пришелец.
Как они добирались до ее дома, уже не помнил. Вырубился? Получается, она тащила его на себе. Та мелкая сволочь все-таки достала его хорошим хуком в лицо! Что значит – давно без практики. Миша Плюто, между прочим, звал, сказал, надо бы подправить форму, а то заматерел, набрал лишку… Приходи, одним словом.
Она ничего о себе не рассказала, а он, кажется, разболтался. Шибаев вспомнил, как пил шипучую жидкость, во рту покалывало – и это было очень смешно! Он смеялся и смеялся… не мог остановиться! Даже когда она обрабатывала его физию и кулаки… он шипел от боли и смеялся. А дальше – провал. До утра. Она привела его к себе… довольно безрассудный поступок! Попросту глупый. Могла, на крайняк, вызвать «Скорую». Зачем? Понравился? Сказала, что она добрая самаритянка… Было еще что-то, промелькнувшее в ее глазах и исчезнувшее… Он вдруг вспомнил ее взгляд, как она рассматривала его – с любопытством и… азартом? Словно играла в рулетку: бросится или не бросится? Ударит? Убьет? Ограбит? Красное или черное? Странная особа. Спросила: вы кто? Полиция? Охрана? И засмеялась: вряд ли полиция, уж очень вы от них рванули. Раньше мента в нем узнавали за версту, а сейчас – охранник… Алик сказал бы, омен! Знак. Прямая тебе дорога, бывший мент Шибаев, в охранники. Иди и не рыпайся.
Алик всюду видит знаки и за завтраком читает гороскопы. Сегодня волновался, поэтому забыл. Ты, Дрючин, как баба, пеняет ему Шибаев. Какие-то идиотские россказни! Подумай сам, ну как какой-то козел или телец может знать, что мне делать и что будет! У нас на планете сколько народу… семь, восемь миллиардов? И про всех они знают? Откуда? Ты же у нас крутой авокадо, тебе палец в рот не клади, что ж слюни распускаешь? Лучше прогноз погоды почитай, хоть какая-то польза.
Почему авокадо? О, это интересная история, кто не знает. Однажды благодарный клиент подарил Алику галстук испанской фирмы «Абогадо», что значит… сами догадайтесь! Правильно, «адвокат». Дичайшей расцветки – зеленый с желтым. Шибаев тут же обозвал Алика авокадо, заявив, что галстук в строчку: во-первых, профессиональный, во-вторых, фрукт. Так и повелось.
Откуда знают? В смысле, козел и телец. Оттуда! Это же Алик Дрючин! Романтик, стихов знает немерено, влюбляется с полуоборота… женат был четыре раза. Четыре! Не всякий один раз успевает обернуться, а тут целых четыре. И гороскопы в придачу. А еще зависает на зеркалах: ах, тайное знание, вход в параллельный мир, может затянуть, обязательно заглянуть, уходя из дома… зачем-то. Зачем, Шибаев забыл. Всю душу вынул насчет старинного бабкиного зеркала, которое забрала Вера. Шибаев и не помнил про него, а Алик – прекрасно и жужжал, что надо вернуть, так как фамильная реликвия и внутри все члены семьи, три поколения, а может, и больше, и вообще, магия, ритуалы, можно вызывать духов. «На хрен тебе ду́хи, Дрючин? – спрашивал Шибаев. – Не боишься, что затянут?» – «Нет в тебе полета и крыльев», – отвечал Алик.
Ну вот как, спрашивается, уживаются в человеке прагматичность и цепкость с розовыми слюнями и верой в гороскопы, параллельные миры и дурацкие забобоны? Черт его знает.
Да, так о чем мы? Значит, в охранники? Шибаев представил себя в синей форме с большими буквами «Охрана» на спине, с газовым пистолетом и дубинкой, стоящим на посту и козыряющим начальству. Еще сумочки поднести супруге начальника… а как же, здоровый лось! Нечего груши околачивать, займись делом. Это было, скорее всего, не так, но в его горьких думах будущее выглядело именно таким.
Он растянулся на диване и закрыл глаза. Вспомнил, как Алик сказал, что приходила клиентка… может, что-то интересное? Бывшая жена Вера тоже сватала его в охранники… Да что ж вам всем неймется его пристроить? Лина не удивилась, когда он сказал, что частный детектив, наоборот, посмотрела с интересом… так ему уже казалось. Книжки про частных сыщиков самые читаемые… и кино.
Он не заметил, как задремал, и ему стал сниться сон… тесный склеп, где трудно дышать, странный шорох… как-будто земля сыплется и паутина на лице. Он резко вздохнул, открыл глаза и вздрогнул, увидев перед собой усатую морду Шпаны, устроившегося у него на груди, – кот мурлыкал и щекотал усами, почти уткнувшись носом в подбородок хозяину. «А ну, брысь, – приказал Шибаев. – Тебя только мне не хватало! И так Дрючин говорит, что я тебе потакаю. Пшел!»
Он поднялся, бесцельно походил по квартире, напился кофе и пошел на ненавистную работу…
Глава 19. Скандал
Есть вещи, которые даже безголовым приходят в голову.
Что-то носилось в воздухе с самого утра… тревога, неясное томление и ожидание неприятностей, и непонятно было, откуда ждать. По четвергам в десять утра Вениамин Максимович – босс дядя Веня – самолично являлся проверить, что и как. Еще покалякать с персоналом, изобразить этакого снисходительного дядюшку. И ни разу еще с момента основания компании не пропустил, разве что, когда бывал в отпуске: выгуливал мадам по Европам, как выразилась однажды спец по продажам Нонна Сольская, девушка ядовитая и языкатая. Любил пройтись вальяжно по коридору, принять комплименты и реверансы, похлопать по плечу, потрепать по щечке. Демократ и отец родной!
Однако в десять босс на работе не появился. Не явился он также в полдень. Не было и его наследника Кирилла, который дневал и ночевал на работе, тем более что был холост и никто нигде его не ждал. Володя Гутник, финансист, с озабоченным лицом пробежал по коридору и заперся у себя в кабинете; приказал секретарше Нюсе отменить две важные встречи, на звонки не отвечал, на стук не отзывался. Даже от кофе отказался: она принесла и стучала, но он приказал оставить его в покое. Его зам Валера Клочков на работе не появился вовсе. Никто не удивился – Валера был тот еще разгильдяй, хотя голова у него варила что надо. Потому и держали, смотря сквозь пальцы на некоторые вольности в поведении, вроде опозданий, исчезновений в середине рабочего дня и появлении на работе в состоянии легкого подпития. Это не считая бесконечных телефонных звонков знакомых девушек.
Во второй половине дня, когда напряжение достигло пика, пронесся слушок, что босс в реанимации – утром ему стало плохо, пришлось вызвать «Скорую», и его доставили в третью городскую больницу. Говорили еще, что он без сознания и совсем плох. Это объясняло отсутствие на рабочем месте Кирилла. Коллектив замер в тревожном ожидании, о работе не было и речи, тем более командовать некому. Володя Гутник, замещавший босса в редкие случаи его отсутствия, сидел у себя, как мышь под веником, и не желал объясниться с коллективом. В воздухе запахло большими переменами; бесхозный народ кучковался на кухне, хлестал кофе и взапуски сплетничал…
Только на другой день страшная правда вырвалась наружу, и все ахнули, узнав, что супруга босса Настя и Валера Клочков сбежали, обчистив компанию на кругленькую сумму в три миллиона зеленых. Оказывается, они были любовниками, о чем никто не подозревал. Вениамину сразу стало плохо с сердцем, он потерял сознание и впал в кому; Кирилл и его тетка, старшая сестра отца, дежурили в палате по очереди, выскакивая ненадолго перекусить и принять душ; был созван консилиум, признавший, что дела пациента плохи; ожидалось светило из столицы. Володя Гутник, чувствуя себя морально ответственным за подчиненных, был черен, как грозовая туча, и не высовывался из кабинета…
Это было событие века! Жена босса сбежала с работником фирмы! Настю не любили: выскочка, высокомерная снобка, грубиянка – никогда не здоровалась, раскрашенная, в бриллиантах и запредельных шмотках. Вениамин в ней души не чаял, хотел детей, а она не торопилась… И что, спрашивается, он в ней нашел? Настраивала отца против сына. Валера Клочков не первый, она ни в чем себе не отказывала. Ее видели с разными мужчинами. Сбежала, прихватив целое состояние и его любимую собаку Джесси. Она старше Валеры, соблазнила его! Теперь они осядут где-нибудь на острове в океане и будут жить в свое удовольствие. Валера знает, как выгодно вложить и заработать – считай, обеспечены до конца жизни! Мнения разделились, и держались пари: поймает их дядя Веня или ищи-свищи, они уже далеко, и хрен найдешь. Причем женщины, оскорбленные в лучших чувствах, уверяли, что беглецов вот-вот поймают, а мужчины, напротив, считали, что если те все продумали – а котелок у Валеры варит, дай бог всякому, – то не факт. И те и другие завидовали: женщины отчаянно, мужчины умеренно, скорее сочувствуя, чем осуждая, понимая, что в их жизни подобной романтики не случится; история бегства влюбленных на глазах превращалась в легенду…
Дядя Веня пришел в себя, все вздохнули с облегчением, хотя и несколько разочарованно – легенде не помешал бы налет трагедии, – и замерли в ожидании: что дальше? Дядя Веня мужик крутой, прощать не умеет, тем более его ограбили, опозорили и выставили рогоносцем. Ему ничего не стоит привлечь к поиску беглецов Интерпол! А что? Золотой ключик отпирает всякую дверь.
Спустя несколько дней любопытные узнали подробности из первых рук – от домработницы, которая была свидетелем бегства… то есть не бегства, а его последствий. Нонна Сольская позвонила ей и все выспросила. Спальня хозяйки утром оказалась пустой, документы, деньги и драгоценности из сейфа исчезли; одежда почти вся осталась – кому она нужна, только лишний груз! Как Насте удалось выскользнуть из дома незамеченной, никто не знал. Видимо, выждав, пока все уснут, под покровом темноты, заранее собрав сумку, она неслышно ушла, а сообщник поджидал ее поблизости. Они помчались в аэропорт и улетели ночным рейсом; ее машину обнаружили там же, на стоянке. И любимая собака хозяина пропала, как уже упоминалось, сука Джесси. Коллектив был потрясен, Джесси все знали – неприветливое сопящее мурло с крохотными глазками часто сопровождало босса. Джесси пропала? Они что, увезли с собой собаку? Зачем? Досадить дядя Вене? А вот это уже первостатейная подлость! Может, выбросили где-нибудь по дороге. Бедная псина!