ичный плеск настраивал на умиротворённый лад ещё до входа в заведение.
Хозяйка ресторана Ксения обладала безупречным вкусом и вложила в «Короля Ричарда» не только финансы, но и душу. Она понимала, что её гости — люди, для которых важен не просто уровень, а ощущение. И потому здесь всё было продумано до мелочей.
Интерьер сочетал в себе благородную классику и современную элегантность: тёмное полированное дерево, кованые люстры с приглушённым светом, тяжёлые шторы из итальянского бархата, смягчающие шум большого города. Стены украшали исторические картины в золочёных рамах, не кричащие, но подчёркивающие статус места.
Сама атмосфера дышала здесь исключительностью.
Официанты в белоснежных рубашках двигались бесшумно, стараясь предугадать желания гостей. В меню — только отборные блюда из свежайших продуктов.
***
Кабинет Ксении располагался в отдельном отгороженном помещении с вывеской «Администрация» — строгими чёрными буквами на матовом стекле. Дверь была слегка приоткрыта, и я поняла, что меня здесь уже ждут.
— Ну, рассказывай, что стряслось, — немедленно потребовала подруга, едва я переступила порог.
Её голос прозвучал так неожиданно, что я на миг застыла на месте.
«Как можно передать в нескольких словах, что именно со мною стряслось? Как всё это правильно сформулировать?»
Прежде чем начать говорить, я осмотрелась по сторонам. В кабинете царила непривычная тишина, будто звукоизоляция отделяла это пространство от всего остального ресторана. Сюда не доносились ни раздражающий звон посуды, ни приглушённые голоса из зала, ни даже запахи с кухни. Только лёгкий аромат дорогих духов и свежесваренного кофе из чашки, стоящей на столе.
Я в нерешительности подошла к большому креслу, тиская в руках свою сумочку.
— Свет, у тебя случилось что-то серьёзное? — взволнованно переспросила Ксюша.
Она отодвинула в сторону кипу бумаг, лежащую на столе, и пристально посмотрела на меня. В её взгляде читалось беспокойство.
— Ксюх, боюсь, твои надежды на моё блестящее адвокатское будущее не оправдались, — уткнувшись глазами в ковёр, промямлила я. — Я уволилась от Соколова...
Тишина в кабинете стала почти звенящей.
— Почему? — округлила свои, и без того большие зеленоватые глаза, подруга. — Он что, плохо с тобой обращался? Нещадно эксплуатировал? Или… — она сделала драматическую паузу, наклонившись вперёд, — ПРИСТАВАЛ к тебе? Домогался?!
Последние слова она произнесла так грозно, что я невольно вздрогнула. В ушах будто бы прозвучал обвинительный приговор.
— Если бы… — тяжело вздохнула я. — Он, по-моему, меня даже за женщину не считал! Относился как к некоему бесполому существу! Смотрел как на пустое место. Не стеснялся даже про свои любовные похождения рассказывать!
Голос мой дрогнул, и внезапно всё, что так долго копилось внутри, вырвалось наружу. Вихрь эмоций захватил меня в свои цепкие объятия, и я, не удержавшись, беззвучно заплакала. Слёзы катились по щекам, оставляя на коже горячие дорожки.
— Так ты, что… — воскликнула Ксения, осенённая внезапной догадкой, — втюрилась в Соколова?! В своего босса? И как давно это продолжается?
Я закрыла лицо руками, словно это могло спасти меня от стыда. Ладони мгновенно стали влажными от слёз, но я не отнимала их. Мне не хотелось, чтобы подруга видела мою слабость.
— Почти с первого дня работы у него, — прошептала я. — Мне казалось, если буду идеальной сотрудницей, он, наконец, заметит меня. Обратит внимание. Но ему был нужен кто угодно, только не я.
Глотая слёзы, я рассказала Ксении про свою безответную любовь. Про то, как постоянно задерживалась после работы, лишь бы поймать его взгляд. Как старалась предугадывать его поручения, чтобы лишний раз заслужить похвалу. Как моё сердце бешено колотилось, когда он небрежно касался моего плеча, передавая документы.
Она выслушала меня молча, не перебивая, а потом уверенно заявила:
— Света, ты правильно сделала, что уволилась! От мужчин, которые тебя не ценят, надо уходить немедленно! Незачем растрачивать себя на неблагодарных типов. Давно нужно было сбежать от этого Соколова!
Ксения задумалась на мгновение, что-то взвешивая в уме, затем добавила:
— Пока не найдёшь работу по юридической специальности, можешь трудиться у меня.
— Официанткой? — безо всякой задней мысли спросила я.
— Даже не мечтай! — звонко засмеялась Ксюша. — Штат официантов полностью укомплектован. Будешь моим персональным помощником или администратором, выбирай сама.
Её искренний смех разогнал тяжёлую атмосферу, и я невольно улыбнулась в ответ.
***
Когда я вышла из ресторана «Король Ричард», уже вечерело. Последние лучи солнца таяли за горизонтом, окрашивая небо в нежные оттенки сиреневого и золотого. Тёплый вечерний воздух мягко обнял меня, словно стараясь утешить после долгого дня, полного тревог и сомнений.
Я остановилась на мгновение, прикрыла глаза и почувствовала, как лёгкий ветерок играет прядями моих волос.
Фонари на улице уже зажглись, один за другим, отбрасывая длинные, дрожащие блики на брусчатку. Фонтан по-прежнему журчал, искрясь сверкающими струями в свете фонарей.
Я сделала глубокий вдох. Впервые с момента ухода от Соколова в груди не было этой привычной тяжести — той, что сжимала сердце каждый раз, когда я вспоминала о его равнодушном взгляде. Возможно, время действительно лечит. Или же просто наступил момент, когда боль начала отпускать.
Да, я потеряла работу. Да, моя любовь оказалась пустой иллюзией, красивой обёрткой без содержимого. Но разве это конец? Разве мир ограничивается одним человеком и одной должностью?
Я ещё раз оглянулась на «Короля Ричарда».
Его большие окна светились тёплым жёлтым светом, за ними кипела жизнь — чужие разговоры, смех, звон бокалов, шум праздника. И где-то там, среди всего этого веселья, сейчас находилась Ксения. Моя лучшая подруга, которая, несмотря на все мои неудачи, в очередной раз протянула мне руку.
«Может быть, это и есть тот самый поворот, после которого всё начнёт меняться к лучшему?» — подумала я, глядя на фонтан. Вода падала вниз, разбиваясь о камни, но тут же собиралась с силами, чтобы снова взлететь вверх.
Разве жизнь не такая же? Даже если сейчас всё катится вниз, разве это не значит, что за падением последует новый подъём?
Я улыбнулась. Не той натянутой, вымученной улыбкой, которую носила последние месяцы, а лёгкой, почти невесомой. И зашагала вперёд уже без страха.
С новыми надеждами. С ожиданием перемен.
Глава 9
Весь следующий месяц я буквально вгрызалась в работу. Я хваталась за неё, как утопающий хватается за соломинку. Каждый день начинался и заканчивался одним и тем же: нескончаемым потоком задач, звонков, поручений. Работа стала моим спасением, моим щитом от ненужных мыслей и воспоминаний.
Практически без отдыха. Без передышки.
Ресторан подруги превратился в моё убежище, в место, где я могла раствориться в шуме голосов, атмосфере веселья, бесконечной суете. Я проводила здесь почти всё своё время, по собственной воле, лишь бы не оставаться наедине с самой собой.
Ксения была против такого чрезмерного рвения, но я решила загрузить себя по максимуму. Одновременно совмещала должности администратора и её личного помощника. Мне было не сложно, тем более, что в юридической фирме «Соколов и партнёры» я работала примерно в таком же «безвылазном» режиме.
Подруга только осуждающе качала головой, наблюдая, как я мечусь между столиками, телефонными звонками и срочными поручениями.
— Ты совсем с ума сошла! — хватала она меня за руку, когда я, уже на девятом часу смены пыталась заменить заболевшего официанта. — Отдохни хоть немного! Иди домой, поспи!
Но мне не нужен был отдых. Не нужны были эти тихие домашние вечера, когда стены квартиры давили на меня, а в голове звучал голос: «Разве о такой одинокой жизни ты мечтала?»
Работа заглушала его. Она держала меня на плаву, не давала впадать в полное отчаяние.
Мой рабочий день нередко затягивался допоздна, но это ничуть не смущало меня. Скорее, наоборот. Я ловила странное облегчение: пока я здесь, пока я в движении, мне не нужно сталкиваться с тем, что ждёт меня за порогом. Дома меня встречала только холодная постель, а здесь был шум, суета, люди, которые требовали моего внимания.
И это было хорошим лекарством.
В какой-то момент я поймала себя на мысли, что даже про Соколова вспоминаю теперь гораздо реже. Его образ, который раньше преследовал меня, как навязчивая мелодия, стал постепенно стираться из памяти. Я больше не проигрывала в голове наши разговоры, не воскрешала его улыбку, не засыпала с мыслью: «А что, если бы я не ушла тогда от него?»
И тогда в душе моей поселилась надежда, что, может быть, скоро наступит день, когда я забуду про него совсем.
***
В один из тёплых июльских дней в ресторане «Король Ричард» царила привычная суета.
Бизнес-ланч был в самом разгаре, и официанты быстро сновали с подносами между столиками. Лёгкий гул разговоров, звон приборов, сдержанный смех — всё это сливалось в единый фон, ставший уже привычным и почти незаметным для моего слуха.
Убедившись, что загрузка зала вполне приличная, и никаких форс-мажоров не предвидится, я с облегчением взяла планшет и устроилась за стойкой администратора, чтобы проверить вечернее бронирование. Всё было как всегда: юбилей, романтические ужины при свечах, семейные посиделки. Предсказуемо, сто раз «обкатано» и почти спокойно.
Пробежавшись взглядом по списку предварительной записи, я вдруг обомлела. Не поверила своим глазам! В одной из строк сводной таблицы я наткнулась на до боли знакомую фамилию и инициалы: СОКОЛОВ И.А.
Да нет, не может быть такого...
Мы живём в огромном городе. Мало ли в нём мужчин, носящих фамилию Соколов и инициалы И.А.? Наверняка, не одна тысяча. Может быть, даже десятки или сотни тысяч.
Но…
Только вот в графе «контакты» у этого клиента был указан номер. Очень знакомый. Тот, который я когда-то выучила наизусть. Который могла продиктовать даже во сне.