Народ живо интересовала тема романа Насти и Валеры Клочкова: было или дымовая завеса исключительно для вида? Нет, ну то, что она к нему бегала, подтвержденный факт, не чаи они там гоняли, дураку понятно. А как же Гутник? Ничего не знал? Или это амур де труа? И чья схема за всем этим? Гутник опытный и прожженный лис-финансист, никто и не спорит, но насчет креатива это не к нему, а скорее к Валере.
Клоун Клочков, с его шуточками, приколами и розыгрышами по телефону, дурацкими конкурсами на Новый год и на хеллоуин, бежит по жизни вприпрыжку и способен на любую сомнительную проделку. И новые подруги все время, опоздания, даже пара прогулов. Вечный подросток. Скорее всего, схему выдумал он… мог выдумать! А кто заказчик? Кто подтолкнул? Тут напрашивается мысль о некрасивой роли Насти… В качестве любовника он вряд ли мог ее заинтересовать, а вот в качестве разработчика идеи очень даже. Кроме того, он намного моложе. Мальчишка! А Настя женщина серьезная, тем более путалась с Гутником.
Все азартно переставляли фигурки Насти, Гутника и Валеры Клочкова, определяя каждому его роль, споря до хрипоты и доказывая, как именно все произошло. Причем версии мужской части коллектива в корне отличались от дамских. Мужчины были уверены, что амур де труа вполне приемлемая версия, и никто из них при случае… гм… не отказался бы – последнее, правда, не при дамах. А женщины считали, что бедного Валеру подло подставили. С ним переспали, закрутили ему голову, влюбили в себя и подставили. А он влюбился и поддался, бедный романтик! Конечно, любовь – это такая приманка, что никто не устоит, и любая женщина способна увлечь любого мужчину, тем более такого молодого и неопытного, как Валера. Татьяна из отдела продаж предложила тянуть фанты с версиями, а Зоя – пари и денежные ставки. Оба предложения были приняты.
Кстати, у Зои был роман с Валерой, пару месяцев всего, о чем она вспоминает с улыбкой. Он был хорош тем, что не представлял никакого интереса с точки зрения выйти замуж, с ним не надо было лезть из кожи с намеками и претензиями и притворяться, что ты самая-пресамая. Валера – мальчишка, с которым весело. Разбежались и остались друзьями.
Коллектив был в восторге: заключались пари, определялись размеры ставок, и это оказалось потрясающе интересным занятием, похлеще деловых и компьютерных игр. Креатив зашкаливало, выдвигались версии совсем уж ни в какие ворота. Но постепенно накал стал стихать, так как все проходит рано или поздно, никаких подвижек в розысках троицы не происходило, и жизнь медленно, но уверенно стала возвращаться в наезженную колею. Все чувствовали себя так, будто возвращались с сеанса зубодробительного триллера, еще полные фантастических и ярких впечатлений, с бьющимся сердцем, но уже соображая, что приготовить на ужин, как отпетлять от родительского собрания в школе или объяснить начальству опоздание с отчетом.
Ну и как тут уже в который раз не вспомнить навязшее на зубах выражение про проходящую славу земную…
Глава 31. Шибаев и поиски самаритянки
О женщина, дитя, привыкшее играть
И взором нежных глаз, и лаской поцелуя…
Оказывается, ее зовут Юлия Черникова. Добрая самаритянка Лина на самом деле Юлия Черникова, дипломированный психолог. Шибаев никогда не забудет охватившее его чувство оторопи, когда он увидел на экране Лину! Он сцепил зубы и нахмурился, чтобы не выдать изумления, и хитрая проныра Алик ничего не заподозрил. Конечно, адвокат не связал бы драку сожителя и незнакомку с пропавшей Черниковой, не ясновидящий же он, в конце концов, тем более после пары доз горячительного, но на заметку изумленную шибаевскую физиономию непременно взял бы, так как крючкотвор и зануда. А в будущем время от времени тыкал бы в него этим изумлением… как в жука палочкой, строя идиотские предположения.
Она сказала, что ее зовут Лина… зачем? Инга сказала, безбашенная, любит эксперименты, всюду лезет, потому что в раннем детстве добрая волшебница-ясновидящая обещала защиту, и теперь ей интересно, сработает в очередной раз или нет. При этом она не верит ни в гром, ни в тучу и не суеверная. А повели ее в раннем детстве к ясновидящей, потому что с ней все время что-нибудь случалось, тетя Лена, ее мама, была в отчаянии и не знала уже, куда кидаться. Юлька падала, набивала шишки и синяки, пропадала, цыгане уводили в табор, в колодец сорвалась – повезло, воды почти не было… Всего не упомнить. Однажды, в шесть лет, исчезла на целый день, а вечером ее привел какой-то мальчик постарше – снял с колокольни Спаса, там был ремонт и стояли леса, и она влезла на самый верх. И за пешеходный мост с палаткой, одна! И на Магистерское озеро!
Клуб «Коломбина» из той же оперы, хотя она, Инга, была против, а Юльке интересно, книгу думает написать. Почему против? Да по одной простой причине: они будут ждать чуда! А чуда не случится. Значит, пойдут претензии, недовольства, обвинения. На вопрос Шибаева, не могла ли она уехать просто так, для эксперимента – посмотреть, что будет, Инга ответила: нет! Она всегда на связи, у тети Лены больное сердце. Тем более телефон отключен, а в городе творится черт знает что, маньяк травит женщин шоколадом… уму непостижимо! Почему шоколадом? Причем в каких-то особенных коробках.
Получается, он, Шибаев, тоже был экспериментом. Очередным. А он удивлялся: как можно было притащить к себе домой пьяного, окровавленного мужика? Не к себе, а к маме, она живет там рядом. Это, оказывается, эксперимент: бросится он на меня или не бросится? Ограбит или не ограбит? Сработает ведьмовская защита или не сработает?
Он решил, что она вляпалась куда-то и ей угрожали, потому и привела его к себе… Если бы они встретились еще раз, она рассказала бы ему, в чем дело, но они не встретились. Она не позвонила ему – возможно, не успела. Шибаев раздумывал над тем, как странно переплетаются судьбы: он подрался, она помогла ему, а потом исчезла, и тут вдруг появилась ее подруга, которую прислал Пашка Рыдаев… и так далее. Алик развил бы целую теорию о карме, знаках и предназначении. Как бы там ни было, у тебя, Шибаев, появилась возможность заплатить по счету. Возможность, Саша! Так используй ее по полной, потому что долги нужно отдавать. Так что же с ней случилось?
Он начал с «Пасты-басты», где старое пианино у входа. Здесь ее видели в последний раз. Инга набивалась в ассистенты, но Шибаев твердо ответил, что пока не нужно. Когда понадобится помощь, тогда конечно. Но пока он сам. Инга была разочарована и тут же напросилась к Алику Дрючину – узнать побольше о его коллеге чего-нибудь этакого… в смысле о частной жизни, привычках, характере, о прежних делах… о женщинах, наконец! Алик завибрировал, отменил встречу с клиентом и тут же пригласил ее в «Белую сову» – суперизвестный ночной клуб, который днем работает как обычный ресторан. Пока он там выкладывал биографию Шибаева, изрядно ее приукрашивая, причем не забывая о собственной роли путеводной звезды, тот пил кофе в «Пасте-басте» и беседовал с официантками. Молоденькие девчушки с любопытством рассматривали частного детектива и охотно отвечали на вопросы. Они узнали Юлию по фотографии.
– Это подруга известной журналистки из «Вечерней лошади», ее зовут Инга Вдовина, все в городе знают. Она выступает в новостях и на ток-шоу. Написала однажды про наше кафе, – сообщила беленькая девушка. – Позавчера Юлия была одна, пила кофе и записывала что-то в блокнот. Сказала, что ждет подругу, наверное Ингу. А потом к ней подсел мужчина…
– Можете описать его?
– Молодой, с бородой, лет тридцати пяти, в кашемировом пальто, очень дорогом…
– Красавчик! – подсказала подружка, коротко стриженная темноволосая девушка.
– Ага! Он сидел за другим столиком, а потом увидел ее…
– Взгляда не сводил, – сказала темноволосая. – Даже закашлялся! Смотрел как на привидение! Я еще подумала, любовь с первого взгляда.
– Да ладно, любовь! – фыркнула блондинка. – Просто понравилась, сидит одна, скучает. Я думаю, он не из нашего города…
– Почему? – спросил Шибаев.
– Какой-то он не нашенский. Одет шикарно, обходительный… я наших всех знаю. Вроде приезжий или иностранец. Первый раз у нас.
– Сказал, что любит сидеть у окна, а все занято, если она не против… все такое. Стоял у столика, улыбался.
– Она что-то сказала, наверное, про подругу, а он не успел ответить, как ей позвонили. Она послушала и махнула рукой – садитесь.
– Что было дальше?
Блондинка пожала плечами:
– Ничего особенного, как обычно. Он что-то рассказывал, она смеялась. Он заказал кофе и вино. Еще мясо. А потом заявились студенты, у нас тут пед рядом…
– Ввалились, заказали пиццу… орали! Человек десять!
– Ага! А потом смотрю, они уходят вместе. Юлия прислонилась к нему, он ее поддерживает, как будто сто лет знакомы! Я еще подумала, может, от вина… Еще сказала Кристинке, – она кивнула на подружку, – с чего бы ее так… – Она запнулась.
– Развезло! – выпалила темноволосая. – Вино совсем легкое! Можно посмотреть запись, у нас камера висит. Но только на выход, в угол не добивает. Хотите?
– То есть видно, как они уходят? – уточнил Шибаев.
– Ну да! Если она работала, конечно. Иногда барахлит…
– Денег на новую жалко! – понизила голос блондинка. – Да у нас тут тихо, центр города, полно полиции. Вот у меня подружка работает около вокзала, там реально страшно, шпаны полно!
– Кто расплатился? – спросил Шибаев.
– Он! Оставил деньги на столе, даже счета не ждали. Мы еще потом вспоминали, как он на нее запал, прямо в лице переменился. Если бы не студенты…
– Куда они пошли, не видели? В какую сторону?
Темноволосая покачала головой.
– А что случилось? – спросила блондинка. – Ее что… убили? – прошептала она. – Говорят, убивают женщин!
– Маньяк! Но это не он! Лапочка! Маньяки не такие! Я в кино видела…
– Ой, да что ты там видела! Они всякие! Есть такие, что ни за что не догадаешься. Так это правда? Ее убили? А Ингу Вдовину? Если она не пришла… значит, тоже?