– А Луизу, выходит, убили, не зная, что Карл нанял частного детектива?
– Точно, – ответила Лера. – Даже когда Эльза поняла, что завещание существует, она не знала, что Луизы там тоже нет…
– И поэтому Луиза тоже должна была умереть! – закивала Суркова.
– Да, а подозрение в ее убийстве, как и в гибели деда, должно было вновь пасть на Романа. Таким образом, Эльза и Рубис убивали сразу двух зайцев – избавлялись от Луизы физически, а Романа, как они надеялись, отправляли на нары! В первый раз не вышло, но они решили, что, так как убийца Карла до сих пор не найден, Роман все еще под подозрением, а значит, его легче будет снова «подставить». Рубис выяснил, что Роман ежедневно занимается бегом и выходит из дома в одно и то же время. Он также отследил его маршрут, и они с Эльзой договорились заманить Луизу в такое место, мимо которого Роман мог пробегать. Он, конечно же, в тот двор не заходил, но это не имело значения: главное, что по тем немногочисленным камерам, на которых он «засветился», можно было предположить, что он имел такую возможность!
– И как же наши злодеи заставили Луизу приехать в такое местечко, да еще ни свет ни заря?
– Эльза сказала ей, что завещание Карла у нее и что им надо придумать, что с ним делать. Так как Луиза к тому времени уже предполагала, что Карл мог ее всего лишить, она сочла возможным встретиться с Эльзой, ведь их интересы совпали. У нее, конечно, возникли вопросы, почему Эльза выбрала такое странное место для встречи, однако девчонка сказала, что это выбор не ее, а человека, который добыл завещание, и что Луизе придется заплатить за него, так как у самой Эльзы денег нет. Так что особых подозрений у Луизы не возникло. Денег она с собой, кстати, не взяла, чем сильно возмутила Эльзу, ведь та надеялась заполучить еще и кругленькую сумму на руки, но Луиза хотела сначала взглянуть на то, за что платит. Убийцы поджидали ее. Рубис сел на место рядом с жертвой, а Эльза – на заднее сиденье, но то, что девчонка оказалась в компании адвоката, а не «продавца завещания», как договаривались, заставило Луизу запаниковать. Изначально планировалось, что ее тоже убьет Рубис, но Луиза попыталась выскочить из машины, почуяв опасность, и тогда Эльза набросила на нее уздечку и, опершись ногами о спинку сиденья, затянула изо всех сил. Она девица спортивная, тренированная, и ей это удалось, ведь Луиза субтильного телосложения, и шея у нее была тонкая!
– Странно, что Эльза так легко пошла на убийство, – заметила Суркова. – Одно дело, когда любовник убивает человека, который даже не являлся ее кровным родственником, и совсем другое – убить самой!
– По-моему, у Эльзы не все в порядке с головой, – сказала Лера. – В смысле, она, конечно, никакая не сумасшедшая, и любая экспертиза признает ее вменяемой, однако у нее, как бы это выразиться… нет тормозов, что ли? Если она чего-то хочет, море должно раздаться, и Эльза по красной ковровой дорожке двинется к своей цели! Но что касается Луизы, то Эльза терпеть ее не могла – впрочем, Луиза отвечала ей полной и глубокой взаимностью. Эльза не забыла, что Луиза постоянно напоминала Карлу о том, что близнецы пошли не в его породу и что именно Луиза растрепала ему о ее интрижке с Рубисом, так что…
– Но почему уздечка? Такого странного орудия убийства я и не припомню! Были чулки, шарфы, гитарные струны, рыболовные лески и провода, но – уздечка…
– Удивительно, но Эльза сомневалась в Рубисе, Алла Гурьевна!
– То есть?
– Убийство Карла далось ему тяжело: адвокат явно не был приспособлен для таких дел, и она боялась, что что-то пойдет не так!
– Выходит, в этой парочке именно Рубис играл роль ведомого?
– Звучит невероятно, да?
– Я бы сказала, даже пугающе…
– По этой причине Эльза пошла в то утро с адвокатом, ведь ее присутствие, в сущности, было не обязательно: она хотела подстраховать его, подбодрить и в случае чего перехватить инициативу. И она прихватила уздечку – так, на всякий случай. Рубис, кстати, взял с собой шнур от удлинителя – им он и намеревался задушить Луизу.
– Да, но почему все-таки Эльза выбрала для такого дела уздечку? Согласитесь, это ведь не самое удобное орудие для убийства!
– Я спросила ее об этом, Алла Гурьевна.
– И что ответила эта поганка: почему уздечка?
– Не поверите! Она сказала: потому что Луиза – лошадь!
Алла уставилась на собеседницу, а потом, несмотря на то что очень старалась сдержаться, расхохоталась.
– Простите, Лерочка, – сказала она, успокоившись, – но Луиза… она и в самом деле сильно напоминала лошадь – такое лицо длинное у нее и нос…
– Да, вы правы, – усмехнулась Лера, – что-то было в ней… лошадиное! Еще Эльза сказала, что Луиза издевалась над ней, говоря, что девчонка, дескать, изо всех сил пытается играть в светскую львицу, занимается конным спортом, понимаешь, но крестьянскую кость не спрячешь – ее предки лошадь только в плуг запрягали!
– Крестьянскую кость?
– Луиза всем рассказывала, что ее предками были известные купцы, а семья ее до революции владела мануфактурами – кстати, это все было вранье! А Ольгин прадед, насколько известно, батрачил на небогатого помещика и еле-еле сводил концы с концами. После революции он попал в колхоз и помер от пьянки. Видимо, Эльза решила, что будет здорово убить Луизу с помощью уздечки, отомстив за унижение.
Они помолчали, потом Суркова спросила:
– Выходит, выкрасть у нотариуса завещание тоже пытались Эльза с Рубисом?
– Нет, Рубис снова подрядил для этого Тимохина. Но тот ничего не нашел…
– Потому что завещание находилось у нотариуса дома! Кстати, вы обнаружили орудие убийства?
– Да, в личном шкафчике Эльзы в конноспортивном клубе. А кеды, в которых она была во время убийства Луизы, оказались в ее обувном шкафу: в рифленой подошве Дорошенко нашел волокна обивки сидений Луизиной машины. Пусета, между прочим, принадлежала Эльзе: во время борьбы с Луизой она ее потеряла – там замочек без винта, обычная «бабочка»! Обнаружив пропажу только дома, девица поняла, что мы найдем улику, и поспешила подкинуть вторую сережку в шкатулку Эльзы. На ее беду, на снимках с вечеринки Эльза именно в этих пусетах – видимо, они ей очень нравились!
– Вот ведь занятно, как срабатывают стереотипы, – проговорила Суркова, теребя в руках тонкую ножку бокала. – Сначала представлялось, что самые вероятные преступники – Эдуард и Антон!
– Ну да, у Эдуарда были терки с Карлом на почве бизнеса. Он казался подходящим кандидатом: отказался подчиняться деду, взял кредит под залог жилья, не имел твердого алиби… А Антон – наркоман!
– И этим все сказано! Но все же не каждый наркозависимый – преступник, верно? Хотя, если он продолжит в том же духе – особенно теперь, когда некому держать его за штаны, не давая сорваться в пропасть, – все кончится плохо!
– Оба близнеца побывали на вечеринке в доме, где есть чучело медведя, и на их одежде остались волоски, так что неудивительно, что Антон попал под подозрение: на его футболке и толстовке обнаружились улики. Другое дело, что они были и у Эльзы, просто…
– Просто девочку никто не подозревал. Но Рубис-то, Рубис – как он рискнул, с малолеткой? И не просто с малолеткой, а с дочерью клиента?!
– Я проверила подноготную адвоката – ну, насколько смогла, – сообщила Лера.
– И что там?
– Оказывается, у него и раньше были связи с очень молодыми девушками: из-за одной такой его выкинули из большой юридической фирмы, в которой он работал, – девица оказалась дочкой босса и к тому же несовершеннолетней!
– Да он просто маньяк!
– И не говорите, Алла Гурьевна! – согласилась Лера. – Уволили Рубиса, конечно, «по собственному»: начальство не захотело скандала, и дело предпочли замять, но Рубис долго не мог устроиться в приличное место.
– И случившееся ничему его не научило!
– Не будем сваливать всю вину только на него: Эльза – весьма занятный персонаж! Вспомните хотя бы ее визит в клинику – никто не заподозрил бы, что перед ним не светская дама, а сопливая школьница!
– И не стоит забывать, – подхватила Суркова, – что «сопливая школьница» хладнокровно зарезала любовника, сообразив, что это – ее единственный шанс оправдаться… Кстати, коллега, я хочу вас кое о чем предупредить.
– Я слушаю, Алла Гурьевна, – насторожилась Лера.
– Вы не думали, почему Эльза и Рубис решили сматывать удочки именно тогда, когда вы отправились в дом Вагнеров с обыском?
– Н-нет, я… Честно говоря, я как-то над этим не размышляла!
– Напрасно. Я могу, конечно, допустить такое удивительное стечение обстоятельств, но опыт подсказывает мне, что подобное – большая редкость!
– Вы считаете, их предупредили?
– Их или только адвоката – бог знает, но – да, я так считаю! А это означает, что кто-то в вашем ближайшем окружении делится конфиденциальной информацией с теми, для кого она не предназначена… Ну, или у Рубиса была просто невероятно развита чуйка – так сильно, что он скорее кинулся покупать билеты на самолет, а потом наведался со своей малолетней любовницей в ее дом с целью поживиться перед бегством из страны… Смотрите, наше мороженое тает! – вдруг воскликнула Суркова, взглянув на высокие вазочки с десертом, походившие на бокалы для мартини, только более глубокие. Разноцветные шарики мороженого, подтаяв, образовывали причудливые сочетания цветов, а печенье и фрукты, украшавшие десерт, делали его настоящим произведением искусства.
– Если мы не съедим это прямо сейчас, – добавила Суркова, – все превратится в бесформенное месиво! Давайте-ка закажем еще по шампанскому и отдадим должное этому замечательному мороженому: в конце концов, мы имеем полное право расслабиться и получить удовольствие, ведь дело раскрыто!
– Что ж, теперь я могу говорить на эту тему, ведь разрешение от Романа получено, – сказал доктор Сапковский, когда Лера появилась на пороге его кабинета. – Хотя, признаться, я удивлен!
– Почему? – спросила она.
– Не представляю, зачем Роме понадобилось рассказывать о себе следователю, которая дважды едва его не посадила!