— Ну почему же фантом? — заспорил Тимофей, внимательно разглядывая потолок. — Его супруга, вероятно, нездорова, и ходит где-то по городам и весям. В целях милосердия ее надо найти.
— Вот и ищи ее сам в целях милосердия! — рассердилась я. — Она не хочет общаться с Моринским. В прошлый раз запустила в него сумкой — если сумку у нее не украли, конечно. А в следующий раз кирпичом запустит?
— Ну так в него же, не в тебя. — отшучивался Тимофей, потом посерьезнел. — Поля, я все понимаю. Но мы последний месяц, почитай, на деньги Моринского и существуем. Мне аренду нечем оплачивать. Ну слетай с ним, жалко тебе, что ли?
— Ладно, полечу. — проворчала я. — Но сразу предупреждаю — если он снова решит ночную засаду в прериях устроить, я пас! Тут же улетаю обратно.
— Конечно, о чем вопрос! — обрадовался шеф. — Да вроде, там и прерий-то приличных нет, возле того городка.
Городом С. назвать можно было с большой натяжкой. Небольшой поселок, где несколько десятков кривых улочек были застроены то панельными пятиэтажками, то рядами аккуратных деревянных домиков, среди которых виднелись трехэтажные постройки из бетона или красного кирпича. Отель «Маргарита» как раз и оказался одним из двухэтажных кирпичных домиков, и, насколько я поняла, зарабатывал не столько на немногочисленных туристах, сколько на баре и сауне, пользовавшихся немалых спросом среди местных жителей.
Мы зашли у небольшой круглый холл, слева стояла стойка ресепшн, справа виделся широкий, выложенный кирпичом прохож в сауну и русскую баню, витая деревянная лестница вела на второй этаж. Два скромных кресла у широкого окна-витрины завершали картину. В холле было пусто, но вскоре после нашего появления по ступенькам зацокали каблучки, и высокая дама в очках с бейджиком «Марго», представившаяся нам менеджером отеля, радостно нас поприветствовала. Скорее всего, она была владелицей отеля, впрочем, этот вопрос мы уточнять не стали… Она сразу заверила, что вызвала нас не зря, и пригласила нас подняться в ее кабинет на втором этаже, в скромную комнатку, где все пространство занимал довольно узкий длинный диван, а на небольшом столике стоял вполне современный компьютер. Мы с Артемом кое-как втиснулись на диванчик, а Марго села на краешек стола, протерев очки, взволнованно сказала:
— Я вчера услышала по новостям о вашей супруге. Мне так жаль, что я не узнала о ней раньше! Когда показали ее фото, я поняла, что эта женщина была здесь, в моем отеле! Она ночевала тут!
— Расскажите подробнее, если можно, с самого начала. — попросила я. Долго уговаривать Марго не пришлось.
Несколько дней назад, после заката, в отель зашла полноватая женщина в сером, не по погоде, пуховичке. Поскольку март уже заканчивался, и солнышко пригревало вполне по-весеннему, народ уже перешел на легкие плащи, поэтому выглядела посетительница несколько странно. Стойка ресепшн, как всегда, пустовала, у Марго не было возможности платить еще и портье. Поэтому из персонала, кроме нее, в отельчике работала уборщица, по мере надобности становившаяся и горничной, и истопницей в бане. Она и увидела новую клиентку, растерянно подошедшую к стойке и прислонившейся к ней вусем телом. Позвонила Марго, и та прямо из дома прибежала встречать гостью.
Женщина в пуховике потребовала номер на втором этаже, сообщив, что собирается прожить там три дня. Марго намекнула было об оплате, но гостья смертельно оскорбилась и сообщила, что заплатит утром, не ранее. Точно так же оскорбило ее предложение показать документы. Она велела записать себя Оксаной Мещерской, прибавив, что это и есть ее настоящее имя. Поскольку постояльцев в отеле не было уже недели две, Марго на все согласилась. Лично провела даму в уютный одноместный номер, указала на шкафчик, куда можно было повесить куртку, и только тут обратила внимание на то, что у незнакомки совсем не было с собой вещей. Ни чемодана, как у всех приезжих, ни рюкзака, ни даже маленькой сумочки. Неужели все необходимое она хранит в карманах? А вдруг это бомжиха, решившая пожить на халяву в отеле, подумала она, посмотрев на ее очки с тонкими стеклами и замотанной в двух местах скотчем стальной оправой. Тем не менее, на бомжа дама вовсе не была похожа. Куртка была чистенькой, лицо дамы под толстым слоем косметики не выглядело больным или опухшим, на ногах были натертые до блеска черные ботинки. Стриженные под каре темные волосы аккуратно расчесаны, ногти на руках коротко острижены. Но главное, у дамы отсутствовал характерный запах немытого тела, который у бездомных буквально въедается в тело. Так ничего и не решив, Марго пожелала гостье спокойной ночи и вышла.
Она остановилась в холле поговорить с уборщицей, которой вновь предстояло поработать горничной, и тут увидела, что постоялица спускается вниз. Куртку она к тому времени сняла, и осталась в легком свободном свитерке телесного цвета, и широких шерстяным брюках цвета хаки. Не обращая ни на кого внимания, гостья подошла к окну-витрине, сняла очки и, положив их на одноногий столик с нарядной вазой, начала что-то невнятно бормотать. Постепенно бормотание становилось все громче, и Марго и изумлением услышала, как хриплый голосок незнакомки вдруг становится тонким детским голоском, жалобно умоляющим кого-то купить куклу, такую милую куколку, как девочка Соня. При этом гостья схватила вазу со столика и замахнулась в сторону окна. Марго ахнула и хотела было подбежать к дебоширке, но та уже поставила вазу и снова забормотала что-то тонким фальцетом. Затем ее голос изменился, стал грубым, басистым, потребовал оставить истерику. И наконец, завершил беседу негромкий женский голосок, вещавший о скором приходе какого-то императора по имени Чун-ши. Марго и уборщица, как завороженные, прослушали этот спектакль одного актера, так и не решившись подойти поближе. А странная дама, поговорив сама с собой, надела очки, повернулась и, ни на кого не глядя, пошла наверх.
— Я так и не поняла тогда, она того… или репетирует, может, что-то. — взволнованно рассказывала она. — На всякий случай решила назавтра прийти пораньше, потребовать у нее все же денег за проживание.
Марго пришла в отель около девяти, подождала полтора часа, затем вежливо постучала в номер странной постоялицы. Та ворчливо спросила, кого это черт принес в такую рань, но все же согласилась открыть дверь. Марго вошла. Клиентка встретила ее в белом банном халате и одноразовых тапочках, которые отель предоставлял гостям, на спинке стула висел свитерок и брюки. Похоже, другой одежды у нее с собой и не было. Ничуть не смущаясь, она поправила на носу очки, уселась обратно на расстеленную кровать, и слегка прикрылась одеялом.
— Простите, вы не могли бы оплатить пребывание, хотя бы за сутки? — извиняющимся тоном произнесла Марго. — Не хотелось бы вас беспокоить, конечно, но таковы правила…
— Да могу, говно вопрос. — небрежно ответила та. — Вот только налика у меня с собой нет.
— Можно и карточкой. сейчас терминал принесу. — Марго было встала, но тетка неожиданно завопила благим матом:
— Мне сам император Чун-ши сегодня деньги через Western Union пришлет, наликом две тысячи долларов! Я твой отель куплю, и тебя в придачу!
— Мне до сих пор стыдно в этом признаваться, но я просто испугалась. — Марго растерянно посмотрела сначала на Артема, с мрачным лицом слушающего повествование, потом на меня. — Я выбежала из номера и даже с некоторым облегчением услышала, как за мной закрывается замок.
Спустившись вниз, Марго задумалась, кому ей звонить — участковому, жившему в нескольких кварталах от отеля, или своему кавалеру, который уехал по делам в соседний городок, но к вечеру должен был вернуться. Уборщица, немного поохав, решила уйти, поскольку обслуживать безденежную постоялицу не собиралась. В конце концов, Марго выбрала участкового, очень уж не хотелось оставаться в пустом отеле наедине с сумасшедшей. Полицейский приехал через четверть часа, они начали стучать в номер, потом запасным ключом открыли дверь и увидели, что странной тетки простыл и след. В качестве сувениров она прихватила гостиничный халат и тапочки.
— Видимо, пока я звонила, вышла через черный ход, в вестибюле я бы увидела. Но я, разумеется, не знала тогда, кто эта женщина. — виновато пояснила Марго. — Хорошо хоть вчера увидела ее в новостях!
— И вы ее с такой точность опознали по фото? — удивилась я.
— Ну конечно, она там как живая!
— Но без очков…
— Да лицо все равно узнаваемо. — не сдавалась Марго. — Она это, я даже объяснить не могу, но уверена.
Артем, до сих пор мрачно слушавший рассказ и не проронивший ни слова, словно очнулся, начал горячо благодарить за важную информацию и просить, чтобы Марго обязательно! сегодня же! прямо сейчас! сообщила в полицию города Н, что Евгения была в ее отеле.
— Может, она где-то тут до сих пор бродит! — чуть ли не слезами говорил он. — Полиция ее найдет, пусть по окрестным гостиницам поищет. Жаль, что вы сразу же мне не сообщили, может, уже и нашлась бы Женька.
— Да кто же знал. — Марго, казалось, сама вот-вот заплачет. — Я позвоню сегодня же в полицию. Только… ой, мне так неудобно… но ваша супруга не оплатила сутки пребывания… и халатик, понимаете, тапочки-то одноразовые, а вот халат…
— Да конечно, без вопросов! — горячо заверил Моринский, доставая из барсетки толстый бумажник — Я все оплачу, не сомневайтесь! Женя не виновата, у нее с головой что-то приключилось.
Марго проводила на до выхода, еще раз пообещав немедленно сообщить полиции о визите Евгении, а вы с Артемом вышли на ухоженную дорожку из красного кирпича и побрели к автобусной остановке. Я первая прервала молчание:
— Боюсь, так мы Евгению не найдем. Может, вместо плакатов о розыске нужны плакаты, призывающие ее откликнуться? Что-то типа «Вернись, я все прощу!»
— А что, отличная мысля! — обрадовался Моринский. — Вернемся, я сегодня же и закажу. Пусть и те висят, и другие. А вы в соцсети дайте объяву, мол, Женька, муж тебя ждет! А то вдруг и правда думает, что я на нее обозлился?