Оборотень запнулся и обозвал себя идиотом. На замки и украшения покойника наложены заклятия, но ведь маг не собирался ничего воровать. А прядь волос вполне можно вытащить и так.
Керрен сложил пальцы щепотью и начал медленно вдавливать ее в стенку гроба, примерно напротив головы покойного. Шло туго, серебристый мрамор, добытый в каменоломнях по соседству с антарным рудником, плохо поддавался чарам, но поддавался. Молитву пришлось оборвать: секундная утрата концентрации, и маг останется без руки — причем не сразу, а когда стражники вдоволь поизгаляются над неудачливым воришкой и «освободят» его с помощью меча.
Ага, прошел. Теперь хватка мрамора ощущалась только на запястье, пальцы уткнулись во что-то мягкое и рыхлое. Керрен осторожно расправил их, пощупал вдумчивей и подавил рвотный позыв. Ну авось рваться легко будет… Маг передвинул ладонь повыше и наконец ощутил под ней волосы. Ухватив сколько получилось, Керрен перевел дыхание и потянул руку обратно. Локоть вышел, половина предплечья, запястье…
Голова покойника ударилась о стенку гроба. Оборотень вздрогнул, хотя расслышать этот звук мог только он.
То, что стражника именно в этот момент угораздило обернуться, было чистейшей воды совпадением.
— Эй, ты чего там делаешь?!
Нервы оборотня, и так натянутые до предела, не выдержали. Вместо того чтобы сделать вид, будто потерял равновесие и уперся в гроб рукой или еще как-нибудь отбрехаться, Керрен ощерился и так рявкнул на стражников, что ноги сами отнесли их к стенке. По счастью, руку маг успел вытащить, из мрамора торчал только пучок волос. Оборотень чиркнул по ним когтем, сунул добычу за пазуху и звериным, с колен, прыжком вскочил на гроб. Не глядя залепил вдоль коридора пульсаром и скорей запечатал нишу магическим щитом.
Тут же сработали все ловушки одновременно: проход затопила волна пламени, через миг погашенная обвальным градом. Пол покрылся ледяной коркой, над которой засвистели вылетающие из стен болты. Некоторые тюкались в щит, покрывая его трещинами — заговоренные, чтоб их! Судя по непрерывной ругани стражи, она успела залечь раньше.
Что там еще заготовлено для волосяных воров, Керрен не узнал. Выхваченный из кармана артефакт раскалился в пальцах — ох, не хотелось его тратить, да выбора нет, лишь бы силы хватило! — из ниши брызнуло молочное сияние, и маг очутился в самом сердце приморских пещер. Поскорее выплел несколько формул, стирая след телепортации — хотя найти его среди магического беспредела, творящегося сейчас в усыпальнице, даже архимагу вряд ли по силам.
— Ну ты даешь! — выдохнул Тьен, терпеливо поджидавший друга на условном месте.
Керрен поглядел вниз и обнаружил, что по-прежнему сжимает гроб коленями.
— …И вся заготовленная, тщательно продуманная пропаганда, которая должна была воодушевить народ на борьбу, пошла к болотнику в омут! Теперь на слуху только дурацкая история с кражей королевского тела, к которой примешались выдумки о призраке, а повстанцы выставлены не то некромантами, не то просто идиотами.
— Нет, что вы, — фальшиво ободрил Дар. — На некромантов вы ничуть не похожи.
— А гроб? — поспешила сгладить неловкость я.
— Стоит у Керрена в подвале. Если наткнетесь, не вздумайте открывать! А то дух там действительно… витает.
— Тьен, помоги бадью выплеснуть! — донесся из-за двери голос стряпухи.
Одноглазый извинился и встал из-за стола. Дар проводил его задумчивым взглядом, повернулся ко мне и ревниво заявил:
— По-моему, этот тип за тобой ухлестывает.
— Чего?!
— Ага, вон как глаз строит!
— Чушь какая, он просто пытается меня подбодрить! И вообще, Тьен, кажется, благородного происхождения. Ему по этикету положено флиртовать с дамой.
— Ой-ой-ой, как мы его уже защищаем! Ринка, ты с кем споришь? Как будто я мало Виткиных женихов отвадил… в смысле перевидал! Терилла небось локти кусала, что из такой красавицы превратилась в жуткую старуху.
— У каждого возраста свои прелести, — слабо защищалась я.
— Во-во, и у двадцатипятилетнего их гораздо больше! Ты бы видела, как сладострастно он кусает яблоко, глядя на твою…
— Прекрати!
— …нижнюю прелесть, — увернувшись от вилки, невозмутимо закончил брат.
Швырнуть ложку я не успела: Тьен вернулся. В руке он по-прежнему сжимал яблоко, уже изгрызенное до весьма неприличного — после Даровых замечаний — вида.
Мужчина улыбнулся. Я, напротив, залилась краской и прилипла взглядом к тарелке.
— Что? — насторожился одноглазый.
— Н-н-ничего, — пробормотала я. — Хлебом поперхнулась, кхе-кхе.
Брат злорадно хихикал в салфетку, делая вид, что сморкается. Вот паршивец, наврал с три короба, а мне теперь в каждом Тьеновом жесте будет леший знает что мерещиться!
— А чего вилка на полу валяется? — Мужчина подобрал ее, удивленно повертел в пальцах и положил на край стола.
— Упала. Видно, гость к нам спешит, — нахально сказал Дар.
— И не один. — Тьен уже не стал садиться, задвинул свой стул и прошелся по комнате, нетерпеливо поглядывая в окна.
Мне пришлось быстренько доедать салат ложкой.
— Так тот парень оказался настоящим наследником?
— О да, самых что ни есть королевских кровей. А потом выяснилось, что замковый цирюльник хранит как реликвию целый мешочек королевских волос, по щепотке продавая желающим, и Керрена пришлось успокаивать всем подпольем.
Это королевских министров да членов Ковена трудно согнать в кучу: один выдает замуж дочь, другой хоронит тетю, у третьего подагра, а четвертому просто лень и он присылает на совет заместителя, тупого как пробка.
Заговорщики собрались за какой-то час, причем в полном составе. Были тут и маги, и благородные рыцари (без доспехов, но с такими одухотворенно-героическими лицами, что хоть гравюры с них чекань), и могутные мужички в простецкой одежде, а также парочка гномов, полуэльфка распутного вида и даже один тролль. Сомнительно, чтобы у него душа болела за шаккарский народ, скорее его наняли для чьей-то охраны.
Нас туда тоже пустили — сильно подозреваю, что не от большого доверия, а дабы не оставлять без присмотра.
— А это наши белорские союзники, — страдальчески поморщившись, солгал Керрен в ответ на вопросительные взгляды коллег.
Всем места за столом не хватило, и слуги приволокли из кухни пару лавок, поставив вторым рядом. Мы с Даром скромненько пристроились с краешку. По описанию Тьена я быстро нашла наследника трона — в лице парня действительно было что-то лошадиное, но не форма, а скорее глаза: большие, карие, с длинными густыми ресницами. Во главе стола он явно чувствовал себя неуютно, но мужественно терпел.
Собрание открыл Керрен по праву хозяина дома. Лидера как такового у оппозиции не было, только королевский потомок в роли гордо реющего стяга. Маг поздоровался с уважаемым собранием, извинился за неурочный вызов и с ходу всех огорошил:
— Друзья, нам наконец-то удалось устранить Териллу.
В комнате поднялся шум: «Как?! Это что, шутка? Вы уверены? А где доказательства?» Люди повскакивали с мест. Гномы тоже, хотя это сыграло им скорее в минус. Даже тролль изобразил легкую заинтересованность, отцепил от пояса флягу и с бульканьем присосался к горлышку.
— Уверен. — Оборотень помимо воли покосился на меня. — Подробности позже, но ручаюсь: сейчас ее на острове нет и в ближайшие три-четыре дня точно не будет. Полагаю, лучшего времени для восстания нам не найти. Королева исчезла, советники растеряны…
Если прежде в комнате бушевал шторм, то сейчас разыгрался ураган. Нет, насчет собственно восстания никто не возражал, но предложение начать его прямо сию минуту застигло заговорщиков врасплох.
— А что будет через три дня?
— Баб с дитями в леса попрятать не успеем!
— Еще бы денька два, сейчас магический фон на спаде…
— Так ведь и врагам колдовать труднее!
— Ну в принципе двадцать арбалетов у меня есть… и сорок копий тоже…
— Это, выходит, надо ребят из Драконьих Песков отзывать, а они только к вечеру доберутся!..
— А про флот забыли?..
— Вначале надо захватить замок, в нем можно год оборону держать!..
— Смотря от кого…
— А если отправить к воротам группу переодетых магами воинов, пусть отвлекают внимание, а самим пробить стену с тыла, скажем, «огненным колесом»?..
— С флотом-то что делать будем?..
Слово «флот» повторялось все чаще и требовательнее. Народ потихоньку сходился во мнении, что да, можно бы и восстать, но как избавиться от главной головной боли?
Керрен дождался, пока все снова усядутся.
— Итак, что мы имеем? — риторически вопросил он и сам же выложил на стол обтрепанный кусок пергамента, вкривь-вкось исчерканный угольком — кружочки, палочки, разрозненные руны. Небрежно взмахнул рукой. Шпионская сводка превратилась в объемную красочную иллюзию: шаккарский порт со стоящими у причала кораблями, от верфи до выхода в открытое море.
— Двадцать девять кораблей с учетом флагмана, — пояснил маг. — Не считая мелочи вроде легких парусников, грузовых барж и лодок. На каждом корабле сейчас находится команда из тридцати человек. На флагмане пятьдесят. По тревоге это число утроится в течение часа, а наши шансы соответственно упадут. Поэтому давайте, господа, думайте: как нам вывести флот из игры до ее начала?
Несколько минут в комнате царило глубокомысленное молчание с барабанным перестуком пальцев по столу. Полупрозрачные кораблики покачивались на волнах, по палубам сновали крошечные человечки.
— Поджечь, — робко сказала я.
Все уставилась на меня, смутив еще больше.
— Не пойдет, — отрезал один из пожилых магов. — Если Шаккара останется без флота, на нее тут же позарится кто-нибудь из соседей. Ваш же Наум.
Я вспомнила разговор с премьером и виновато вздохнула.
— Можно нагрузить баржу камнями, подвести к выходу из залива и затопить, перегородив фарватер, — хищно предложил Тьен.