«А я с удовольствием посмотрю на это зрелище», — с предвкушением подумала Лера.
— На драконов драконий яд никак не действует, — разбил ее наивные мечты Эриас. Лера так и осела на стул. — Вы всё пытаетесь отвертеться от нашего уговора о счастье в браке?
— А получается?
— Не очень. Лера, мне жаль вас разочаровывать, но Серебряный Дракон — это просто миф, сказка, придуманная людьми. Нет никаких исторических свидетельств, что случай имел место в действительности. Никаких, Лера, а ведь речь идет о целой стране и ее повелителе, который, согласно этому преданию, правил полтора века! С той давней поры тысячи людей умерли от яда драконов, и никто из них не выжил и крылья не отрастил. Эту сказку сочинили люди, мечтающие стать драконами, а драконы в истинность этого мифа никогда не верили. Для них укус — способ самолично прикончить сильного врага, и только. Подумайте, Лера: у драконов проблемы с рождаемостью, дети от людей часто рождаются людьми, но за тысячи лет ни один отец-дракон или мать-драконица даже в самой критической ситуации полной безнадежности не укусили своего ребенка-человека. Этот факт о многом говорит, не так ли? Поверьте, я рассмотрел все-все варианты, счастливый брак — единственное решение. И специалист уже на месте.
— Угу, — согласилась Лера, обхватывая свою многострадальную голову.
Седой советник с надеждой посмотрел на нее и осторожно погладил по руке:
— Я рад, что вы так ответственно и разносторонне подходите к своей работе. Это обнадеживает.
Лера только вздохнула. Каких-то невест дракон себе присмотрел? Ей было бы спокойнее, будь девушки с Земли, в силы своих соотечественниц она как-то больше верила. Может, добраться до земного интернета и объявление дать? Примерно такого плана:
«Девочки, есть желающие связать жизнь с драконом-доминантом, сногсшибательно красивым, смертельно ядовитым, обремененным неудобными для совместной жизни безусловными рефлексами, внушительным гаремом, кризисными временами в собственном государстве и ростом цен на магию? Очень желательно не иметь фобий или чувства собственного достоинства, поскольку второе обязательно растопчут, воспользовавшись первым. Если есть согласные — откликнитесь! Письма слать в драконий мир, в лабораторию главного советника Золотого Дракона. Ваш будущий семейный психолог, Валерия Вячеславовна Симанова».
Сдерживая нервный смех и напевая себе под нос: «Все хорошо, прекрасная маркиза», Лера бездумно следила за советником, который успел отложить в сторону книгу и карту и теперь колдовал над большим сверкающим мечом, с серебряной рукояткой, украшенной крупными синими камнями наподобие сапфиров и мелкими голубыми камешками, похожими на аквамарины. Колдовал в прямом смысле слова: держа одну руку на магическом шаре, он бормотал слова заклинаний и водил над мечом рукой, с которой лился призрачный серебристый свет, впитывавшийся в лезвие меча. Время от времени что-то искрило, по кромке лезвия пробегали синие огоньки, делая меч похожим на газовую горелку, и тогда Лера отстранялась, прищуривая глаза за стеклами очков. В ее голове понемногу менялся план действий, корректируясь в свете новых данных, формировались и откладывались в памяти новые вопросы клиенту, а еще надо было подготовиться к визиту в гарем и посетить прекрасных наложниц. Черт, еще и в зверинец надо!
В этот момент особенно сильно полыхнуло синим пламенем, так что у советника рука соскользнула с магического шара, а сам шар упал на пол и закатился под кресло у стены. Неприятно запахло горелым. Советник прошипел проклятье, встал на четвереньки и полез под кресло.
— Эриас, а что вы делаете с этим мечом? — не выдержала Лера, рассматривая оружие и благоразумно не прикасаясь к нему.
— Не вздумайте трогать! — крикнул советник, поднимаясь с шаром в руке.
— Не переживайте, Эриас, я взрослый разумный человек и не имею привычки хватать голыми руками незнакомые магические предметы, — успокаивающе ответила Лера, демонстративно сцепив руки за спиной.
— Я зачаровываю меч Гленвиара, пробую наделить его максимальными дополнительными способностями, усилить каждый его взмах. — Подойдя к центральному окну, Эриас распахнул его, проветривая помещение.
— А-а-а… создать могущественное оружие наподобие того, что когда-то изобрел Зеленый Дракон? «Погибель драконов», да?
— Я не столь самонадеян, чтоб мечтать о подобном, и не считаюсь гением колдовства, — смущенно пробурчал Эриас, заливаясь румянцем и отворачиваясь.
Откашлявшись, он вновь принялся колдовать над мечом. Лера с любопытством придвинулась ближе. Наблюдая, как серебристый кокон магии, повинуясь движениям рук советника, опутывает меч, Лера задумчиво озвучила тот вопрос, что неоднократно возникал у нее в последнее время:
— Магия Гленвиара сейчас очень слаба, а его страну мечтают захватить воинственные соседи, которые уже дважды пытались сделать это — он упоминал вскользь о тех двух войнах, что случились за время его правления. Почему они не напали опять, сразу после смерти невесты Золотого Дракона или даже раньше? Почему не нападают прямо сейчас? Какой им смысл ждать еще полгода?
— Вам не стоит недооценивать Гленвиара, Лера. Да, Золотой Дракон стал магически слабее с годами, но зато умней и опытней, чем в молодости, когда разгромил Изумрудного.
— Первая война была войной с Изумрудным Драконом?
— Да, вскоре как умер прежний повелитель, отец Гленвиара. Я был тогда еще юн, двадцатилетний мальчишка, ученик прошлого придворного колдуна, только-только сдавший экзамен на самостоятельное использование магии. Повелителю было пятьдесят три, но мы считались почти ровесниками. Полагая, что один молодой дракон, еще не обретший крылья, не сможет противостоять полноценному дракону, Изумрудный внезапно, без предупреждения напал на нашу страну. Заключить договор о помощи с Красным Драконом не удалось, так как он в этот момент гостил у Рубиновых в другом полушарии. Подозрительно своевременный отъезд соседа, скажете вы, и я соглашусь. Изумрудный попытался захватить нашу страну, но быстро пообломал клыки о юного наследника: Гленвиар победил его в схватке один на один. — Эриас говорил с явной гордостью. — Спустя пятнадцать лет, когда сила Гленвиара заметно пошла на убыль, а невесты у него так и не было, на страну напали уже с двух сторон: Изумрудный вступил в военный союз с кланом Белых Драконов, заключив помолвку своего новорожденного сына с их дочерью. Белые живут далеко от наших границ, земли им наши без надобности, но они были не прочь поживиться грабежами на захваченной территории и подошли к нашим границам по морю с юга.
— И что? — ахнула Лера, которой клиент не рассказывал таких подробностей о своем героическом прошлом.
— Подавились оба налетчика собственным пламенем, — усмехнулся Эриас. — Глава Белых погиб, Изумрудный был сильно ранен, долго излечивался. После помолвки моего повелителя с дочерью Красного Дракона стоило опасаться и вмешательства в войну клана Красных, так что войны временно приостановились. Изумрудный хорошо усвоил двойной урок, так что сейчас он выжидает. Если повелитель погибнет в день своего столетия, то Красный и Изумрудный схлестнутся на нашей территории…
— Погодите, Красный — отец бывшей невесты Гленвиара: его вы тоже считаете врагом?
— Сейчас — нет, Красный долгие годы дружил с отцом повелителя и надеялся породниться с ним через брак детей. Но если Гленвиар погибнет, то Красному нет резона без боя уступать богатые соседние земли чужому клану. Предположу, что и Синий Дракон не захочет остаться не у дел и нападет на нас с севера.
Эриас продолжил свои манипуляции с мечом и магией, а Лера притянула к себе отложенную советником карту: Золотая страна граничила на западе с землями Изумрудного Дракона, на востоке — с Красной страной, с юга омывалась морем, а воды морей и океанов считались здесь всеобщим достоянием, и по ним свободно можно было перемещаться к границам любых прибрежных государств. За Красной страной шла Оранжевая, а противоположное побережье южного моря занимала Голубая. На севере большой горный массив создавал естественную границу с Синей страной. Собственно, гор на этой планете было множество, их причудливые извивы покрывали темно-коричневыми лентами изрядную часть карты, и большинство сухопутных границ между государствами проходило по горам.
— Как же Гленвиар смог победить сразу двух врагов? — не удержала любопытства Лера. — Да еще практически без магии.
Эриас довольно разулыбался и с ностальгией прищурился.
— О, об этом в двух словах не расскажешь. Если интересно, то вот — почитайте, полюбопытствуйте.
Эриас оставил в покое меч, прошел к одному из столов у окна и вытащил из ящика стопку исписанных листов. Пошуршав ими, он вытащил часть листов и подал их Лере: они были с двух сторон покрыты мелким убористым почерком рукописного текста.
— Мемуары о последней войне, — с показной небрежностью сказал Эриас, и Лера не усомнилась в личности автора этих записок.
— Спасибо! Я аккуратно, — пообещала она.
— Да чего там. Если через полгода Золотая страна сменит свое название, то их никогда не опубликуют: драконы не любят напоминаний о своих прошлых ошибках или неблаговидных поступках.
Последние слова относились, видимо, к Красному Дракону, который во время двух нападений на соседа придерживался позиции «моя хата с краю». Лера бережно сложила листки на край стола и собралась попросить Эриаса проводить ее в гарем. В процессе разглаживания листов ее рука случайно приблизилась к острию меча, и от него потянулась к ней тоненькая серебристая ниточка…
— Ой! — пискнула Лера и отдернула руку.
— Вы все-таки колдунья? — обрадовался Эриас. — У вас в мире многие могут управлять магией или это особенность семейных психологов?
— У нас нет магии, — напомнила Лера, опасливо косясь на меч. — Следовательно, быть колдуньей я не могу.
— Глупости, отсутствие света не связано с самой способностью видеть: как выйдете из темноты, так и сможете рассмотреть что угодно. В вашем мире колдовские способности просто не проявляли себя. Давайте-ка их исследуем.