– Спасибо, – еле слышно выдохнула она.
Брови Злата сошлись у переносицы.
– Вот только… э-э-э… дело в том…
Он не договорил, и Серильда не поняла, о чем он толкует.
Дело в том, что Серильда влюблена в него? Дело в том, что ее муж кровожадный ублюдок? Дело в…
– Сделка, – подсказал Злат. – Та сделка, которую мы с тобой заключили.
Ах да. Это дело.
– Я ему ничего не говорила.
– Я и сам догадался.
– Мне и в голову не могло прийти… когда мы заключали эту сделку… Я не думала…
– Я тоже.
Серильда поджала губы.
Злат нервно вытер ладони о рубашку.
– Сегодня мы все равно ничего не можем с этим поделать, – примирительно сказала она.
– И то верно, – согласился Злат. – Мы должны сосредоточиться на важных вещах. Не то чтобы этот ребенок… твой ребенок… не важен.
– Значит, в тронный зал?
Он горячо закивал.
– Жду тебя там.
И исчез. Серильда была благодарна за то, что у нее есть минутка отдышаться и прийти в себя после этого мучительного и неловкого разговора. Сможет ли она дотянуть до зимнего солнцестояния, не сказав Злату правды?
Она закрыла глаза.
– Помоги мне, Вирдит.
Глава 17
Тронный зал был пышно украшен. Вдоль его стен выстроились два ряда каменных колонн, и на каждой был вырезан обвивающий ее татцельвурм. Днем позолоченную лепнину и гобелены на стенах освещали солнечные лучи, льющиеся из окон, выходящих на озеро и дальние горы. А по ночам зал согревал золотистый свет сотен свечей.
Зал поражал своими размерами, но Злат был прав. На первый взгляд, здесь не было мест, где можно было бы надежно спрятать тело. Ни шкафов, ни гардеробов, ни каменных надгробий, которые пришлись бы для их поисков весьма кстати.
– По ту сторону завесы все по-другому, – поведала Серильда. – Тут все в паутине и крысиных норах, сломанная мебель валяется как попало, хотя от нее вообще уже мало что осталось. Земля сплошь поросла колючими кустами. Окна выбиты. Только троны все такие же… как будто что-то их защищает.
Она подошла к возвышению, на котором стояли два трона – два кресла с кобальтово-синей обивкой, высокими спинками и ножками в виде львиных лап.
– Вот в точности так же они до сих пор и выглядят. Ни пылинки на них.
Злат обошел помост, изучая троны со всех сторон. Потом топнул ногой по каменному полу.
– Я почти уверен, что пол здесь из сплошного камня. Но… под помостом? Кто его знает.
Они сбоку подошли к помосту, представлявшему из себя платформу, поднятую на три ступеньки над полом и застеленную ковром с золотым шитьем. Одновременно присели и подвели руки под край.
– На счет три, – скомандовал Злат. – Раз. Два. Три!
Они толкнули.
И крякнули.
И поднатужились.
Серильда уже готова была сдаться, но тут помост сдвинулся. Нога соскользнула, и Серильда ударилась коленкой о каменный пол, но помост точно сдвинулся на несколько дюймов.
Достаточно, чтобы приоткрыть край уходящей вниз ямы. Серильда втянула в грудь воздух.
Они со Златом встретились взглядами и толкнули снова. На этот раз помост поддался легче, и они отодвигали его все дальше, дюйм за дюймом.
Когда их ноги почти достигли края ямы, Серильда и Злат остановились. Их взору открылся прямоугольный провал, такого же размера, как помост, скрывавший его. Здесь не было каменных плит пола, а в земле была вырыта яма с грубыми стенками глубиной почти четыре фута.
Серильда забыла, как дышать. Схватив Злата за руку, она вместе с ним опустилась на колени у края. За всю жизнь Серильда никогда не видела столько костей. Яма была полна ими. Бедренные и тазовые кости, скопление крошечных косточек пальцев и выбеленные временем черепа. Два тела, как будто бы просто спящие, выделялись на их фоне, словно алые розы на белом снегу.
Они прекрасно сохранились, эти два тела, – однако и с ними обращались не слишком почтительно.
Принца Серильда узнала сразу, хотя его бросили в яму лицом вниз. На нем был ярко-зеленый плащ с золотой вышивкой, прекрасные кожаные сапоги и сшитый на заказ камзол. Его плащ распахнулся, в нем запутались чьи-то кости, и Серильда представила, как те, кто лежал под ним, медленно гнили, пока принц оставался невредим, защищенный от безжалостных когтей времени каким-то волшебством.
Проклятием.
У нее никак не получалось думать о теле, лежавшем в яме, как о Злате. Тот, кто находился там, внизу, был одет прямо по-королевски, но очень старомодно. Принц трехсотлетней давности. К тому же он был почти мертв, а Злат всегда казался таким живым.
Рядом лежало второе тело. Тело ребенка.
Здесь должно было лежать тело Серильды, но его не было.
Девушка почувствовала странную опустошенность, глядя на маленькую девочку. Немного повыше Гердруты, с такими же золотистыми кудрями. Они могли бы сойти за сестер, вот только эта девочка была принцессой. Сестрой Злата, небрежно брошенной в яму. Она лежала на боку: одна нога неловко согнута, спутанные локоны закрывают половину ее лица. Но на ее щеках алел жаркий румянец. Казалось, в любой момент они с братом могут проснуться, оглядеться и ужаснуться, обнаружив себя в этой братской могиле.
Серильда вздрогнула.
Наконец оторвав взгляд от принца с принцессой и других несчастных, лежащих в яме, она заметила кинжал с роскошно украшенной рукоятью. Брошь, усыпанную камнями. А возле черепа в углу – корону.
Темные не снизошли до того, чтобы обыскать эти тела и присвоить драгоценности. Они просто хотели избавиться от трупов.
Она поморгала, не давая пролиться подступившим слезам. Перед ней лежали не просто останки. Это были не просто ухмыляющиеся черепа с пустыми глазницами и разрозненные кости в истлевшей ткани дорогих одежд. Это была семья Злата. Его мать и отец, король и королева, которые когда-то правили этим замком. А остальные – слуги, придворные, охрана? Сколько тел, оставленных здесь гнить, принадлежали когда-то призракам, которые до сих пор неприкаянно бродили по этим залам?
Серильда понимала, что их всех не могли убить за одну ночь. Она сомневалась, что в эту наспех вырытую яму могло поместиться больше пары десятков человек, когда на их костях еще держалась плоть. Возможно, это те, кто погиб здесь, в тронном зале. Темные не потрудились оказать им хоть какие-то почести, провести достойные обряды погребения. Их волновало только, куда девать останки. Вероятно, все эти люди оказались в этой яме лишь потому, что Эрлкинг приказал вырыть место, где он смог бы спрятать тела принца с принцессой, а остальные трупы в тронном зале было проще сбросить туда же, чем тащить к подъемному мосту.
Интересно, была ли среди них Агата?
А что темные сделали с остальными? Побросали их тела в озеро? Или в замке есть и другие безымянные могилы вроде этой?
– Это были мои люди, – прошептал Злат, все это время стоявший рядом с ней. Опустошенный взгляд, лицо, полное неверия и ужаса, – …люди принца. Наш двор, наши слуги. Он убил их, а потом просто… просто сбросил их сюда. Как будто их жизни ничего не значили.
Серильда взяла его за руку, но Злат не сжал в ответ ее пальцы. Как будто не почувствовал ее прикосновения. Или как будто оно не могло его утешить.
Так он и стоял с опущенной головой, а когда заметил, что их с Серильдой пальцы переплетены, то даже удивился немного. Он заглянул ей в лицо – она не видела Злата таким потрясенным и подавленным с тех пор…
Ну да. С тех пор, как Эрлкинг объявил ее своей невестой.
– Он вышвырнул их, выбросил, как мусор, – пробормотал Злат. – Значит, ему не были нужны никакие богатства… Все, чего он хотел, это месть. Он убил всех этих людей только ради того, чтобы причинить мне боль. Он убил моих родителей, – голос Злата сорвался, но он продолжал, и постепенно его горе перерастало в гнев, – просто чтобы причинить мне боль. А теперь я их даже вспомнить не могу. Не могу хотя бы оплакать их, как подобает.
– Ты сейчас их оплакиваешь, – шепнула Серильда.
Злат яростно замотал головой.
– Я виноват перед ними. Я их подвел. Каждого из этих…
– Нет, Злат. Ты ничего не мог сделать. Тебя даже не было здесь, когда это случилось. А если бы и был – темные всех застали врасплох. Они же бессмертные. И опытные охотники. У них есть магия и… словом, это был нечестный бой. – Она прильнула к нему, уткнулась головой ему в плечо, хотя Злат в ответ лишь напрягся. – Ты ни в чем не виноват. Ты просто пытался спасти свою сестру.
Как только Серильда произнесла эти слова, ей тут же захотелось взять их обратно.
Пытался спасти, но не сумел.
Но разве он смог бы остановить резню? Серильда знала, каким тяжким грузом лежит у Злата на сердце вина за то, что, когда все случилось, его здесь не было. Ведь Эрлкинг устроил весь этот кошмар в отместку за то, что Злат убил Перхту и отправил ее дух в Ферлорен.
Принц дорого заплатил за это. Он платил за это до сих пор. И будет платить до конца времен, если они не найдут способ разрушить злые чары.
– А почему она вообще здесь? – снова заговорил Злат, на этот раз громче. – Ты сказала, что она умерла.
Серильда отстранилась от него. Но, хотя слова Злата звучали гневно, она понимала, что он зол не на нее. Прерывисто дыша, он не отрываясь смотрел в яму, на тела – забытые и проклятые.
– Она не умерла. Серильда. Взгляни, она не мертвая.
Серильда снова посмотрела на принцессу. Она ничего не понимала. Ведь она ясно видела повешенное тело девочки, неподалеку от этой самой ямы.
Вдруг ее глаза округлились.
Ее тело.
Она видела тело принцессы, это тело, свисающее с балки.
– Он уже проклял ее, – заговорила она чуть слышно. – Ее дух уже был отделен от тела. Но тогда…
– Где же она? – не дал ей договорить Злат.
– Не знаю.
Как же Серильде хотелось сейчас сделать хоть что-нибудь – что угодно, лишь бы облегчить его боль.
Он вынул медальон из-под воротника и сжал его в кулаке, не сводя глаз с трупа сестры. Его сестры, которая не умерла.