— У нас они работают не на магии, — напомнила Лера, Эриас кивнул и остановился перед оградой с витиеватой надписью поверх ворот: «Столичный зверинец».
Звери этого мира тоже мало чем отличались от земных: те же парнокопытные, пушные звери, хищники и травоядные. Тесных клеток тут не было — зверье обитало в просторных вольерах, огороженных блестящей колючей проволокой. Вокруг ограждений имелись новенькие таблички:
«Магический сторож не работает! Проволока может нанести раны детям, пожалуйста, удерживайте их от прикосновений к ней!»
— Подсмотрел идею с таким ограждением в вашем мире, — похвастался Эриас. — Раньше-то мы обходились магией, и не требовалось заборы городить. Тогда смотреть на зверей было удобнее и приятнее, но что поделать — экономия.
Да, вынужденная экономия магии выглядывала из всех углов. На улицах не работали красивые светильники, установленные вдоль дорожек, — с наступлением темноты зажгли чадящие факелы на новеньких подставках. Вдоль обочин стояли разнообразные машины, а по улицам катили конные экипажи. На шпиле городской ратуши в срочном порядке меняли большие красивые часы — вместо магических, с большими стрелками и подсветкой, устанавливали старинные, покрытые по ободу ржавчиной часы с маятником. На берегу огромного озера, вдоль которого раскинулась столица Золотой страны, виднелись заполненные неработающими кораблями причалы, а на водной глади мелькали белые треугольнички вёсельных парусников.
— Вы не обдумывали возможность перехода на электричество, как в моем мире? — спросила Лера. — Съездили бы, разузнали, что и как, специалистов привезли бы. Тогда ваш мир не зависел бы так сильно от драконов с их магией.
«И можно было бы смело послать лесом всех „повелителей“. Уверена, что из моего мира захватчики-драконы сбежали сами, увидев, какую мощь обретает человечество, самостоятельно развивая науку и технику, — думала Лера. — Вот и остались на Земле драконы только в мифах и сказках да воплотились в предметах искусства».
— Разве использование э-ик-ти-чества вполне безопасно? У меня сложилось несколько иное впечатление, когда я наблюдал за вашим миром. Например, проблема воды — у вас сама природа производит только непригодную для питья воду или это связано с вашим э-ик-тичеством?
— Эм-м-м-м… Воду загрязняют люди, — признала Лера.
— В ваших городах я не видел колодцев, — заметил Эриас, останавливаясь рядом с названным предметом, из которого тянули ведерко с водой мальчишки, щедро плеская чистую воду в подставленные кружки. — Где вы берете воду?
— В городах питьевую воду можно купить в магазинах в бутылках. В жилые дома поставляется достаточно чистая вода, которую всё же лучше кипятить перед употреблением, — за эту воду тоже нужно платить.
— Платить за воду?! — поразился советник.
— Боюсь, скоро мы будем платить и за воздух, — вздохнула Лера.
— Магия лучше, — сделал вывод Эриас. — Я так и думал.
— Спорное утверждение. Вместе с магией вы вынуждены терпеть всевластие драконов, их частые войны.
— А у вас не воюют?
— Воюют, еще как.
— Видите, проблема войн связана совсем не с драконами, — закончил Эриас дискуссию о преимуществах магии перед научно-техническим прогрессом. Они остановились у широкого белокаменного павильона, на фронтоне которого красовалась свернувшаяся кольцами змея.
В залах было сумрачно и прохладно, но ежилась Лера не от холода — ее пугали раздающиеся здесь шорохи и шипения. Журчала вода, шевелились листья кустов и деревьев, над головами свисали лианы, и Лера испуганно всматривалась: не мелькают ли среди веток гибкие длинные хвосты.
— Почему здесь нет ни закрытых террариумов, ни ограды? — дрожащим шепотом спросила Лера, робко шагая вслед за советником по засыпанной сухими ветками тропе, петляющей среди водоемов, искусственных горок и листвы.
— Змеи — священные животные, считаются дальними родственниками первых драконов, их стараются содержать в условиях, близких к природным.
— З-замечательно, — ответила Лера и завизжала, когда в метре от нее с лианы свесилась и застыла огромная змеюка. Желтые глаза не мигая смотрели на Леру, вызывая озноб страха.
— Тише, — раздраженно прошипел Эриас, — здесь не принято шуметь!
— Змеи глухи, — вспомнила Лера передачи «В мире животных».
— Они улавливают колебания, а вы своим криком создаете массу вибраций.
— Если она поползет ко мне, то вибраций станет больше, — предупредила Лера, вцепляясь в советника и прячась за его спиной.
— Вам нечего опасаться, здесь по-прежнему действует магическая защита: змеи слишком опасны, чтобы полагаться на простые ограды. От укуса змеи чаще всего может спасти только сыворотка на магической основе, а с магией сейчас перебои даже в больницах.
— О боже, здесь ползают и ядовитые экземпляры? — ужаснулась Лера, жалея о своем героическом явлении в террариум.
— Все змеи ядовиты, — удивился Эриас, — не зря же их считают дальними родственниками первых драконов.
Все ядовиты?! Это беда для ее планов! И… СТОП! Погодите, это что же получается…
— Драконы тоже ядовиты?! — сорвался с губ Леры придушенный писк.
— Конечно, это всем известно, — удивленно посмотрел на нее советник.
— Вам следовало предупредить меня об этом до обеда с Золотым Драконом, — прошептала Лера, судорожно вспоминая, из чьего стакана она пила воду в голубой гостиной, когда приходила в себя после «беседы» с клиентом. — Я могла случайно взять его ложку или отпить из его бокала. Ой, он сам давал мне бокал с вином! Надеюсь, яда на нем не было.
— Само собой, не было. Во-первых, драконы ядовиты только в звериной ипостаси, во-вторых, смертелен только укус дракона, яд попадает в тело через клыки, а слюна и прочие жидкости совершенно безвредны. И кого попало драконы не кусают: укус дракона — это редкий вид почетной казни, таким укусом награждают, к примеру, генерала вражеской армии, проявившего отвагу и доблесть на поле брани.
— Хорошо, что я не генерал!
Эриас глянул неодобрительно, покачал головой.
— Если бы вы хорошо знали нашу мифологию, то понимали бы, откуда такое благоговейное отношение к укусу дракона. Раз вы так панически боитесь змей, то зачем просили привести вас в террариум?
— Затем, чтобы выбрать себе домашнего питомца. Эриас, посоветуете что-нибудь наименее ядовитое?
Советник посмотрел на нее круглыми глазами, пробормотал что-то о сомнениях в ее вменяемости, но от рекомендаций не отказался. Спустя полчаса работник террариума протягивал Лере стеклянный ящик, в котором недовольно шипела отловленная среди лиан толстая змейка метровой длины. Змея поднимала черную треугольную голову и раздувала капюшон, как земная кобра. Капюшон был шахматной черно-желтой расцветки и напоминал Лере золотые глаза повелителя с черными провалами расширившихся зрачков. Руки Леры так тряслись, что она побоялась уронить и разбить стеклянный ящик, так что новую жительницу ее комнат до дворца нес Эриас.
— Поставьте на стол возле кровати, — попросила Лера.
Советник хмыкнул, покосился на смертельно бледную Леру, но повиновался. Потом был визит в его лабораторию, где Лере вкололи вакцину на магической основе, нейтрализующую яд ее питомицы. Эриас клятвенно заверил, что теперь она без ущерба для здоровья может перенести до ста укусов в течение года, а потом нужна новая порция вакцины.
— Не обязательно вести точный учет, сколько раз вас укусили, Лера. Как только вы начнете чувствовать легкую головную боль после укуса — срочно ко мне, будем добавлять в ваш организм нейтрализатор.
— Надеюсь, я быстро разберусь с пособием по содержанию змей, что мне выдали в зверинце, и не часто буду подвергаться нападениям, — вздохнула Лера, посмотрела на сына и укрепилась в решении стоять до победного конца своей фобии.
Поужинав в своих комнатах и кинув змейке кусочек сырого мяса, Лера смотрела, как та заглатывает подношение, и старалась усилием воли расслабить сведенные от страха мышцы. Аутотренинг черепашьим шагом начал двигать ее к поставленной цели…
— Я назову тебя Гленвиарой, — говорила Лера своей змее, укладываясь, наконец, спать. — Но так как это имя слишком показательно и клиент может нервно отреагировать, если узнает, то в нашем с тобой дружеском общении остановимся на сокращенном варианте: будешь Вирой.
Глава 9Ненависть — понятие многогранноеКаждая грань ярка и по-своему неповторима
Всю ночь Лера дрожала от страха под теплым одеялом, слушая шорохи, раздающиеся из стеклянного ящика у ее кровати. Ей непрерывно мерещилось, что змея приподнимается на своем хвосте, упирается головой в прозрачную крышку, сдергивая хлипкую защелку, а потом медленно переползает через высокую стену ящика. Разум пытался доказать, что метровую гладкую стену змея не переползет, даже если сумеет балансировать на кончике хвоста, чтобы достать до края, но разум вовсю проигрывал чувствам, которые призывали бегом бежать из этой комнаты и от этой запертой за стеклом змеи. Сон сморил Леру ближе к рассвету, но был беспокойным: смеющийся сын, бегущий ей навстречу по зеленой траве, спотыкался о разлегшуюся в траве змею, и личико его искажал испуг. Пробуждение было внезапным, а первое, что увидела Лера, раскрыв глаза, — это уставившуюся на нее живую и шевелящуюся черно-желтую кобру…
Утро в южном крыле дворца Золотого Дракона началось с истошного вопля иномирной ведьмы. Прибежавшие на крик бравые стражники, трепеща от страха, но следуя велению долга, рискнули заглянуть в ее покои. За ними протиснулась внутрь служанка Лима, приставленная к важной гостье. Растрепанная ведьма, забыв вооружить глаза своими волшебными стеклами, сидела в постели, зажав рукой рот, и смотрела на змею, поселенную вчера в ее спальне главным советником.
— Что-то случилось, высокочтимая Валерия? Вас спасать надо? — пробасил старший по этому дворцовому крылу стражник.
— Нет. Простите за ложный вызов, я в порядке, — ответила ведьма, шумно выдыхая. — Просторный террариум со всем необходимым Вире принесли?