Глянула в окно. Над крышами соседнего дома плыли сумеречные облака, то разрываясь на клочки, то сцепляясь в причудливые образы. Распад и хаос повсюду!
Работа последних месяцев тоже казалась теперь на редкость бестолковой, как и жизнь вокруг. Россыпи моих слов рассеяны по газетам, а я, скользнув невидимкой по кухням бизнес-структур, по-прежнему сидела без денег. Тогда для чего весь этот разрозненный опыт? Как сложить его частицы в нечто дельное?
Весь мир находился в движении. Обе известные мне газеты вскоре объединились. Учредителями нового издания стали директор рекламного агентства Марианна и завред Синицын. Здесь мне хотелось бы порадовать читателя веселой свадьбой, но в моей правдивой истории нет места вымыслу. Только на прилавках газетных киосков вскоре появился их общий ребенок – пухленькая газета-толстушка. И до сей поры издание развлекает народ небылицами, выдавая их за истину. А я пока записываю то, что видела, что вижу, что происходит на моих глазах.
2012
Записки рекламного агента Очерк
Новая работа
Зима была трудной. Закрывались цеха заводов, отделы НИИ. Еще вчера было в ходу всесильное слово «мы»: мы сделали, нам дали, нас послали. Сегодня его потеснило прежде скромное «Я». Я могу рассчитывать лишь на себя.
Уже три месяца я получаю пособие по безработице. Но по ночам все еще снится родное конструкторское бюро. Чертежи с грифом «секретно», двери с кодовым замком, неспешные чаепития у кульмана. А сегодня приснилось собрание отдела. Какая-та суета, полно людей, крики, споры. Никак не могли поделить продуктовый набор с копченой колбасой. Как обычно, один набор на двадцать сотрудников. Не помню, как там все решилось, только вижу вдруг эту вожделенную колбасу у себя в руках. Я такую радость испытала, там, во сне, будто не колбасу выиграла, а поездку в Париж на два лица. Проснулась. На часах – десять! Иришка уже в школе – выпускной класс! И мне сегодня по делам надо, на биржу труда идти отмечаться. Неторопливо встаю, завтракаю кашей. Жаль колбаса во сне осталась. А настроение приподнятое! Вдруг сон в руку. И мне удача сегодня улыбнется! Будет у меня работа, будет и колбаса. Ее в ларьках теперь навалом!
На бирже труда меня встречает знакомая инспектор: вместе в комитете комсомола в студенческие годы вертелись. Потом она в райком попала, стала освобожденным секретарем, а я в аспирантуру подалась, в науку. Знала бы, что так все обернется…
– Вакансий конструктора нет, – привычно сообщает она.
– Совсем никаких? – почему-то удивляюсь я, хотя слышу эти слова каждый раз.
Бывшая подруга озадаченно посмотрела на меня, потом снова уткнулась в бумаги и зашелестела листами в папке.
– Есть тут одна заявочка. В газету «Новинка» требуется оператор компьютерного набора. Пойдешь?
Компьютер мне знаком. Я чертежи на нем рассчитывала. Конечно, работа компьютерной машинистки не то, о чем ведущий конструктор может мечтать, но выбирать не приходиться. – Я в большом долгу перед тобой! – искренне восклицаю я.
– Получишь работу, рассчитаешься, – без смущения подтверждает инспектор.Производственный цех редакции мне понравился сразу. Компьютеры, принтеры, факсы. Все попискивает, скрипит, живет.
Начальник производственного отдела небрежно взглянул на мои дипломы, взял паспорт. Его взгляд замер на графе «возраст». Понимаю, сорок два – цифра по нынешней моде некрасивая.
– Вы прежде работали машинисткой? Какая у вас скорость печати?
Увидев растерянность на моем лице, приказал:
– Садитесь к компьютеру. Печатайте текст. Взглянула я на какую-то неразборчивую рукопись.
Вычленила слово, напечатала. Потом следующее.
– Э, так не пойдет, двумя пальцами далеко не уедешь, – хмуро изрек начальник.
Молча встаю, собираюсь уходить.
– Постойте, – добавляет начальник. – Загляните в рекламный отдел. Там сейчас агентов набирают.
– Агентов? – я гордо вскидываю голову. – С моим образованием!
Начальник пожимает плечами и отворачивается. Я спохватываюсь. Прокормить дочь на пособие решительно невозможно! Я чуть не хватаю начальника за рукав и останавливаю его:
– Проводите меня в рекламный отдел, буду признательна.Шеф рекламного отдела – очаровательная девушка с приветливой улыбкой.
– Анжела, – кратко представляется она и сразу переходит к деловой части. – Ваш заработок – определенный процент от стоимости рекламы. Сами найдете рекламодателя – процент выше. Выезд по заявке – минимальная ставка. Вы как хотите работать?
– А как искать клиентов? – интересуюсь я.
– Вы должны…
В комнату врываются двое парней крепкого телосложения и прерывают наш разговор громким возгласом:
– Вот вы где!
Рэкетиры! – с ужасом думаю я, вспоминая страшные кадры из боевиков. Зажмурив глаза, обхватываю в страхе голову. Однако выстрелов не слышно. Я открываю глаза: двое мужчин напирают животами на стол, за которым восседает Анжела. Они кричат, перебивая друг друга:
– Мы фирмачам пять тонн баксов отвалили за тачку. С виду – клевая! А как сели, тут же и рассыпалась. Ни одна рембаза за нее не берется. Все, говорят, свое отбегала, ё-моё!
– В фирму вернулись – на двери замок! Где, что, ничего неизвестно. Вы должны знать, что за фирма. Вы у них рекламу принимали.
Парни бросают на стол перед Анжелой газету «Новинка». Тычут в объявление в центре листа. Я тоже смотрю туда. «Автомобили из Германии без посредников. Адрес, телефон».
– Дайте нам номер лицензии, – требовательно заявил старший.
– А не то другой разговор будет, – пригрозил второй.
Анжела, не теряя присутствия духа, объяснила, что за содержание рекламы газета ответственности не несет. Показала и примечание внизу последней страницы. Потом полистала какой-то журнал и продиктовала парням номер предполагаемой лицензии и место ее выдачи. Парни записали цифры на листок и чертыхаясь вышли.
– Наверняка, лицензия липовая, – вздохнула Анжела, – но мы же не эксперты. Что фирма покажет, то агент в квитанцию и пишет. Итак, на чем мы с вами остановились?
– Как искать клиентов?
– Это вы по ходу дела поймете. Пока поездите по вызовам. Наберете рекламную базу. Наша газета известная. Рекламодатели в нее охотно обращаются. Завтра и приступайте.Выхожу на улицу. В ближайшем киоске покупаю толстую тетрадь. Сюда день за днем по совету Анжелы я буду записывать сведения о моих рекламодателях. Их адреса, телефоны, имена, профиль фирмы.
Теперь, спустя годы, эта тетрадь превратилась для меня в занимательную книжку. Листая иногда ее страницы, за скромными рядами цифр, фамилий, услуг я вижу офисы, квартиры, лица. Вспоминаю трудности, накладки в моей работе. На досуге я рассказывала друзьям забавные случаи из моей экзотической жизни того периода, уже скрывая имена. Конфиденциальность прежде всего. От читателя я тоже скрою истинные имена героев этих записок. Зато постараюсь приоткрыть некоторые тайны, как возрождался частный бизнес в России.
Я опишу три дня, всего три дня своей работы. Один весенний день, один летний и день осени. К зиме я нашла другую работу. И в этом мне помогла моя новая деятельность.
ВеснаПервый выход к клиентам. Довольный взгляд в зеркало. Деловая женщина в броском полосатом пиджаке и черных «лодочках» на тонком каблучке. Цепляю рубиново-алую брошку к вороту белой блузки. Теперь – полный порядок.
Вызов на проспект Просвещения. Это далеко, на окраине города – от меня на противоположном конце. До метро добираюсь переполненным троллейбусом. Потом толпа пассажиров влечет меня в вестибюль подземки. На эскалаторе чуть не защемила острый каблук. Зато трамвай, везущий меня от метро в спальный район, почти пуст. Удобно ехать против потока в часы пик. Взглянула на часы. Прошло почти полтора часа, как я вышла из дома. Как-то я справлюсь со своим первым заданием? Запись в журнальчике помогает вспомнить:Училище №
На базе 9 классов готовит
1. Бухгалтеров
2. Секретарей
3. Чертежников
Прием без экзаменов
Срок обучения от 3-х месяцев до 3-х лет
Стипендия, бесплатное питание
(адрес и телефон)Методист Елена Алексеевна. Я ее хорошо помню. Робкая служащая протянула мне листок с текстом.
Попросила оформить рекламу подешевле – 20 см2 (размер магазинного чека). Она пожаловалась, что работники училища уже два месяца не получают зарплату. Грозит сокращение, если не удастся выполнить план приема.
– Вы представляете, что значит оказаться на улице в наше время? – делает большие глаза методист.
Я представляю, но тему не поддерживаю. Почему-то мне неприятно признаться, что я сама нахожусь в таком положении. Для нее я человек современной профессии. В уме прикидываю стоимость рекламы, и даже причитающийся мне процент. Оформляю счет. Этот счет училище по своему бедственному положению так и не оплатило. Мой первый заработок оказался нулевым. И сколько таких пустых выездов меня еще ожидало впереди!
Следующий вызов на улицу Партизана Германа. «Партизан Герман» от «Проспекта Просвещения» еще дальше, чем работа инженера от деятельности рекламного агента. Снова трамвай, метро, автобус. В автобусе толчея, выхожу без пуговицы. И брошка откололась. Туфли жмут, а раньше не замечала. За всю дорогу, только в трамвае присела, и то лишь на две остановки.
От автобуса иду дворами новостроек. На домах номеров нет. Спрашиваю у старушек, сидящих у подъезда. Они же подсказали и номер квартиры. Тут же высказали недовольство, что квартира сдана неведомо кому. Вот раньше там приличные люди жили, а теперь… И на меня посмотрели подозрительно. Анжела предупредила, что многие фирмы имеют юридический адрес в Райсовете, но размещаются на частных квартирах или в номерах гостиниц. И сменить диспозицию им очень легко.
Журнальчик напоминает:Купим: