– Ты знаешь, что ты идиот? – Я вздыхаю и устраиваюсь за спиной у парня.
– Знаю. С момента знакомства с тобой ты мне это сказала раз пять. А мы знакомы меньше двух дней.
Глава 8
Вот странно. Я спокойно катаюсь с Волком, не испытывая дискомфорта и смущения. А необходимость обнять за талию Дара вызывает у меня неоднозначные эмоции, поэтому медлю, изучая его широкую спину.
– Ты же понимаешь, что, если не будешь держаться, когда я тронусь с места, можешь упасть? Ты же каталась на осе. Я вчера видел. И этого своего парня ты обнимала за талию. Как, кстати, он отнесется к тому, что ты целовалась с другим?
– Никак! Мы не встречаемся! – огрызаюсь я.
– Как и со мной? – хмыкает Дар. – Ты со всеми так не встречаешься?
Замечание злит, и я стискиваю талию парня сильнее, чем стоило бы. В ответ слышу закономерное шипение. Дар в кожаной куртке, и через нее экзоскелет не проступает, но я знаю, что он там есть. Золотые проволоки, идущие по позвоночнику и расходящиеся лучами к ребрам.
– Прости… – шепчу я и немного ослабляю хватку, понимая, что снова невольно сделала парню больно.
– Ты слишком часто просишь прощения, Каро…
– Больше не буду, – бухчу я.
Дар в ответ срывается с места, закладывая крутой вираж. Даже у меня мышцы сводит, а как, интересно, чувствует себя он?
Рефлекторно прижимаюсь ближе к его спине и снова стискиваю руки, сжимая их в замок на его животе. Мягкая кожа его куртки у моей щеки. Я сама не замечаю, как прислоняюсь к спине Дара. Мне просто так удобнее. Парень значительно выше меня, и поэтому выглядывать из-за его плеча не получается.
Ездить с ним совершенно не так, как с Волком. Ощущения совсем другие. Обычно для меня оса – это средство передвижения. А с Даром – это аттракцион. Волк уверенно-осторожен, а Дар… это Дар, молния, скорость. Парень совершенно сумасшедший и двинутый на голову, но при этом обладающий удивительной плавностью и реакцией за гранью человеческих возможностей.
Мир вокруг сливается в единую разноцветную полосу. Мимо мелькают другие осы, магмобили, здания. Мы несемся по трассе, играя в шашечки, оставляя всех у себя за спиной. В этом сумасшедшем полете на предельной скорости, безусловно, есть что-то невероятно захватывающее. Адреналин шкалит, пульс стучит в висках, но мне не страшно, потому что я чувствую: Дар полностью контролирует ситуацию.
Он подрезает чью-то серую осу, которая кажется смутно знакомой, обгоняет черный степенный магмобиль и закладывает очередной вираж, уходя в поворот с наклоном почти под сорок пять градусов. Сказать, чтобы Дар остановился раньше, я не успеваю, и яркая оса тормозит прямо перед входом в клуб. Откуда парень вообще знает, где я занимаюсь? Он что, следил за мной?
Спросить не успеваю, так как следом за нами у входа тормозит Волк. Слетает со своей осы и идет к Дару. А я внезапно понимаю, кого именно мы подрезали несколько минут назад. Ой-ой! Кажется, приятель зол.
– Ты совсем края потерял, придурок! – выплевывает мой всегда уравновешенный друг и замахивается.
Я знаю удар Волка, поэтому как вода втекаю между ним и Даром, затормозив кулак своей ладонью. А Дар действительно придурок, так как демонстративно не сопротивляется!
Передо мной разгневанное лицо, холодные серые глаза, а сзади – изрядно напряженный Дар. Я понимаю почему, и это крайне опасная ситуация. Один – придурок, другой почему-то возомнил себя бессмертным или просто очень торопится на тот свет.
Напряжение достигает предела. Кажется, даже воздух дрожит.
– Не стоит защищать меня, Каро… – шепчет мне на ухо Дар, опалив мочку дыханием.
Представляю, как интимно в данный момент мы смотримся со стороны. И я готова поклясться, сейчас он смотрит прямо в глаза Волку. Дразнит. Только зря. Мы с Волком почти как брат и сестра. На него эта фигня не действует. Или действует? Потому что Волк злится. Сжимает кулаки, раздувает ноздри. Да ладно?
– Ты совсем? Чего ты завелся? – спрашиваю я у разгневанного приятеля.
– Твой дружок – идиот. Он носится, как самоубийца. И ты недалеко ушла, если села на осу с адреналинщиком! Каро, ты вообще в своем уме?
– А может быть, я и есть самоубийца? – нагло спрашивает Дар, каким-то образом умудрившись обогнуть меня.
Но я торопливо смещаюсь и снова закрываю его от Волка. В ответ слышу раздраженное шипение.
– Не тогда, когда с ней. Сам можешь делать что хочешь! – бросает Волк и смотрит на меня. В его взгляде разочарование, от которого больно. – А ты… Я думал, ты другая.
– Какая другая? – с вызовом спрашиваю я. Мне совершенно не нравятся эти намеки. Я знаю, что Волк не терпит элиту Горскейра, но переносить свое отношение на меня – это слишком.
– Разборчивая. Деньги. Смазливая рожа – и все…
– Идиот, он просто меня привез! – взрываюсь я.
– Да. – Дар все же уверенно отодвигает меня от себя, отстраняется от осы и откидывает со лба волосы. – Разве не видно, что ни на что другое я не гожусь?
Я вижу, как меняется выражение лица Волка. Готова поклясться, он не заметил экзоскелет на Даре, иначе не стал бы пытаться ударить. А вот то, как Дар трактовал мои слова, бесит! Сам же сказал, что между нами ничего нет. Он богатый избалованный говнюк. Именно поэтому я не хочу, чтобы Волк подумал, будто мы вместе. При чем тут экзоскелет? Прибила бы обоих.
– Ну да, главное – выйти из-за спины девчонки. Инвалида я, конечно, бить не буду… – выплевывает Волк.
Я собираюсь возмутиться, но не успеваю. Потому что Дар бьет.
Это неожиданно даже для меня. Резкий короткий удар, который Волк не успевает блокировать и летит на землю. Правда, сразу же вскакивает и резко бьет в ответ, невзирая на мою попытку помешать. Дар блокирует, но разные весовые категории, экзоскелет… Нереально. Парень летит на землю, а я слышу неприятный треск. Наверное, именно так ломается экзоскелет.
– Волк, ты сам идиот! – ору я и кидаюсь к Дару, который с вызовом смотрит на нас из-под падающей на глаза челки. На губе парня кровь. Подозреваю, это не самое серьезное повреждение.
– Ну вот… – Дар смотрит сквозь меня. – А говоришь, что не бьешь инвалидов.
– Да пошел ты! – бросает Волк и показывает неприличный жест. Разворачивается и направляется ко входу, а я закатываю глаза.
Хорошо хоть тренировка уже началась. И свидетелями некрасивой стычки стали лишь несколько случайных прохожих.
– Ты – идиот, – сообщаю я и понимаю, что Дар не просто так лежит на асфальте, опираясь на локти. Он просто не может встать. – Я тебя пришибу, идиота!
– В твоей речи слишком много этого слова.
– Конечно, много! Тебя тоже много в моей жизни. Хочешь сказать, ты не идиот? Так вставай. Или тебе так удобно?
В глазах Дара лед. Кажется, синее сияние разгорается ярче, и парень поднимается. Я смотрю на него с ужасом. Вижу, как золотые проволоки экзоскелета начинают светиться голубоватым светом, который проникает в тело парня и разбегается под кожей голубыми, похожими на вены ручейками.
– Что это? – шепчу я, разглядывая то, что происходит с парнем.
– Твой друг – придурок! – шипит Волк, который, оказывается, не ушел. На его скуле наливается синяк, нос, как и у Дара, разбит. – Как он с его характером еще жив остался? Он сейчас отключится!
– Не дождешься, – зло огрызается Дар и… оседает, закатив глаза.
– Ну, я же говорил! – рычит Волк, но успевает подставить плечо.
– Зачем ты его ударил! – шиплю я, подхватывая Дара с другой стороны.
Не хочу признаваться себе, что переживаю за парня. Волк, конечно, перешел все границы! Я знаю, что богатенькие детки выводят его из себя, но и головой думать надо.
– Потому что он ездит как придурок, – неуверенно огрызается Волк. – Я знаю таких! И экзоскелет – подтверждение того, что однажды его уже собирали по частям. Но не собрали. Поспорим, что свои украшения он получил, разбившись на осе?
– Я все слышу, – тихо говорит Дар. В его голосе сарказм. – Но в городе – не трек. Даже в экзоскелете я способен объехать еле ползущую осу.
– Ты меня подрезал!
– Я тебя объехал. И прекрати меня уже так трогательно прижимать к себе.
Волк задыхается от возмущения, но возразить не успевает, так как на ступенях академии появляется шэх. Все представление происходило под окнами тренерской. Демоны! Я надеялась, он на тренировке! Сейчас нам влетит.
– Какого… у вас тут творится?
Шэх пружинящей походкой спускается со ступенек. Свободные спортивные штаны, традиционная туника со знаками отличия – переливающимся золотом фениксом. Мой феникс пока черный. Золотые у него только глаза. На фоне Дара, да и более массивного Волка шэх смотрится крупнее – выше и шире в плечах. И от него волнами исходит угроза. Мужчина обходит нас, и его взгляд замирает на Даре, который уже пришел в себя и даже стоит. Если не присматриваться, можно подумать, практически сам.
– Волк, ты ударил парня в экзоскелете? – спрашивает шэх. В голосе лед, и у меня сжимается желудок.
Волк сглатывает и молчит, за него отвечает Дар:
– И что? Я сам спровоцировал. Не нужно делать меня ущербным. Я не хрустальный.
– Ты – нет, – ровно отвечает учитель. – Скелет – да. Сломана третья, седьмая и пятнадцатая оси. Так ведь?
– Я не такой хороший математик. Представления не имею.
Дар бравирует, но я вижу, как меняется выражение его лица. Шэх попал в точку. Он подходит ближе и тыкает пальцем Дара в плечо. Тот не пытается сдерживаться и выдает весьма забористое ругательство, которое учитель игнорирует, но удовлетворенно добавляет:
– Четвертая тоже, но ты силен. Как научился сращивать проволоки?
– Бабушка научила, – выплевывает Дар с вызовом.
– Сильна твоя бабушка… И ты силен…
– Она сказала, что с моим характером это первый навык, который я должен освоить, прежде чем она выпустит меня из дома.
– Целеустремленный, значит.
Шэх рассматривает парня с интересом. А на нас с Волком не смотрит. Это плохо. Значит, сильно злится. За что на Волка – понятно. А я-то в чем успела провиниться?