Старик молчал. Кортец напряженно вглядывался в его непроницаемое лицо. «Потомку великого конкистадора» казалось, что Джейк ошибся, что старик сейчас пожмет плечами и скажет:
«Не пойму я, барин, по-какому это вы со мной лопочете…»
Но старик выпрямился, сурово посмотрел на Джейка и заговорил на чистейшем французском языке:
— Да… вы не ошиблись… Я князь Платон Бельский… Я не знаю, кто вы, молодой человек… но я слышал… все ваши разговоры… Думаю, что и вы не тот, за кого себя… выдаете…
— Это не имеет значения, князь, — быстро ответил Джейк.
— Вы хотите найти… книги царевны Зои и Ивана Грозного? Напрасный труд… Я искал их здесь больше тридцати лет… и нашел…
Последнее слово старик не сказал, а прошептал, но этот звенящий шепот, как порыв ветра, можно было услышать и на берегу озера.
Кортец подошел к нему и вытаращенными глазами уставился в немигающие, сурово устремленные вперед глаза старика:
— Вы… нашли?…
— Нашел! — твердо, как последнее слово клятвы, вымолвил старик и тотчас же заговорил сам с собой, торопливо, то пришептывая, то крича: — Нашел пустой тайник! Совсем пустой!.. Грабители растаскали древнюю библиотеку… Но они не унесли ее далеко!
— Да? А где она? — Кортец вцепился в его рукав.
Старик молчал, будто припоминая давний сон. Он беззвучно шевелил губами и глядел в треснувший, грозно нависший над ним потолок.
— Да говори ты, старый пень! — грубо рявкнул Джейк.
— Спокойно, Джейк! — сказал Кортец. — Продолжайте свой рассказ, князь…
— Они… рассовали древние книги… по всему монастырю… Я десять лет собирал их… Я собрал и вновь захоронил их… Теперь уже никто… не найдет эти книги… — глухо сказал старик. — Никто!..
Кортец и Джейк напряженно смотрели на старого сторожа. Он молчал.
Кортец хотел что-то сказать, но Джейк властным жестом остановил его.
— Князь Платон… — заговорил он тихо и вкрадчиво, так, как говорил когда-то в кабинете Кортеца. — Доверьтесь нам. Мы люди вашего круга. Мы поможем вам унести отсюда всю древнюю библиотеку. Вы поедете в Париж вместе с месье Кортецом…
Старик перевел глаза на смиренную физиономию Джейка. Он будто вернулся на землю из какого-то глухого подземелья и еще не мог понять, чего хочет от него этот прилизанный, чистенький юноша.
— В Париж? — спросил он и внезапно рассмеялся своим глухариным, клокочущим смехом. — Нет, господа, мне ваш Париж не нужен… Мне нужно только одно: отыскать среди древних книг… индийский свиток с рецептом… Он вернет мне силы, память, вернет жизнь…
— Мы поможем вам найти индийский рецепт, — проникновенно зашептал Джейк. — У этого господина есть знакомые профессора, знающие все индийские наречия…
— Нет! — крикнул старик. — Родной брат украл у меня план тайника! Больше я никому не верю! Я не отдам вам древние книги… Я нашел их!.. Я спас их от гибели! Я! Один я!.. Они мои… И больше ничьи!..
Джейк обменялся быстрым взглядом с Кортецом и, отбросив вкрадчивый тон, заговорил уже с угрозой:
— А если мы расскажем, кто вы такой? Если докажем, что вы присвоили себе ценности, принадлежащие советской власти?
— Да, да! — подтвердил Кортец, глядя пылающими глазами на старого маньяка. — Вы знаете, что с вами сделают коммунисты?…
Старик поглядел на Кортеца, затем на Джейка и ответил внятно и спокойно:
— Знаю. Они отнимут у меня мои сокровища, а меня посадят в тюрьму как вора…
— Вот именно! — воскликнул Кортец. — Вы умный человек, князь!
— О да! — со смехом воскликнул старик. — Я умный человек… И потому я знаю… что вы ничего… и никому про меня не расскажете… Вы сами в моих руках, господа…
Он хитро прищурился, и Кортец с Джейком вновь услыхали глухариное клохтанье.
— Знаете что? — неожиданно оборвав смех, резко сказал старик. — Убирайтесь вы оба… туда, откуда пожаловали… пока я первый не заговорил… Вот вам, господа… ответ князя Платона Бельского…
Он грубо оттолкнул сперва Джейка, затем Кортеца и неуклюже полез в пролом…
Джейк выхватил нож, но Кортец схватил его за руку:
— Джейк! Опомнитесь!
— Проклятая старая развалина! — позеленев от бешенства, прошипел Джейк, но нож спрятал. Его «азбука Морзе» после долгого перерыва работала полным ходом…
— Нам надо хорошо подумать, — сказал Кортец. — Идемте, Джейк…
— Что он сказал? — шепотом спросил Волошин.
— «Нам надо хорошо подумать. Идемте, Джейк…» — перевела Тася последнюю французскую фразу, произнесенную в «каменном мешке».
— Значит, «товарища Богемского» зовут Джейком?… — сказал Волошин. — Ого! Это любопытно!
Тася и Волошин полежали еще минуты две на настиле, пока не затихли шаги Кортеца и Джейка.
— А теперь надо бежать немедленно в милицию, — решительно сказал Волошин, помогая Тасе встать и отряхивая ее платье от пыли.
— А это не обязательно, товарищ Волошин! — произнес кто-то почти рядом с ним.
Тася и Волошин оглянулись и увидели, что из расселины соседнего каземата выбирается весь испачканный пылью художник Еланский. Волошин смотрел на него взглядом Фауста, впервые увидевшего Мефистофеля. Еланский продолжал:
— Вы еще в Москве обратились в милицию по поводу исчезновения писем Евгении Бельской. Этого вполне достаточно, — он вынул из кармана какую-то бумажку. — Вот ваше заявление начальнику уголовного розыска… Бонжур, камрад Березкина! — обратился он к Тасе. — Компренэ ву франсэ?…
— Уй… — растерянно ответила Тася.
— Трэ бьен! — с отличным французским прононсом воскликнул Еланский. — Значит, вы все слыхали и все поняли?
— Позвольте! — настороженно глядя на него, воскликнул Волошин. — Кто вы такой?
— Ах да! Я забыл представиться. — Еланский вынул из кармана удостоверение и протянул Волошину: — Я сотрудник комитета государственной безопасности майор Руднев… Ваше заявление через милицию и уголовный розыск попало к нам.
Волошин и Тася переглянулись.
— Вы прибыли по моему заявлению и ничего мне не сказали? — сконфуженно и даже с обидой произнес «Волошин.
Руднев усмехнулся:
— Не обижайтесь.
Столь внезапно превратившийся в майора госбезопасности «художник» быстро и лаконично изложил перед комсомольцами свой план действий. Он считал, что спугивать непрошеных гостей раньше времени не следует. Руднев не сомневался, что Кортец и Джейк все же рано или поздно узнают, где князь-сторож зарыл найденную им библиотеку Грозного.
— Пускай поработают, раз уж приехали сюда, — заключил он.
Отныне Тася должна была внимательно наблюдать за Платоном Бельским, а Руднев и Волошин — за обоими «туристами». Начальник Сиверского районного управления милиции, оказывается, был информирован о миссии майора Руднева и готов был оказать ему поддержку в любой момент. Однако до поры до времени в монастыре не должен был появляться никто из представителей милиции.
Профессора решили не тревожить.
Как ни предусмотрителен был Руднев, он не учел, что события в монастыре начнут разворачиваться необыкновенно стремительно.
Выбравшись из «каменного мешка», авантюристы буквально на ходу, еще не дойдя до церкви Иоанна Предтечи, выработали план действий, и Джейк с быстротой тренированного спринтера пустился вдогонку за стариком. Он догнал старика у ворот, ведущих на главный двор, пошел рядом с ним и быстро зашептал ему что-то на ухо. Платон Бельский шел, угрюмо глядя себе под ноги. Казалось, он больше слушает, как позвякивают ключи на его поясе, чем вникает в проникновенный шепот Джейка. Внезапно он остановился и удивленно поглядел на своего назойливого спутника:
— Профессор? — глухо переспросил он. — Вздор! Он ничего не найдет…
— Нет, найдет!.. — твердо сказал Джейк. — Но если на нас вы можете донести и нас можете устранить, то на профессора вы не донесете. А он не успокоится, пока не перевернет весь монастырь. Поймите вы это, князь!.. Вот кто ваш главный враг, а не мы. Мы друзья, только мы можем помочь вам…
— Чем? — с недоверием глядя на Джейка, спросил старик.
Джейк оглянулся и, не видя вокруг себя никого, кроме приближающегося Кортеца, продолжал вполголоса:
— Мы поможем вам устранить этого опасного профессора раз и навсегда.
— Убить? — тихо спросил старик.
— Зачем? — с деланным ужасом воскликнул Джейк. — Несчастный случай… Виновных нет, но зато нет и профессора.
Старик слушал уже внимательно, хмуро посапывая и пряча глаза в седых кустах бровей.
Джейк взял его под руку и повел к воротам, продолжая шептать.
Ночная слежка
В тот же день около трех часов пополудни Волошин и «Еланский», забравшись в церковь Иоанна Предтечи на холмике против Кузнецкой башни и вооружившись биноклями, наблюдали за странным поведением Джейка, который взобрался на второй ярус крепостной стены. Этот ярус был сооружен на высоте около семи метров и, как бесконечный балкон, опоясывал крепостные стены монастыря, глядя на монастырский двор пустыми окнами без рам и стекол…
Джейк продвигался вдоль стены, время от времени выглядывая в окна.
Неожиданно остановившись и выглянув, Джейк стал внимательно осматривать окно, затем потрогал подоконник и тотчас же пошел обратно к башне.
— Это еще что за манипуляции? — пробормотал Руднев.
— Не понимаю, товарищ майор. Колдует… Он что-то задумал.
— Но что?…
Джейк спустился вниз, прошел мимо церкви Иоанна Предтечи и скрылся в воротах главного монастырского двора.
Руднев и Волошин вышли из своего убежища и поднялись на второй ярус стены, туда, где только что «колдовал» Джейк. Волошин считал:
— Первое… Второе… Десятое! Вот здесь он остановился.
Руднев тщательно оглядел десятое окно.
— Смотрите, товарищ майор! Отметка мелом… — Волошин указал на один из бурых кирпичей «подоконника».
— Да действительно, крестик… — произнес Руднев, разглядывая небольшую меловую отметку. Он огляделся вокруг. — Что это означает?…
Ответ на свой вопрос Руднев получил ночью…