Тихий голос парня выводит из оцепенения. Я открываю глаза и вижу перед собой темный силуэт. На миг мне кажется, что это мой оживший кошмар, но я глотаю крик, так как голос другой.
Дар говорит по магфону. Светящийся экран – наша связь с реальностью. Магфон означает, что есть шанс. В моих кошмарах я всегда одна и без связи с внешним миром. Начинаю дышать чуть свободнее и ровнее, вытаскивая себя из бездны отчаяния, но понимая, что могу вернуться туда в любой момент. Этот страх мне никогда не победить окончательно.
– Да какой-то мудак нас тут запер… – раздраженно выговаривает парень. – Да уж, постарайся…
Слышу смешок, и чужая спокойная уверенность передается мне. Не полностью, но чуть-чуть. Я даже могу заставить себя подняться. Правда, все равно стою, привалившись к стене, и дрожу.
Дар заканчивает говорить и разворачивается ко мне:
– Кит за нами приедет. Но надо продержаться около получаса. Ты сможешь?
Нет. Полчаса – очень долго. Полчаса – это тридцать минут, это восемнадцать тысяч секунд.
Ужас снова накрывает с головой. Дар чувствует мое состояние и делает шаг ближе. Он ловит мои руки и заводит над головой, чтобы я снова не начала брыкаться, но делает только хуже. Мое тело начинает воспринимать его как врага.
– Если ты будешь вырываться, то покалечишь меня, Каро… и себя тоже. Ты хочешь этого?
От его низкого спокойного голоса по спине пробегают мурашки, и в голове немного проясняется.
– Отпусти.
Он беспрекословно отпускает мои запястья. Руки падают безвольными плетьми, а Дар все так же нависает надо мной, упираясь в стену, и сосредоточенно изучает мое лицо. Кусаю губы, чтобы не разреветься. Я на грани. Смешно: за последние шесть лет я плакала один раз, второй может случиться сейчас, и оба раза – при Даре. Это определенно не тот парень, рядом с которым стоит находиться. Но именно его присутствие удерживает меня от срыва.
Я вижу мерцающие в темноте глаза и чувствую, как бьется его сердце. Прикрываю глаза, пытаясь отрешится от того, что мы заперты в маленьком темном помещении. То, что я не одна, помогает, но паника где-то рядом, и дыхание над ухом теперь кажется пугающим. В моих кошмарах рядом не Дар, а тот, кто стал моим самым большим страхом. Начинаю дрожать и цепляюсь за реальность, которая упрямо от меня ускользает.
Даже закрытые глаза не помогают. Я вижу нависающую над собой фигуру, и это пугает, но запах… Запах Дара совсем другой: яблоко, цитрус и морская свежесть. Он удерживает меня на грани. Только вот боюсь, что скоро одного запаха будет мало. Мой кошмар ожил и утягивает меня в бездну.
– Ты как? – тихо спрашивает парень.
Он так близко, что я могу провести руками по его груди, почувствовать, как под ладонью бьется сердце. Это вернет меня в реальность, но я не решаюсь. Между нами уже слишком много недомолвок. Будь на его месте Волк, я бы не стала упускать шанс избавиться от панической атаки. Но Дар не друг. Он воспользуется моей слабостью. Поэтому я просто стою и упрямо цепляюсь за запах.
– Не знаю, – признаюсь я. – Плохо понимаю, где реальность, а где нет.
Сглатываю, и чернота захлестывает с головой. Мне страшно и нечем дышать. В голове перемешались образы прошлого и настоящего. Я перестаю понимать, где я, и мужская фигура передо мной пугает.
Мне нужно выбраться отсюда!
Я ударяю парня в грудь, но он монументален, как скала. Свой кошмар я тоже никогда не могла сдвинуть с места. Он всегда был сильнее меня. Физически я бы никогда его не одолела, поэтому я делаю единственное, что способно меня спасти: собираю силу для ментального удара.
Глава 7
Дар
Маленькая, нежная и напуганная. Только сейчас понимаю, что она достает мне едва ли до подбородка. Странно, но она казалась мне выше. Такая Каро мне почти нравится. Но в ней все равно есть внутренний стержень. Ее не по-детски штормит, и то, что кошмар берет над ней верх, я вижу по резкой линии скул, плотно сжатым губам и подернутому магической дымкой взгляду. Это плохо.
– Не понимаю, где реальность, а где нет, – говорит она и готовится ударить.
Плечи напряжены, сама как сжатая пружина, а я очень не хочу получать. Маленькая сломанная девочка, мне ее жаль. Только вот и я не сказать чтобы целый, и мне совершенно не хочется, чтобы меня доломали. А Каро может.
Она пахнет нежностью. Это обескураживает, и даже сейчас иррационально хочется ее защитить. Только кого я могу защитить? Даже себя не всегда.
Каро дрожит и рвано дышит.
– А так?.. – Медленно наклоняюсь к приоткрытым губам и провожу тыльной стороной ладони по ее щеке. Как бархат.
Судорожно выдыхает, чуть расслабляясь, но я чувствую: кризис не миновал. Разве что немного отступил. У меня получается ненадолго выдернуть ее из кошмара. Вряд ли мы так продержимся до приезда Кита. Я заперт с магической взрывчаткой, когда детонирует – непонятно, но взрыв может кого-нибудь уничтожить. Например, меня.
Каро снова дергается, и я успеваю перехватить ее руки и завести над головой, сдерживая натиск. Она даже не успевает пикнуть, но я осознаю: если попытается вырваться, будет больно нам обоим. А еще эта ее магия! Против ментального удара я сейчас вряд ли что могу предпринять. Разве только ледяной душ – но он окатит нас обоих. Оставляю его напоследок. Если не сработает ничего другое.
Например, это…
Резко качаюсь навстречу приоткрытым манящим губам. Четко знаю: если Каро просечет, что я собираюсь сделать, то я получу. И это будет справедливо, но я готов рискнуть. На моей стороне – эффект неожиданности. Меня так ведет от ее присутствия, что если она испытывает хоть десятую долю моих ощущений, может и сработать. А если нет… что же, тогда ледяной душ. Мне он точно будет необходим.
Каро
Он снова ловит мои руки, и тьма отступает. Горячие тиски на запястьях. Заводит их над головой и жадно целует, прежде чем я успеваю пикнуть и вырваться. Его поцелуй снова жесткий, такой, что я не успеваю ничего сделать. Пытаюсь освободиться, но парень легонько прикусывает мою губу и тут же горячо обводит ее языком, заставляя задыхаться от совершенно новых и ярких ощущений, которые затмевают и страх, и болезненные воспоминания. Теперь темнота и замкнутое пространство будут ассоциироваться не только с двухлетним адом, но и с поцелуем со вкусом ментола.
Дар, как и первый раз, целует меня без спроса. Вжимает сильным телом в стену и проталкивает колено между ногами. Это так невозможно порочно, что кружится голова и внутри все горит. Мне совершенно не нравится, что подобные чувства разжигает во мне этот невозможный мажор с отвратительным характером, но я благодарна ему за то, что выдернул меня из состояния, в котором я не способна себя контролировать. Ага. Будто сейчас способна. Я похожа на пластилин в его руках – такая же податливая.
Я не понимаю, что со мной, но не сопротивляюсь. И когда Дар, убедившись, что я больше не планирую никого убивать, отпускает мои руки, сама обнимаю его за шею, веду ладонями вверх и ерошу волосы на затылке. Тонкие металлические проволоки под руками – как корона. Когда касаюсь их, Дар вздрагивает, и мне кажется, парень сейчас отстранится, а меня снова накроет панической атакой. Я не согласна, поэтому возвращаю поцелуй-укус и слышу сдавленное ругательство.
Его руки сжимают мою талию, и мы сейчас так близко друг к другу, что сносит крышу. Я плыву от него, и это плохо. Мне не страшно – это хорошо. Гулко бьющееся сердце, прерывистое дыхание, обжигающее даже сквозь рубашку тело…
Мне нравится чувствовать его тяжесть. Контраст прохладной стены под лопатками и горячего торса, к которому я прижимаюсь грудью. Мне хочется прикасаться к нему, но разум еще не совсем покинул меня. И так наш поцелуй перерос во что-то большее, слишком интимное. Я чувствую, что еще пожалею об этой близости, мы ведь даже не нравимся друг другу.
Чуть отстраняюсь, упираясь ладонями ему в грудь. Слышу, как отрывисто бьется его сердце, и мой собственный пульс тут же подхватывает этот ритм. Мы оба на пределе и на краю большой ошибки. Возбуждение игнорировать очень сложно, оно заставляет совершать глупости, а я и так перешла черту.
– Хватит… – шепчу тихо ему в губы.
Дар не спорит и отстраняется. Сразу же вокруг сгущается темнота. Начинает возвращаться страх, но он далеко. Я могу его контролировать. Пока.
– Ты ведь понимаешь, что это ничего не значит? – осторожно интересуется парень.
От его слов – иррациональная боль за ребрами. Я закусываю губу, понимая, что опять рискую разрыдаться.
– Ничего не значит, – вторю ему я.
– Хорошо. Просто я не хотел, чтобы ты меня убила. – Дар хмыкает. – Никогда не думал, что это будет иметь для меня принципиальное значение.
– Спасибо, – шепчу я.
– Теперь все хорошо? Я не буду больше тебя целовать. Надеюсь, ты понимаешь почему?
– Понимаю…
Перед внутренним взором – подернутый дымкой желания взгляд. Губы покалывает от поцелуев парня, а внизу живота – тянущее ощущение желания. Я прекрасно понимаю Дара. Нам определенно нельзя больше целоваться.
– Ты сможешь продержаться до приезда Кита?
– Не знаю, – честно отвечаю я. – Если не получится, что будем делать?
– То, что сейчас нужно нам обоим… – загадочно говорит Дар, и я хмурюсь.
Что он имел в виду, понимаю позже, когда меня снова начинает накрывать. Ледяной душ гораздо менее приятен, чем поцелуй, но по эффективности не хуже. В итоге, когда Кит и мирс Чамблен освобождают нас из кладовки, мы с Даром промокшие до нитки, замерзшие и немного злые. Зато вопрос с отработкой с повестки дня снимается. И я второй раз иду мокрая по коридорам колледжа. В этот раз хотя бы не одна.
Кажется, сушить форму после учебного дня входит у меня в привычку. Но сегодня я никого не побила и отсидела все пары – прогресс. А то, что зуб на зуб не попадает и юбка липнет к бедрам, – это небольшой побочный эффект. Холодный душ действительно был нужен и мне, и Дару.
– Каро! Что произошло? – интересуется моя соседка и смотрит с таким искренним сочувствием, что я изменяю себе и рассказываю ей о случившемся, конечно, избегая подробностей.