— Нет ничего хуже, чем ждать, — сказал он, целуя ее.
Под тяжестью их упавших на кровать тел, пружины закряхтели, как улетающие на юг гуси.
— Зачем, спрашивается, куда-то идти, если рядом находится такая красота? — прошептал он.
Учащенно дыша, Марни медленно высвободилась из его объятий и поднялась с кровати.
— Киты уплывут!
Он развел руками.
— Правильно! С тобой не поспоришь!
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Неделей позже Марни сидела на пляже в Ла-Плайа-де-ла-Писада и смотрела, как волны разбиваются о берег. Она чувствовала себя совершенно опустошенной.
Через пару дней ей нужно было возвращаться к родителям. Время пролетело очень быстро.
Они провели неделю, путешествуя по разным местам. Купались на диких пляжах, останавливались около Ла-Буфадоры под морским гейзером.
Она улыбалась, вспоминая, как они дурачились и ели в уличных кафе, разогретые солнцем и обществом друг друга. Марни настояла, что сама будет платить за свою еду. Джонатан покупал ей маленькие подарки и сувениры во всех местах, где они бывали. В Ла-Плайа-де-ла-Писада они вернулись поздно ночью и попрощались около ее двери, оба были уставшими от осмотра достопримечательностей и постоянного сексуального напряжения.
Несмотря на то, что неделя промчалась так быстро, Марни казалось, что она не была дома тысячу лет. Утром она позвонила матери, когда ездила в город купить что-нибудь вкусное на десерт. Ей хотелось вечером удивить Джонатана и отпраздновать… что-нибудь.
Разговаривая с матерью по телефону, она в конце концов призналась:
— Я встретила здесь одного человека.
Марни не собиралась рассказывать родителям о Джонатане. Она не хотела заставлять их лишний раз волноваться.
— Кого-то из местных? — голос матери звучал так напряженно, будто она решила, что Марни звонит сообщить, что никогда не вернется и просит их прислать се вещи.
— Нет. Он американец, и у него есть собственный домик здесь на полуострове. Он… хороший человек.
— Марни!
Она не хотела слышать ничего из того, что сейчас готова была сказать ей мать.
— Я не собираюсь никуда убегать с ним или делать что-нибудь подобное, мама. Это безобидный отпускной флирт. Больше ничего.
Она почти хотела, чтобы все было именно так, как она говорит. Насколько проще было бы тогда вернуться домой.
На какое-то время мать замолчала, видимо, пытаясь собраться с мыслями. Но Марни дала ясно понять, что не хочет больше говорить на эту тему. Подчинившись, мать сменила тему:
— Даниэль скучает по тебе.
Сердце Марни сжалось. Она никогда прежде не оставляла его больше чем на одну ночь.
— Ну не больше, чем я, — ответила она, и ее взгляд затуманился. — Обними за меня папу и Даниэля. Увидимся в воскресенье.
— Марни!
— Да…
— Будь осторожна!
— Всегда.
— Не делай ничего, о чем потом будешь жалеть.
Просеивая между пальцами песок, Марни мысленно продолжала диалог с матерью.
Слишком поздно, Марни уже сожалела о многом.
Чайки летали у нее над головой, они то ныряли в воду, то снова взмывали высоко в потемневшее небо. Наблюдая за ними, Марни смущенно подумала, что единственное, о чем она не жалеет, так это о том, что рассказала Джонатану о своей давно похороненной мечте.
На обратном пути из Герреро-Негро они опять обсуждали ее планы. Он умел очень хорошо слушать, и у него были интересные идеи, как лучше организовать рекламу.
В очередной раз Марни смогла убедиться, насколько он умен и образован. В данном случае Бог создал идеальный человеческий экземпляр, как внешне, так и внутренне.
Пристально посмотрев на горизонт, она заметила, что приближаются штормовые облака. Огромные черные тучи скоро прольются ливнем. Вдали были видны молнии и слышны раскаты грома. За день до этого в ее лачуге появилось электричество, но скорее всего после грозы его опять не будет. Это не беспокоило ее, потому что большую часть времени она проводила в домике Джонатана.
Шум мотора привлек ее внимание. Она повернула голову и увидела, как мужчина, одетый в строгий костюм, выходит из машины темного цвета.
Кто это?
За все время, что она была здесь, никто не приезжал к Джонатану.
Она была уверена, что он приехал сюда не в отпуск и не был местным жителем. Незнакомец выглядел как типичный американский бизнесмен, который никогда не берет отпуск, потому что вся его жизнь сосредоточена на работе.
Пока она следила за ним, он уверенно шел к домику Джонатана. Не постучав даже в дверь, он просто толкнул ее и вошел внутрь.
Марни была поражена. Умирая от любопытства, она встала, отряхнула полотенце и обернула его вокруг бедер. Она решила, что только подойдет и глянет. В конце концов, им нужно договориться о планах на ужин. Так Марни успокаивала себя, в то время как другая половина ее сознания говорила, что ей не нужно сейчас идти к Джонатану, лучше дать ему поговорить со своим гостем.
Вскоре ей стало слышно, что разговор шел на повышенных тонах.
— Черт, Джонатан! Ты не можешь спрятаться здесь навсегда. Судебное дело заведено, и его не закроют по той причине, что ты пропал на семь недель. Судебные инстанции пристально изучают все бумаги, и все это началось еще до того, как ты решил продлить свой отпуск в Мексике, — продолжал бушевать незнакомец.
Кем бы ни был этот мужчина, он явно переживал. И что за судебное дело? Какое отношение все это имеет к Джонатану? — думала Марни.
— Мне не нужно просить твоего разрешения на отпуск, Рик. — Голос Джонатана звучал гораздо тише по сравнению с голосом его гостя, но в нем звенел металл. Она никогда не слышала, чтобы он так разговаривал, даже в первый день, когда они встретились и он пытался выяснить, кто она такая и зачем приехала сюда.
— Я не говорю, что ты не можешь уехать, но ты игнорируешь все сообщения, которые посылали тебе по Интернету, и не отвечаешь на факсы.
Марни заглянула в окно и увидела, что лицо гостя было багровым. Может ли у мужчины в тридцать лет быть инсульт? — пронеслось у нее в голове.
Он был примерно одного возраста с Джонатаном, но не такой высокий. Его даже можно было бы назвать красивым, если бы его лицо не было так напряжено.
— Я был занят, — сердито ответил Джонатан
— Ты не можешь позволить себе быть занятым сейчас, мой друг.
Он повернулся и заметил в окне Марни.
— Похоже, у тебя есть компания, — сказал он, открывая Марни дверь.
Марни могла поклясться, что Джонатан побледнел, когда увидел ее, но при этом он улыбнулся и пригласил ее войти.
— Привет! Мы не видели тебя.
Она переводила взгляд с одного мужчины на другого. Казалось, воздух в маленькой кухне пропитан электрическими разрядами.
— Я зашла узнать о планах на вечер, но ничего срочного, могу зайти и попозже. Мне кажется, я помешала вам.
— Ничего, что не могло бы подождать, — резко сказал Джонатан.
Второй мужчина нахмурился.
Повисло неловкое молчание, и Марни поняла, что Джонатан не собирается их знакомить.
— Между прочим, меня зовут Марни Ла-Ру, — представилась Марни и протянула руку. — Я живу по соседству.
— Ричард Дантон. Я работаю…
— Рик уже уезжает, — прервал его Джонатан.
Под ледяным взглядом Джонатана Рик взял свой дипломат со стола. На его машине были калифорнийские номера, значит, он проделал весь путь в Мексику, даже не развязав галстук и не сняв пиджак. Она опасалась, что, если кондиционер в его машине сломается, его ждет тепловой удар.
— По крайней мере, посмотри бумаги, которые я привез, и ответь мне до конца недели. — Взглянув на Марни, Рик многозначительно добавил: — Сделай это в первую очередь, пожалуйста.
— Не указывай мне, что я должен делать. — Голос Джонатана был непривычно холодным и резким.
Рик покачал головой.
— И не мечтай!
Около него на стене висела чуть сдвинутая набок фотография, сделанная сестрой Джонатана.
Рик поправил ее. Затем, не глядя на Джонатана, спокойно произнес:
— Я знаю свое место.
Он вышел на улицу, и Джонатан захлопнул за ним дверь.
Дождавшись, когда его машина скрылась из вида, Марни спросила:
— Все в порядке?
Джонатан застыл около окна. Он стоял, широко расставив ноги, спиной к Марни, и сосредоточенно смотрел на океан.
— Будем считать, что да, — ответил он раздраженно и медленно повернулся. — Я не могу больше здесь оставаться, Марни. Мне нужно возвращаться на работу.
Миллион вопросов крутился у нее в голове, но она решила не задавать их сейчас.
— Понимаю. Мне тоже пора. — Она попыталась улыбнуться. — Мы оба знали, что это не навсегда.
— Знали? — спросил он тихо. — Рик — адвокат, с которым я работаю. Он приезжал сюда, чтобы напомнить мне о важных делах, оставшихся дома. — Джонатан потер шею, будто она затекла у него. Мне кажется, настала пора рассказать тебе, чем я зарабатываю на жизнь. Я не говорил тебе всей правды.
Насколько ее этот вопрос занимал раньше, настолько теперь она не хотела ничего знать. Что-то говорило ей, что это может быть опасно.
— Я не просила никаких объяснений.
— Я знаю. — Он ласково коснулся ее руки. — Тебя интересовал я сам. Ты даже не можешь себе представить, что это для меня значит.
Она никак не отреагировала на его последние слова, а вместо этого спросила:
— У тебя проблемы с законом?
Он отрицательно потряс головой:
— Не в том смысле, в каком ты думаешь. Это длинная история.
— Но ты что-то скрываешь?
— Ничего плохого. Ничего такого, чего следует стыдиться, я уверяю тебя. — Он смотрел ей прямо в глаза, не отводя взгляда. — Ты однажды спросила меня, кто я, и я ответил — просто человек. Марни, это так и есть. Независимо от того, что ты можешь узнать обо мне, пожалуйста, помни, что я в первую очередь просто человек.
Его слова не напугали и не оттолкнули Марни. Наоборот, она хотела быть с ним. Она любила его!
— Ты никогда не будешь для меня простым человеком, — прошептала Марни, поднимаясь на цыпочки и целуя его в щеку.