— Ну, мы скоро идём?
— То есть ты действительно хочешь предстать таким перед матерью? — намеренно или нет, но Нацу попала по болевой точке.
— Проходи, — Неджи пригласил её в дом, а сам направился в душ.
Холодная вода не только смывала грязь, но и бодрила тело. После сменил одежду на чистую, а грязную кинул к остальному белью, что нуждалось в скорой стирке. Там такого уже накопился целый ящик, и не только его, но и одежды матери. Хьюга с силой пнул контейнер. Стирала обычно мама. Обычно Неджи не лез в такое и просто ждал её возвращения. Одежды хватало, потому экстренно стирать её не было нужды. Так как сушить голову времени особо не было, он перевязал мокрые волосы в хвост и вернулся на кухню. А там Нацу слегка прибралась, ожидая Неджи. Посуда со стола убрана, в раковине её тоже не было, да и осколков на полу тоже.
— Вот теперь значительно лучше.
Путь до главного поместья в восприятии Неджи прошёл крайне быстро. Он буквально только вышел из дома и, словно по щелчку, оказался во дворе. Выпал из реальности. Ноги сами его несли. Нацу, вроде как пыталась с ним говорить, но он её не слышал.
В главном холле, в котором справляли четырёхлетие Хинаты и который Хиаши обычно использовал как зал для тренировок, сейчас было многолюдно. По центру стоял постамент с шестью гробами, вокруг которого они и толпились. Один из них больше остальных. По спине Неджи пробежал холодок, шаги стали тяжелее.
В самом крупном лежал Инузука вместе со своим псом, рядом с ним Хьюга узнал шиноби из клана Абураме, а левый крайний гроб был его матери. Она лежала там, белолицая от макияжа и грима, который, видимо, нанесли для того, чтобы скрыть увечья и ссадины. Одежда закрывала практически всё тело, даже доходила до горла, а букетик из цветов за собой прятал ладони. Какие-то белые, в названиях Неджи не разбирался, но очень похожие на те, с которыми они в последний раз навещали отца.
Генин замер, рассматривая мать. Лёгкие, казалось, сковало. Дышать стало тяжело. В груди начало ныть, а в горле — драть, но нельзя было давать слабину у всех на виду, потому пробежался взглядом по трём оставшимся гробам. Там лежало трое незнакомых мужчин, видимо погибшие анбушники. Неджи поднял глаза, у дальней стены стоял Хиаши, вместе с прочими старейшинами клана, третий Хокаге дымивший своей трубкой, несколько представителей кланов Абураме и Инузука, Хьюга, которого Хиаши отправил на ту миссию и шиноби АНБУ с маской какой-то хищной птицы. Он тоже был один из участников, получалось, что выживший.
Нацу, которая привела Неджи сюда, поблизости не было, но раз Хиаши его звал, то он должен был подойти. Стоило Хьюге чуть приблизиться, как все из собравшихся перевели на него взгляд, но Неджи вместо того, чтобы смутиться, напротив, почувствовал себя лишь увереннее.
— Хирузен-сама, — генин сначала поздоровался с Хокаге. — Хиаши-сама, — а только после с дядей. Остальных он проигнорировал. — Вы меня звали.
— Да, Неджи, звал, — только и сказал Хиаши.
— Неджи-кун, — взял слово Хокаге. — Прими мои соболезнования. Сегодня траур не только для тебя и всего Скрытого Листа, но и для меня. Все шиноби Конохагакуре мне как дети. Да, моя потеря не так велика, как твоя, но… — Неджи подготовился к долгой тираде. — Надо учиться с этим жить. Быть шиноби — это не только почётно, но и опасно, — никто не смел перебить речь Хирузена. — Каждый раз ты рискуешь не вернуться домой. Но погибшие сегодня — герои, ведь они всё же сумели выполнить поставленную задачу и смогли спасти жизнь товарищам. Да, твоя мать погибла, но Воля Огня, что она несла в себе, никуда не делась, и ты можешь продолжать вести то, что делала она — самоотверженно отдавать всю себя селению, — Хокаге закончил, а Неджи только кивнул. Всё же умел Хирузен говорить, да так, что Неджи и добавить было нечего.
— Неджи, где бы ты хотел, чтобы похоронили твою мать, на клановом кладбище рядом с Хизаши, или на кладбище Листа с командой? — спросил Хиаши, выждав небольшую паузу.
— Мы уже это обсудили, — встрял в разговор дед. Его Неджи даже взглядом не наградил. — Захоронения нашего клана не место для… — но не закончил.
— Разве мой голос что-то решает?
— Да, — последовал краткий ответ.
— С отцом конечно же.
— Не будет такого! — один из старейшин начал возмущаться.
— Пока я глава клана, — Хиаши чуть повысил голос. — Последнее слово всегда за мной. Как пожелаешь, Неджи. Вечером будет захоронение.
— Всё? — генин сжал кулаки до треска в бинтах. Теперь такая банальность, как захоронение супругов в одном месте воспринималось как подачка. Брошенная дворняге кость, чтобы та не лаяла.
— Да, — кратко ответил Хиаши. Неджи развернулся и неспешно вернулся гробу.
— Способный мальчик, — за спиной раздался голос Третьего. Генин оборачиваться и прислушиваться не стал, а лишь окинул ещё раз взглядом собравшихся шиноби. Были как и знакомые лица, так и люди, которых он до этого видел впервые. А у шиноби память была хорошая, мозг, простимулированный чакрой, поражал своими способностями.
Но вот кого Неджи точно не ожидал увидеть, так это Кабуто. Он затесался в толпе людей и молча пялился на гробы, а затем, заметив Хьюгу, кивнул ему и поправил очки. Неджи кивнул в ответ.
— Неджи-кун, — подошёл генин-медик поближе, а сам Хьюга уже подготовился слушать пустые и ничего не значащие слова о скорби. — Твоя мать была достойным шиноби и медиком.
— Откуда вы знакомы? — дурацкий вопрос конечно. Он ведь тоже медик.
— Последнее время она часто лекции посещала, — и Неджи оказался прав. — Ирьенинам зачастую тяжело повышать свой ранг шиноби. Для большинства чунин — потолок. Такие шиноби, как Сенджу Цунаде — исключение, равняясь на которых будешь ощущать только опустошение, — Кабуто выдохнул и замолчал. — А твоя мать настоящий пример, показывающий, чего можно достичь. Ориентир.
— Спасибо, — приятно было слышать подобное, да и выглядело искренне. — У тебя обязательно получится сдать на чунина в следующий раз!
— Как получится, — Кабуто вновь поправил очки и чуть тише добавил: — Если между нами. В Госпитале говорили, что команда Анбу сопровождения была не полная, потому и потери. Но я этому не верю, всё же целью оказался джонин, причём боевик, а это настоящие монстры, — он замолчал, глядя на реакцию Неджи, но Хьюга продолжал держать каменное лицо. — Пока, Неджи-кун, не буду тебя отвлекать.
— Пока, Кабуто-кун, — сказал Хьюга в след, а затем похмурнел, погрузившись в свои мысли. Было велико желание обернуться, но люди, чувствуют, когда на них смотрят, а шиноби тем более. Это определённо ложь и жёлтые слухи. Хокаге не стал бы отправлять не подготовленную команду на миссию. В чём смысл?
Неджи выдохнул. Сейчас было только утро, а похороны будут только вечером. Как бы ни хотелось просто сесть и ждать — он просто потеряет слишком много времени, которое можно было потратить на тренировки. Хьюга уверенным шагом покинул главное поместье клана.
***
Церемония прошла спокойно и буднично. Из неожиданного — сокомандники Неджи узнали о произошедшем и тоже на ней присутствовали. Без лишних слов, просто присутствовали. Гай перенёс командный сбор на ещё один день, дав Хьюге собраться с мыслями, но не больше. Всё же он считал, что действие лучше, чем рефлексия, а тренировки — лучше вдвойне, потому Неджи уже морально готовился к тому, что их нагрузки увеличатся ещё больше.
Неджи продолжал отрабатывать Вакуумную Ладонь. Прогресс воодушевлял, но все равно, этого было мало. У Хиаши техника выходила мощнее. Активированный Бьякуган заметил гостей раньше, чем сам Неджи услышал шаги. Вечно ему не давали спокойно потренироваться. Это была Нацу, сопровождавшая Ханаби. Хьюга особо не контактировал со своей младшей кузиной. И рядом маячил их хрыч-хвостик из главной ветви.
— Неджи-кун, — звонкий голос Ханаби наполнил округу. — Давай проведём спарринг, — и с вызовом посмотрела на Неджи.
— А? — генин непонимающе посмотрел на девочку.
— Отец говорил, что Хината защищается лучше, чем я, потому что спаррингуется с тобой! — девушка начала складывать печати для активации Бьякугана, а после встала в боевую стойку.
Неджи слегка опешил от такого представления и перевёл взгляд на Нацу. Та стояла, сдерживая улыбку, а вот хрыч сжал зубы с такой силой, что слышен был их хруст.
— Ну хорошо, — Неджи уже давно не нужно было складывать печатей. Небольшое усилие — и он готов к бою.
Ханаби сократила дистанцию, оказавшись довольно вплотную к Неджи. Резвое начало, но он двигался быстрее в её возрасте. Она во всю пользовалась своим низким ростом и свой первый удар направила в область бедра. Генин спокойно отразил её выпад. Уверенно и буднично, разила прямо по тенкецу. Гулкий хлопок отражённого удара наполнил округу. Про Ханаби он слышал, что она не уступала сестре, будучи гораздо младше, потому он начал с того темпа, который держал в спаррингах с Хинатой. Шаг навстречу и ответный удар выбили излишнюю прыть из девочки. Она успела среагировать, но разница в весе и силе делали своё дело — даже лёгкий удар Неджи чуть не опрокинул её, выбив из равновесия, и заставил разорвать дистанцию. Даже прибегать к Мягкому Кулаку не нужно.
— В следующий раз оклематься не дам, — прокомментировал Неджи и вернулся в исходное положение.
Новый раунд начался. Хиаши был прав, Ханаби защищалась хуже сестры. Точнее… Она не готова к ответным ударам и натиску. Видимо, она в основном сражалась с плюс минус равными соперниками, хоть те и были старше. Потому Неджи начал атаковать её, осыпая градом ударов и не позволяя продохнуть, чуть сбавив первоначальный темп. Ханаби сначала было тяжело, она справлялась с трудом, но схватывала всё на лету и вскоре начала привыкать к темпу, пропуская удары исключительно по рукам. Либо умом, либо инстинктами понимая, что удар по рукам менее опасен, чем удар по телу. Ну, или это так действовали вбитые рефлексы.
Потом Неджи начал специально подставляться и создавать бреши для контратак, которыми Ханаби, в отличии от Хинаты, с радостью пользовалась. Ей не нужно было делать особого предложения, чтобы нанести удар. Была возможность — она его делала не раздумывая, ловушка там или нет, и быстро входила в раж, из-за чего забывалась и пропускала удары. И вот Ханаби, начав выдыхаться, окончательно перестала справляться с заданным ритмом и сдалась.