону. Позади плеснуло, травянистые кочки затряслись – новый выпад громадной твари пришелся по болоту.
А слева из трясины с рокотом выпирал новый гейзер, еще больше прежнего.
Верхушка его развалилась уже на четыре части, в небо ударили струи белоснежного пара.
– Ну нет, ребята, я так не играю, – я дал шпоры еще раз.
Но подгонять коня нужды не было, он сам чуял опасность и мчался со всех ног.
Прыжок, другой, я обогнал Оо, краем глаза заметил, что тот замахивается дубиной. Остальные разведчики метнулись врассыпную, похоже, Вихрь отдал приказ, но я его не услышал.
Эх, где там наши колдуны?.. Сейчас я бы обрадовался и Семерке!
Конь споткнулся, я чуть не кувырнулся через его голову, но тут же мы помчались дальше. Только в этот момент я вспомнил о мече – пусть он окажется столь же бесполезным, как и стрелы, так хоть умру с оружием в руке.
Страха не было вовсе – все происходило так быстро, что я просто не успел испугаться.
Вытащив клинок, я оглянулся – выросшие из болота твари продолжали двигаться за мной, размахивая щупальцами, но перемещались они медленно; мои соратники, раздавшись в стороны, стреляли из луков, но толку от этого не было; спешившийся Оо подбирался к первой «гидре», собираясь, похоже, от души вмазать по ее серовато-бурому змеиному туловищу.
– Отвлекай ее! Отвлекай! – ого, оказывается Вихрь тоже умеет повышать голос.
Но даже крик у него прозвучал спокойно, без надрыва.
Конь мой истошно заржал, прыгнул в сторону, и я обнаружил, что болото вокруг нас кипит. Вздулся пузырь размером с большой таз, рядом с ним другой, еще больше, третий с шумом лопнул, и из него полезло вверх нечто вроде стремительно растущего деревца из воды.
Я рванул за повод, но скакун мой совсем обезумел, помчался не разбирая дороги.
– Йок! – только и смог сказать я, после чего мне осталось лишь держаться.
Плеск и вопли стихали за спиной, мимо проносились низкорослые уродливые деревца. Ветки лупили по лицу, по лбу сползали капли то ли пота, то ли слизи, а я молился только об одном – как бы глупая животина не занесла нас в трясину, куда мы оба и ухнем с головой.
Еще одна гидра появилась сбоку, но она двигалась слишком медленно, чтобы перехватить нас. Чудовище упало, щупальца его удлинились, истончились, одно я срубил мечом, второе хлестнуло меня по плечу, но слабо, на излете.
Впереди в дымке показалось нечто темное, и я сообразил, что это край болота.
– Давай! Нажми! – я похлопал сбавившего шаг коня по шее и оглянулся еще раз.
Атаковавшая меня тварь распалась, ушла в трясину, других видно не было, как и моих соратников.
Копыта застучали по твердой земле, я натянул поводья, и на этот раз мой скакун послушался. Он весь дрожал, с удил падала пена, а бока под моими сапогами ходили ходуном – да уж, как бы не запалить животину, а то если падет, придется топать на своих двоих.
Я поспешно выпрыгнул из седла и для начала вытер физиономию.
Уф, вроде бы ушел… «гидры» из твердой земли не вылупятся, разве что какие-нибудь големы, но об этом даже думать не хочется. Пока нет опасности, придумывать ее не будем.
– Тихо, тихо, – сказал я, поглаживая коня по морде, а затем вспомнил, что его вроде бы надо поводить, чтобы животное не остыло резко, и мы принялись ходить туда-сюда между деревьями.
Осталось дождаться, когда меня нагонят остальные разведчики – Вихрь отыщет наш след даже на болоте, и они припрутся сюда, за мной, все живые и целые, ведь «гидрам» был нужен только я.
Или нет?..
Конь вроде бы успокоился, перестал трястись, но зато я занервничал – где эти засранцы? Захотелось есть, и я полез в седельные сумки – там должны были остаться сухари, еще что-то вроде сушеного мяса.
Но вытащить еду я не успел – послышались голоса, но вовсе не с той стороны, откуда я ждал.
– Это они что, крюка дали? – пробормотал я, вглядываясь в сумрак между деревьев.
Когда между стволов показался человек, я понял свою ошибку, но оказалось слишком поздно…
Второй, третий, но все пешком, лошадей не видно, и снаряжены по-другому: никаких мечей, шлемов или кольчуг, на поясах топоры, а в руках очень длинные луки, каких я до сих пор не видел.
Если вскочу в седло, то из такого меня с легкостью достанут… что же делать?
Меня заметили, и чужаки, которых было около дюжины, двинулись в мою сторону. Подошли ближе, и стало ясно, что все они молоды, но подбородок каждого украшает остроконечная бородка.
– Ты кто таков будешь, мил человек? – спросил, судя по всему, предводитель, кряжистый и рыжий, почти как я.
Прозвучали его слова беззлобно, но нацеленные в мою сторону стрелы не оставляли сомнений, что я для них скорее всего враг и что оружие пойдет в ход, едва я дам повод.