— Мои дети прячутся в подвале, — сказала Рейчел офицеру Лоу. — Надо им сообщить, что опасность миновала.
— Ладно, ступайте. Но нам надо будет взять вас в участок, чтобы снять официальные показания. У вас есть адвокат?
— Да… По-вашему, он нужен?
— Не повредит. Если все разыгралось так, как вы сказали…
— Именно так.
— Ладно. Ступайте к детям. Пока мы не осмотрим дом и не убедимся, что больше в него никто не проник, вас будет сопровождать офицер.
— Спасибо, офицер. Мне только нужно подняться наверх, чтобы включить рубильники и вы могли работать при свете.
Остальные копы уже начали ограждать лестницу лентой в ожидании прибытия криминалистов и баллистиков.
Протиснувшись мимо них, Рейчел включила автоматические выключатели. Потом подошла к двери подвала, ввела защитный код и открыла ее. Спустившись по лестнице, оказалась перед металлической защитной дверью. Через окошко десять на десять дюймов в двери увидела сидящих внутри Эрика и Меган. При виде матери оба подскочили и бросились к двери. Отперев защитную дверь, Рейчел привлекла обоих детей к себе.
— Все кончено, — сказала. — Все хорошо.
Меган плакала. Эрик в ее объятиях был какой-то ненормально вялый.
— Здесь полицейские, — сообщила Рейчел. — Нам надо подняться наверх, а потом просто ответить на несколько вопросов в участке, чтобы они могли сделать свое дело.
— А где плохой человек? — спросила Меган.
— Полиция его забрала. Теперь он никому не повредит.
— Ты уверена? — уточнил Эрик.
— Уверена.
— Ты его достала, — кивнул он.
— Да, — кивнула она.
Они пошли по лестницам на первый этаж, но прежде Рейчел позаботилась, чтобы и защитная, и главная двери за ними закрылись. Когда спускались по лестничному маршу, еще лоснящемуся кровью Роблса, Рейчел прикрыла глаза Меган ладонью.
Эрик не упускал ничего. Медленно шагая, озирал следы кровопролития. В считаных футах от его спальни. Рейчел мысленно молилась, чтобы этот ужас стал в жизни мальчика последним.
Все трое взяли свои пальто и куртки из гардероба в передней. Полицейские оставили входную дверь нараспашку. Холодный зимний ветер гулял по всему дому. За считаные минуты их дом выстудился, заполнившись полицейскими и экспертами.
Офицер Лоу присел на корточки, чтобы оказаться примерно на одном уровне с детьми:
— Я офицер Дерек Лоу, а это мой напарник, офицер Чен. Офицер Чен отвезет вас всех в участок. Там тепло. И у нас замечательный торговый автомат с уймой угощений.
Эрик и Меган кивнули. Рейчел одними губами сказала офицеру Лоу «спасибо». Усадив их в патрульную машину, офицер Чен сел за руль и тронулся. Рейчел через боковое зеркало наблюдала, как удаляется дом, облепленный копами, как муравьями.
Рейчел сидела посередине патрульной машины, с Меган по левую руку и Эриком по правую. Оба помалкивали. Вероятно, от шока. Их мать в собственном доме ранила человека всего несколько минут назад.
Не говоря уж о том, что они видели в подвале.
— Мам, — наконец нарушил молчание Эрик, — почему ты нам соврала? Про подвал.
Рейчел сделала глубокий вдох. Она знала, что рано или поздно от этого разговора уже не отвертеться.
— Я все объясню позже. Обещаю.
Полицейский участок северного Эшби разместился в двухэтажном кирпичном здании с двускатной зеленой крышей и синими навесами. Остановив машину прямо перед ним, офицер Чен повел семейство Марин через двустворчатую раздвижную дверь. Переговорил с женщиной за стеклянной перегородкой, и та открыла для них вход.
Держа Меган за руку, Рейчел последовала за офицером Ченом. На лице Эрика была написана смесь благоговения и настороженности. Его можно понять. Никто не хочет оказаться в полицейском участке. Но для мальчишки это все равно круто. Рейчел ощутила, как его пальцы сжимают ее руку.
— Мы не в беде, — попыталась она заверить Эрика. И вспомнила, как они были в полицейском участке в прошлый раз. Очевидно, он тоже.
— Знаю, — отозвался Эрик без убеждения. Чен отвел их в комнату отдыха с голыми белыми стенами, прямоугольным деревянным столиком и четырьмя металлическими стульями. Вся мебель была привинчена к полу. Здесь же стояли микроволновка, холодильник, кулер и кофеварка на одну чашку. Рейчел смерть как хотелось чашечку.
— Спасибо, офицер. Я сниму показания.
Обернувшись, Рейчел с удивлением увидела детектива Серрано. Отчасти она испытала облегчение при виде знакомого лица, отчасти же встревожилась, потому что успела перебежать ему дорогу. Одет он был в джинсы и толстовку с эмблемой «Чикаго Кабс»[36]. С виду чистые. Видны неразглаженные сгибы. Очевидно, только что прибыл и переоделся в участке.
— Вы уверены, детектив? — засомневался Чен.
— Я понял, офицер; спасибо за помощь. — Серрано обернулся к детям: — Ребята, офицер Чен отведет вас вон в ту комнату и даст вам горячего шоколада и чего-нибудь перекусить.
— Я не люблю горячий шоколад, — заявила Меган.
— Какой ребенок не любит горячий шоколад? — с деланым удивлением проговорил Серрано.
— Очевидно, мой, — припечатала Рейчел.
— Ничего страшного. Он даст вам что захотите. Безалкогольное, так что губы не раскатывать. — Серрано подмигнул Эрику, и тот улыбнулся. Меган озабоченно посмотрела на Рейчел.
— Все в порядке, солнышко. Я буду здесь. Это самое безопасное место на свете. Когда мы вернемся домой, Меган, ты сможешь снова взяться за свои рассказы, а ты, Эрик, сможешь играть в «Галактический звездный путь слизнеборца» сколько влезет.
— «Галактическая военная бригада — 11», — поправил Эрик.
— А знаешь что? — встрепенулся Серрано. — Я большой фанат этой игры.
— Не может быть, — не поверил Эрик.
— Нет, может. Последние пару игр «Галактической военной бригады» пропустил — иногда работа вставляет палки в колеса, но что скажешь про девятую, где в конце гигантская змея-мутант пожирает весь твой взвод, а потом отрыгивает в чудовищную миску? Такой улет, что я прямо спать не мог.
— Было довольно круто, — улыбнулся Эрик.
— Довольно круто. Слушай, поболтаем об играх после. Пойди перекуси. Дай нам с твоей мамой чуток потолковать.
Меган взяла Эрика за руку, и офицер Чен повел обоих прочь.
— Спасибо вам за это, — повернулась Рейчел к Серрано.
— Да не напрягайтесь, — отозвался он. — Знаете, по снегопадам в Эшби часы можно проверять. Каждый год выпадает в первую неделю декабря, как по часам. И город, скажу я вам, превращается в какую-то сказку. Каждый дом окутан яркими огнями, повсюду летают снежки. Когда я был патрульным, я представлялся каждому встречному. Это лучшая часть работы. Я хотел, чтобы работа полиции была как в те времена, когда я был пацаном и знал всех, кто присягнул тебя защищать, по именам.
— Зачем вы мне все это рассказываете? — поинтересовалась Рейчел.
— Затем, чтобы вы знали, что я прикрываю вам спину. Несмотря на случившееся в доме Драммонда. Вот почему я пришел сегодня вечером. Сядем, — жестом пригласил Серрано к столу. Рейчел села. Серрано сел напротив. — Я собираюсь записывать разговор. Вы хотите, чтобы при разговоре присутствовал адвокат?
Рейчел покачала головой.
— Почему вы здесь, детектив?
— После отъезда от Драммондов я решил пройтись. Много надо было передумать. И так уж получилось, что перехватил по радио случившееся у вас дома. Решил, что мы уже съели щепотку соли вместе и вы будете не против увидеть нынче вечером дружеское лицо. Или хотя бы узнаваемое.
— Я и не догадывалась, что вы такой дружелюбный.
— Друг или нет, но вооруженный человек вломился к вам в дом, и моя работа — выяснить почему, и позаботиться о безопасности вас и детей.
— Спасибо, — потупилась Рейчел.
— Ладно. Пройдемся по случившемуся сегодня вечером. Начинайте с начала. Не упускайте никаких подробностей, какими бы незначительными они ни казались.
Рейчел поведала ему все. И каждое слово было правдой. Взлом и проникновение, факт, что Роблс был вооружен, что у нее есть лицензия на владение и использование «Моссберга» и что она его ранила только в рамках самообороны.
Закончив изложение, Рейчел поинтересовалась:
— Что теперь?
— Теперь то, — пояснил Серрано, — что на месте происшествия работают криминалисты и баллистики и проводится анализ и вашего ствола, и ствола Роблса. Если результаты анализов совпадут с предоставленной вами официальной версией, скорее всего, все будет списано как чистая самооборона.
— Скоро ли мы с детьми сможем вернуться домой?
— Пока нет. Потребуется день-другой, чтобы оформить и упаковать все вещдоки. На пару ночей мы поселим вас в отеле. Сперва я отвезу вас всех домой, чтобы вы могли собрать вещи для себя и детей.
— Спасибо, — кивнула Рейчел.
Серрано подался вперед:
— Позвольте задать вам вопрос, миз Марин. Вы напрашиваетесь на неприятности на повседневной основе?
— Послушайте, детектив. Это Роблс пришел в мой дом, вооруженный пистолетом и здоровенным ножом, способным камень надвое разрубить.
— А как по-вашему, был бы шанс у него проделать все это, не проследи вы за ним до дома после пресс-конференции?
Рейчел промолчала.
— Не знаю, что у вас за дела. Но сегодня вечером вы подстрелили шурина бывшего мужа жертвы убийства.
— Смахивает на затравку к анекдоту, — заметила Рейчел. — Знаете, типа заходят в бар падре, раввин и шаман.
— Смейтесь, сколько хотите, но дело это серьезное.
— Сегодня вечером я подстрелила человека, детектив. Я знаю, насколько это серьезно. Так почему же Роблс явился за мной? — спросила Рейчел. — И почему сказал: «Не позволю»? До сих пор не понимаю, что он имел в виду.
— Сделаем на минуточку шаг назад, — призвал Серрано. — Вы сказали, что дети спустились в подвал. Вы им сказали, что там они будут в безопасности, что он запирается изнутри. А раз там так безопасно, почему же вы не пошли с ними?
— Простите?