— Можно полюбопытствовать, по какой причине? — с прищуром взглянула на нее Гивенс.
— Можно, — отозвалась Талли. — Но достаточно сказать, что это необходимо в рамках ведущегося уголовного следствия.
— Уголовного следствия, — повторила Гивенс. — Мне нужно позвать юрисконсульта?
— Смотря как повернется, — ответил Серрано. — На данный момент нас интересуют только арендаторы, снимавшие помещения в строго определенный период времени. Если же мы выясним, что ваши арендаторы были вовлечены в преступную деятельность с ведома или с помощью и содействием вашей фирмы, тогда адвокат вам может понадобиться.
— Нам скрывать нечего, — сказала Гивенс. — Мы регистрируем каждую сделку в Комиссии по ценным бумагам и биржам и не получили ни одного нарекания по поводу ненадлежащих практик. Я проработала здесь одиннадцать лет и за это время проконтролировала договоры аренды как минимум пятидесяти компаний. Могу вас уверить, что мы ни в коей мере не подозревали ни о какой преступной деятельности. А если какая-то и наблюдалась без нашего ведома, мы с радостью окажем правоохранительным органам всяческое содействие.
— Вот видишь. — Серрано с улыбкой повернулся к Талли. — Кто сказал, что бухгалтеры всегда заноза в заднице?
— Вообще-то мне казалось, что именно ты это вечно твердишь, — парировала Талли.
— Ну, для миссис Гивенс я сделаю исключение. Или лучше Дороти?
— Лучше миссис Гивенс.
— Годится. Миссис Гивенс. Позвольте мне спросить вот что: вы помните компанию под названием «Альбатрос»?
Она постучала по губе пальцем с алым маникюром:
— Названия не припоминаю и не помню, чтобы встречалась с кем-либо из работников этой компании.
— Это один из ваших арендаторов, — пояснил Серрано. — Они арендовали здесь площади около трех лет назад.
— Странно, — призналась Гивенс. — В то время у нас было всего с десяток новых съемщиков. И я не припоминаю, чтобы встречалась с кем-либо из «Альбатроса». А я считаю своим долгом знать наших арендаторов.
— А кроме вас, договоры аренды кто-нибудь подписывает?
— Нет. Хотя, пока я была в отпуске по беременности и родам после рождения сына, договорами аренды распоряжались другие.
— Нам нужны имена сотрудников «Джей энд Джей», уполномоченных на подписание аренды от имени фирмы за каждый период, — сказала Талли.
— Ясно. Я знаю их наперечет, их не так уж много. Эстер Уоррен, наш вице-президент. Альфонс Руссоти, наш управляющий. И Кэролайн Драммонд из управленческой же службы.
— Кэролайн… Драммонд? — вытаращил глаза Серрано.
— Совершенно верно. Вероятно, имя вам знакомо из-за ее брата и всех этих безобразий с его бывшей женой Констанс. Скажите, она ведь недавно погибла, да? Это никак с этим не связано?
Переглянувшись с Талли, Серрано сказал Гивенс:
— Нам нужны все договоры аренды, подписанные Кэролайн Драммонд. Сию секунду.
Выходя из фирмы «Джей энд Джей Эккаунтинг», Серрано позвонил лейтенанту Джорджу на его сотовый.
— Джордж.
— Лейтенант, это Серрано.
— Детектив. Что у вас для меня?
— А вот что. Чуть раньше мы поговорили с Сэмом Уикершемом, якобы любовником Констанс Райт, давшим показания об их любовной связи, чем он помог разрушить ее брак и карьеру. Оказывается, мистер Уикершем мог быть не столь уж правдив в своих показаниях под присягой.
— Как это?
— Ему заплатили почти полмиллиона долларов за фальсификацию липовой интрижки. Банковские выписки показывают три платежа по сто шестьдесят кусков за раз на счет Уикершема в Банке Америки. Он также утверждает, что телефон Райт клонировали, отсюда и все эти грязные сообщения с ее стороны.
— Господи! И кто же платил Уикершему?
— Вот тут еще интереснее, — поведал Серрано. — Уикершем ни разу не встречался ни с кем лично, но до сих пор хранит записи полученных им телефонных звонков, помогавших сфабриковать обвинения. Номер телефона зарегистрирован на компанию «Альбатрос». И тут только одна проблема: никакого «Альбатроса» нет. Это подставная компания, единственным назначением которой, похоже, была крыша для этих платежей. Ну, мы отследили эти платежи Уикершему со счета на Каймановых островах. А с их законами о банковской деятельности отследить эти счета обратно к кому-либо практически невозможно.
— Ладно. Тогда скажите, что у вас есть и хорошие новости.
— Хорошие и плохие. Хорошие в том, что «Альбатрос» арендовал офис в здании, принадлежащем фирме под названием «Джей энд Джей». «Джей энд Джей» подтверждает, что у них арендовали площади… и нипочем не угадаете, кто подписал документы.
— Хватит меня дразнить.
— Кэролайн Драммонд.
— Кэролайн Драммонд… она не имеет ли отношения..?
— Сестра Николаса Драммонда.
— То есть вы говорите, что сестра Николаса Драммонда сдала помещение в аренду подставной компании, единственным назначением которой было пособничество в деле разрушения жизни жены ее брата.
— А я-то думал, у меня проблемы с моими родственничками со стороны жены. Ну вот, в договоре аренды для «Альбатроса» значится имя Уолтера Маки, но Уолтер Маки — восьмидесятилетний пенсионер. Его личность была похищена с целью создания фирмы.
— А где Кэролайн Драммонд сейчас?
— Вот тут дело осложняется, — доложил Серрано. — Оказывается, миз Драммонд взяла несколько внезапный бессрочный отпуск, случившийся за месяц до убийства Констанс Райт. По словам финдиректора «Джей энд Джей» Дороти Гивенс, она умотала куда-то в Италию, не сообщив, когда вернется.
— Как-то непохоже, чтобы вы считали, что миз Драммонд выбрала этот момент для путешествия по чистому совпадению.
— Не считаю. А считаю, кто-то почуял, что дело пахнет керосином, и «Альбатрос» избавляется от улик. Отъезд Кэролайн Драммонд за рубеж состоялся в рамках этой зачистки.
— Мы можем затребовать ее экстрадицию?
— Пока нет. У нас достаточно улик, чтобы предъявить Сэму Уикершему обвинение в мошенничестве и лжесвидетельстве, вот пока и все. Уикершем сказал, что не знает, кто стоял за «Альбатросом», так что, предложив ему сделку в обмен на свидетельские показания со стороны обвинения, мы почти ничего не добьемся. Но кому-то хотелось, чтобы жизнь Констанс Райт пошла прахом самым гнусным образом. И, судя по всему, ее бывший муж и его сестрица приложили к этому руку.
— Будете брать Николаса Драммонда?
— Пока что нет. Он может заявить об отсутствии доказательств его причастности в качестве заказчика, свалив все на сестру, если мы не найдем нечто, связывающее его с «Альбатросом» или Уикершемом. Я бы предпочел найти это звено, прежде чем брать его.
— Продолжайте в том же духе, детектив. Найдите звено. И держите меня в курсе. Отличная работа.
— Будет сделано, сэр.
Серрано дал отбой.
— Возможно, Изабель связана с «Альбатросом», — заметила Талли. — Что не лишено смысла. Убирает Констанс из жизни Николаса и развязывает ему руки, чтобы жениться. А у нее есть и деньги, и связи, чтобы это провернуть.
При этих словах садившийся в машину Серрано задумался:
— Не знаю. Как-то не сходится. Несомненно, Изабель упакована что надо, заполучила мужика, какого хотела, но как-то больно много хлопот лишь затем, чтобы расстроить брак. Не проще ли было Николасу просто развестись с Констанс и снова жениться? Эта затея с «Альбатросом» выглядит личным делом. Будто какая-то вендетта.
— И что теперь?
— Поехали-ка обратно. Мне нужен список людей, у которых имелся мотив для уничтожения Констанс Райт.
Талли уселась за руль. Серрано подключил свой сотовый телефон к стереосистеме через USB-порт.
— Ты что это затеял?
— Прочистку мозгов.
Открыв приложение для аудиокниг, он нажал кнопку воспроизведения. Через динамики полился мужской голос. С британским акцентом, малость гнусавый, зато живенький.
Немало страниц этой книги отведено хоббитам. Здесь и о них самих изрядно сведений, и немного об их истории[46].
Поглядев на Серрано, Талли сказала:
— Кстати, о страданиях. Еще раз это выслушивать я не в состоянии. Послушай радио, как нормальные люди.
— Это помогает мне думать, — уперся Серрано. — Просто пропускай мимо ушей. А еще лучше прислушайся. Может, научишься чему-нибудь.
— Да ни в жизнь. Больше никаких хоббитов и волосатых ног, когда я за рулем, — и выдернула разъем USB.
— Да брось, Талли!
— Боже, какой же ты порой плакса! — Талли вздохнула. — Я не хотела, Джон. Но это как-то нездорово. Тебе надо с кем-нибудь поговорить.
— Только потому, что я хотел послушать аудиокнигу «Властелин колец»? — негромко вымолвил Серрано.
— Ты же знаешь, что дело не в книге. Потому-то ты ее и слушаешь. Нельзя же повсюду таскать это за собой, это… бремя. В конце концов оно тебя раздавит.
— Порой я хочу бремени, Лесли. Когда я его чувствую, оно помогает мне помнить. — Серрано повернулся к ней. — Порой… мне трудно представить его лицо. Требуется добрая минута, чтобы припомнить. Разве не ужасно?
— Нет. Память ненадежна. То, что ты чувствуешь, здесь, — постучала себя Талли по груди. — Этого ты никогда не забудешь.
— Когда нас только поставили в пару, тебе хоть раз приходило в голову, что ты станешь моим мозгоправом на полставки? — улыбнулся Серрано.
— Дьявол, если я и дальше буду этим заниматься, лучше и плати мне, как мозгоправу. Поехали-ка обратно в Эшби. Разгадка уже рядом, носом чую.
Выехав со стоянки «Джей энд Джей», Талли влилась в движение на I-84. Но не успели они далеко отъехать, как сотовый телефон Серрано снова зазвонил.
— Серрано.
— Детектив, это начальник смены Коннелли.
— Привет, Пэт, в чем дело?
— Только что получено анонимное сообщение, что Нестор Агийяр и Стефани Стайнман пасли гостиницу, где остановилась Рейчел Марин. И что могут предпринять покушение на семью Марин.
— Боже! Откуда они узнали, куда мы ее поместили?
— Не знаю, детектив, но, к счастью, и за этой парочкой кто-то приглядывал. Осведомитель сказал, что они покинули гостиницу и направились на юг.