Ее рвануло вверх, унося высоко-высоко. Зашумели над ее головой могучие гигантские крылья. Рискнув открыть глаза, Лера чуть не ослепла от золотого блеска широких, развернутых над ней полотнищ — крыльев дракона. Морда парящего в небе исполина склонилась к ней, из пасти, утыканной клыками-кинжалами, высунулся длиннющий раздвоенный язык и лизнул ее в нос. Лера чихнула и осмотрелась с опаской.
Под ней проплывали знакомые северные горы, а ее нес в мощных лапах величественный и прекрасный золотой дракон, направляющийся к тем плоскогорьям, на которых они приземлялись давным-давно, когда летали здесь на дельтапланах.
«Обернулся-таки, счастливчик мой!»
От накатившего облегчения приятно кружилась голова, лапки и крылышки устало обвисли, и серебристый дракончик пристроил голову на массивном золотом браслете, опоясывавшем мощную лапу его старшего родственника по расе, и наслаждался сказочно красивыми видами осенних гор: пестрыми коврами низин и искрящимися снегами верховий. Радость бурлила в ней, как горный поток, и приливающая от нее магия быстро изгоняла из тела усталость.
«Удобно быть драконом. Особенно когда счастлив», — довольно думала Лера, приветствуя вернувшуюся в тельце бодрость.
Золотой дракон пошел на снижение и аккуратно опустил мелкого дракончика на багряно-оранжевый ковер из листьев. Перекатил его вперед, поближе к морде, и с довольным урчанием принялся вылизывать, как кошка-мать любимого котенка. Серебряный дракончик пищал от восторга и удовольствия, внутренний зверь Леры бесцеремонно потеснил человеческую сущность, вовсю наслаждаясь тем, что его ласково гладят, лижут, нежно треплют и игриво подпихивают носом. Дракончик отвечал тем же, тыкаясь мордочкой в монструозную пасть обретенного могучего защитника и смело проводя по золотой чешуе шершавым язычком. Если бы у этой сцены были посторонние наблюдатели, они бы умилились, сочтя, что это мать-драконица отыскала свое потерянное дитя.
Но первый восторг от встречи потихоньку притупился, и в обоих драконах громче заговорила человеческая ипостась. Золотой дракон окутался дымкой магии, миг — и перед Лерой стоит жутко злой обнаженный мужчина, уперший руки в бока и явно нацеленный на выяснение отношений. Лера посмотрела на прекрасного полубога, в глазах которого пылало горячее желание… немедленно придушить, и попятилась, заискивающе метя хвостом по камням и втягивая голову в плечи.
— Ты ослушалась моего приказа! Дважды! Нет, трижды! Тебе что было велено?! Из моих комнат не выходить! Никаким драконам не доверять! Согласия на перенос не давать!
Теперь Леру ухватили за холку совсем не ласково и хорошенько встряхнули, так что зубы клацнули.
— Я лечу к ней, жду, надеюсь, а она…!!! А она ускакала с подлым Красным Драконом, даже не спросив, даже не выяснив, не поговорив…!!! Как ты могла, Лер-р-р-ра?! Ты меня не просто с ума свела, ты мне всю душу вынула и в клочья разорвала!
— А-амалия… по-помолвка… — выдвинула встречные претензии Лера. Она еле выговорила эти слова, чуть не откусив себе язык при этом, ведь трясли ее безжалостно, как нашкодившего щенка.
— Какая, к чертям, Амалия?! Какая помолвка?! Лера, я всегда считал тебя исключительно умной женщиной, но ты… ты — дурочка, Лера!
Дракон шипел и плевался ядом, долго рассказывая Лере о ее скудных умственных способностях, ужасном характере и слишком вольном воспитании. Внимая его тираде, Лера почувствовала, как у нее сворачиваются трубочкой уши. Действительно, очень удобная опция для семейной жизни!
К счастью, даже доведенный до белого каления человек рано или поздно выпускает весь пар. Мужчины вообще вполне успешно самоуспокаиваются фразой «Это ты сама во всем виновата!». Лера покорно покивала головой, подтверждая эту мировую истину, и ее наконец опустили на землю. Гленвиар уселся рядом, притянул к себе голову серебряного дракончика и принялся поглаживать и почесывать за ушами, умиротворяя и себя, и свою женщину.
Теперь они смогли поговорить спокойно и прояснили все до конца: что думал и что делал Гленвиар, как он обернулся драконом, вылечил и спрятал Алешу, как жил после ее «гибели», как выяснил, что первое покушение на нее в горах было тоже организовано Красным Драконом, мечтавшим захватить «ничейную территорию» после гибели соседа. Рассказал, что шпионы Красного своевременно доложили своему повелителю, что в больницу доставлен мальчик — сын иномирной колдуньи. Да, Красный отлично знал, что Алеши в комнате нет, когда дожидался Леру у порога.
Лера поведала о том, как ее встретили в Красной стране Красный Дракон с доченькой, как она очнулась уже мелким дракончиком, долго не могла ничего вспомнить, а потом пробиралась к нему.
— Илия жива… вот оно как… — нахмурился Гленвиар, и Лера прекрасно поняла его чувства: крайне неприятно узнать, что твоя невеста дала ложное согласие на свадьбу, заставила тебя ждать ее двадцать пять лет, теряя время и лишаясь возможности посвататься к другой, а потом инсценировала свою смерть, сознательно обрекая тебя на самосожжение.
И все это ради кольца-артефакта, дающего возможность украсть древнейшее оружие массового уничтожения драконов!
— Надо поменять табличку на урне с прахом в родовой усыпальнице, — сказал Гленвиар. — Выяснить, кто этот погибший герой, посмевший защищать тебя перед Красным, и начертать его имя вместо твоего.
— Да, пожалуйста.
Лера поежилась, представив себе могильную плиту с собственным именем. Гленвиар «ее» в родовой усыпальнице захоронил, надо же…
— Никогда впредь не нарушай моих прямых указаний! — рыкнул Гленвиар напоследок. — Подумай, если бы ты дождалась меня в спальне, то ничего этого бы не случилось! Ты бы уже на следующее утро обняла здорового сына и летала бы на моей спине, а не мучилась, умирая от яда в чужой стране.
— Если бы ты рассказал мне о своих намерениях «ловить на живца», то дождалась бы, — проворчала Лера.
— Ты должна мне верить без всяких объяснений! Если твои глаза говорят тебе, что я тебя предал, — не верь своим глазам! Если твои уши сообщают тебе, что я тебя предал, — не верь своим ушам, иначе какая же это любовь?
— Буду верить, — пообещала пристыженная Лера.
— Клянешься всегда слушаться моих приказов?
— Да-да! — поспешила успокоить своего мужчину опытный психолог.
Над ее головой промелькнула молния, зародив в Лере нехорошее подозрение…
— Что это было? — спросила она.
— Магическая клятва, которую невозможно нарушить, — удовлетворенно ответил невозможно довольный драконище, поглаживая золотой браслет на руке, который, как и его владелец, заметно уменьшился в габаритах.
— У-у-у!!! — взвыла Лера, сообразив, как сильно она попала. — Ах ты… Как был у тебя препаршивый характер, так он препаршивым и остался!
— Фи, как невежливо ты говоришь с клиентом, — хохотнул Гленвиар.
— Хорошо, скажу иначе: дорогой, время над тобой не властно!
— Не переживай слишком сильно, приказы я буду отдавать только в случаях, опасных для жизни, клянусь, — смеялся Гленвиар и вертел в руках серебряного дракончика, любуясь блеском чешуи и восторженно поглаживая тонкие крылышки.
«Ишь какой счастливый сидит, магия прям из ушей хлещет!» — фыркала Лера, вытягивая шею, чтобы и там почесал. Она изящно изогнула спинку, взмахнула крыльями, грациозно повела хвостом…
— Красавица! — одобрил Гленвиар. — Ты пойдешь за меня замуж.
Это был не вопрос и не предложение — это была констатация факта.
— Как твой личный психолог, очень рекомендую изменить форму предложения руки и сердца, — ворчливо ответила Лера.
— Разве его форма влияет на ответ? — вздернулись вверх ровные стрелки смоляных бровей.
— Не влияет, — признала Лера, — но ты помнишь, что драконам солгать невозможно? Что я потом расскажу детям о нашей помолвке? Что их папочка устроил мне немилосердную трепку, а потом, не спросив моего согласия и не сказав ни единого ласкового слова, оттащил меня за шкирку в храм? Боюсь, после подобных откровений мамы у наших детей будут большие проблемы со сватовством.
Гленвиар просиял от слов о детях, потом поморщился, закатил глаза, пробубнил что-то невнятное, глубоко вздохнул и сказал:
— Лерочка, заноза моя невыносимая, ты согласна стать моей женой? Мне так чертовски плохо было без тебя, что лучше уж выйди за меня замуж. Тебе тоже легче станет: давление магической ауры страны пройдет после брачного обряда. И вообще, у нас был уговор на счастье в браке, так что вперед — выполняй взятые на себя обязательства. И да, предупреждаю: ни с какой другой я счастлив не буду точно!
— Уже лучше, но шантаж из предложения стоит исключить, — повредничала Лера.
— Ты обязательно укажи на этот пункт Алеше, когда он вздумает к кому-нибудь посвататься, — усмехнулся Гленвиар. — Пора завершить ритуал столетия и явиться народу: мне полагается показаться на дворцовой площади до заката солнца.
Он поднялся, и Лера возмущенно и ревниво спросила:
— Ты в таком виде собираешься являться народу?! Где твоя одежда?
На нее взглянули удивленно:
— Габариты дракона, если ты заметила, гораздо больше размеров человека, так что вся моя одежда рваными лохмотьями лежит на дне пропасти. А прилететь ко дворцу я должен в драконьей ипостаси, это после брачного ритуала в человеческом образе порталами на площадь возвращаются.
Исполинский Золотой Дракон осторожно обхватил огромными лапищами маленького серебряного дракончика и с быстротой истребителя помчался на юго-восток, к столице.
Когда красное заходящее солнце заслонили широкие крылья, в столице поднялась паника. Пикирующий из поднебесья могучий дракон переполошил население, пока кто-то не заметил, что дракон-то золотой, а значит — свой, собственный.
— Повелитель вернулся!!! — раздался истошный вопль тысяч голосов, и народ повалил на улицы, смотря в небо, заслоняя глаза ладонями от слепящего блеска золотой громады, парящей над городом.
Столпотворение и шум начались невероятные. Из дворца высыпали взбудораженные советники, выстроившись шеренгой, чтобы встретить своего правителя как полагается. Беско