— Сам-то откуда про такое знаешь? Ты же мелкий еще, — передразнивает меня продавщица.
— Не мелкий, а перспективный молодой человек, запомни это, милая мая, — поправляю я ее солидным голосом.
Ирина с Людой долго смеются, глядя, как я важно говорю и надулся, как напыщенный индюк.
Смеются — и хорошо, смех продлевает жизнь, мне с ними тоже весело, я рассчитываю еще поработать здесь, как следует.
— Есть четыре флота в нашей стране и еще Каспийская флотилия, туда тебе попасть не грозит. На Каспие нет подводных лодок и какой-то инфраструктуры для них. Хотя, теплый климат, много мяса и фруктов — неплохое место для жизни.
— На Балтике все неплохо, цивилизация присутствует, культура тоже, только платят офицерам обычную зарплату, на нее не разгуляешься совсем. Те же двести пятьдесят рублей.
— А почему они тогда из ресторанов не вылезают и гуляют? — перебивает меня Люда.
А, вот откуда ветер дует!
— Так это холостые, они и гуляют на все деньги, их на корабле или в экипаже кормят, форму бесплатно выдают, что им еще делать? Получают не больше обычного квалифицированного рабочего, опять же, ночлег, форма и пропитание от государства имеется. Просто, такая затянувшаяся молодость получается. Пока какая-то девушка не сделает его человеком, не родит ему детей и не станет отбирать всю получку.
— Где-нибудь в Севастополе или Балаклаве по деньгам так же немного, климат отличный, для счастья хватит и моря с пляжем. С жильем все трудно, неустроенно, зато весело, однако, работать и там придется. Как я понимаю, выучило вас государство на продавцов, вот и там придется работать по диплому или плюнуть на него и работать, где придется.
— На Тихом океане, в том же Владивостоке, все примерно так же, цивилизации поменьше, климат хороший, с жильем проблема, с деньгами все так же выходит.
— На Камчатке — хрен улетишь и хрен доберешься, полное отсутствие всего, зато, экзотичная природа и денег побольше.
— И, наконец, на нашем Крайнем Севере, платят хорошо, сразу почти рублей четыреста пятьдесят, через четыре года уже под шестьсот. Однако, поселки подводников — все разваливается, построено еще в пятидесятые годы, климат очень тяжелый, мерзлота, отсутствие солнца, авитаминоз, морозы под сорок градусов с ветром, да таким, что собаки летают.
— Как летают? — удивляется Ира.
— Вот так, просто садятся особым образом и их ветер поднимает над землей. Поселок Видяево так и называется — Страна Летающих Собак. Как вьюга, так выходить из дома можно только по натянутым веревкам от подъезда, а они там постоянно. В общем, на Севере станешь постоянно вспоминать Ленинград, как какое-то место постоянного счастья и солнца, — смеюсь я.
— Делать там нечего. На работу не устроиться жене молодого лейтенанта в маленьком гарнизоне, все места блатными заняты, муж первый год будет осваивать лодку, пропадать на службе постоянно. Из человеческих радостей — это пойти в гости к кому-то из соседок по раздолбанному дому и выпить вволю разбавленного технического спирта с другими офицерами и мичманами, этого там хватает. Ну и когда уезжаешь в отпуск — счастья полные трусы, — заканчиваю я рассказ.
— Откуда ты все это знаешь, да еще про все места? — снова меня спрашивают.
— Так у нас в городе Центр подготовки подводников, ребята со мной учились отовсюду, они и рассказали, — мне есть чем объяснить все свои знания.
Потом я долго, до восьми часов, перебираю овощи, свеклу и морковь, такое задание мне выдала Софья Абрамовна, после проверки трудов моих у нас с ней состоялся серьезный разговор.
Глянув мое свидетельство о рождении и справку из путяги, она что-то прикинула и решила так:
— Так, оформить тебя до совершеннолетия не могу официально. Хочу поменять одного грузчика, он уже совсем спился, придется подождать с увольнением до Нового года. Второй тоже бухает, однако, до восьми вечера еще держится на ногах. Приходи пока после трех часов, после обеда, два дня через два. Если какая проверка, говори, что ты помогаешь старшей сестре. Поговори с кем-то из девчонок, кто из них будет твоей сестрой. Платить буду два рубля за смену, — тут она явно решила на мне сэкономить, насколько я знаю предварительные расклады.
Зарплата у грузчиков рублей восемьдесят, плюс еще заведующая обычно им половину этой суммы доплачивает за хорошую работу, то есть, рублей сто двадцать получает не хороший, а нормальный работник. Шестьдесят рублей за полсмены — это примерно четыре рубля в день, а тут всего два предлагают.
Ладно, какое-то время я могу потерпеть. Пока совсем не впишусь в тему и не получу паспорт, однако, два рубля — это совсем издевательски звучит, поэтому я торгуюсь:
— Прошу прощения, Софья Абрамовна, мне для жизни требуется три рубля за смену, у меня все посчитано, — твердо говорю я директору.
Спорить она не стала, только заметила, что работать мне придется много.
— Работы не боюсь! — заверил я женщину.
И мы договорились на этих предварительных условиях.
Снимая халат и собираясь бежать на метро, я весело спрашиваю продавщиц:
— Так, девушки! Кто из вас моя старшая сестра теперь? Решайте между собой побыстрее. Я скоро с общаги собираюсь съезжать!
Глава 14УСТРАИВАЮСЬ В БОЛЬШОМ ГОРОДЕ
В этот раз приехал к десяти вечера, на пункте пропуска в общагу сидит знакомая женщина, однако, и она недовольно качает головой:
— Игорек! Завязывай так опаздывать! На тебя Клава составила докладную начальству, теперь еще раз приедешь после девяти вечера и все, потеряешь общежитие. Если наткнешься именно на нее.
Ну, тоже мне новость, понятно, что я себя веду несоразмерно возрасту, нарушаю распорядок прохода в общагу для несовершеннолетних довольно грубо.
В подписанных мной правилах проживания в общежитии есть пункт о неоднократном нарушении режима посещения общежития, там однозначно сказано, что за этим последует потеря выделенного койко-места.
Неоднократно — это значит два раза.
Привык уже к своему статусу помощника и монтера, снимаю с плеч коменданта и местных работяг много проблем с размещением новичков, только, одна простая тетка-вахтер может мне доставить много горя, ибо, я не иду со всеми в ногу.
То есть, могла бы, однако, я могу и дома пока пожить, только, гораздо правильнее будет найти себе новое жилье.
Тратить шесть часов на дорогу туда-обратно слишком расточительно для меня сейчас, лучше осваиваться в новой жизни и дела делать потихоньку. Музыку ту же писать или еще что придумать.
Олег уже присмотрел себе какую-то родственную ему по душам девчонку, пропадает теперь частенько в ее комнате, третий парень на всех обиделся и лежит уже в нашей комнате с недовольным видом.
Вот так, кто-то двигается вперед по жизни, кто-то остается в аутсайдерах по неправильным жизненным позициям и недостатку воспитания с предрассудительным поведением в глазах девчонок.
Утром я снова еду в училище, уже надеясь, что это одно из последних моих таких путешествий. После обеда нам торжественно вручают в группе билеты учащегося, забирая обратно выданные справки и я облегченно вздыхаю.
Теперь задача-минимум выполнена, проезд у меня на общественном и пригородном транспорте бесплатен почти на целый год, да и статус мой четко определен для всех проверяющих.
После трех пар и обеда с полдником я прихожу к теперь своему магазину, сегодня здесь другая пара продавщиц, более взрослых женщин, другой администратор и даже грузчик другой.
Взрослый такой мужик помятого вида сидит на стуле за прилавком, курит папиросу и читает газеты, на меня внимания не обращает, как и сами продавщицы. Атмосфера в магазине немного другая, более неприветливая, как я отчетливо чувствую кожей.
Я выхожу из магазина, глядящего немытыми уже много времени стеклами на улицу и как раз у относительно нового кирпичного дома вижу пару старушек.
Одна из них только что вышла из магазина, где попрощалась со всеми на прощанье, даже продавщицы кивнули ей в след. Направилась как раз в сторону интересующего меня дома с отдельными, в основном квартирами, поэтому я и замер, ожидая, куда она зайдет.
Раз уж я пристроился в этот овощной, искать жилье мне лучше рядом с местом работы. Потенциальные арендодатели должны знать, что я не какой-нибудь хулиган и подозрительные субъект, а работаю у всех на глазах и про меня можно спросить у знакомых уже продавщиц. То есть, проверить мою репутацию сразу же, не отходя далеко от дома, а это имеет большое значение для людей, которые подумают пустить тебя на свою жилплощадь.
Опять же, свой человек в магазине никому не помешает, пусть даже и в овощном.
Одна из бабуль вышла из дворового проезда, вторая идет в него, вот они встретиись и пока общаются, самое время обратиться к ним с интересующим меня вопросом.
Поэтому я подхожу к ним и с самой обаятельной улыбкой делаю первый заброс:
— Будьте добры, скажите пожалуйста, может ли кто-то из ваших знакомых сдать комнату на время или постоянно молодому приличному человеку?
Бабушки ошарашенно молчат, и я добавляю:
— Это мне требуется жилье! — и сразу же ссылка на работу в магазине, — Устраиваюсь в ваш овощной работать, поэтому ищу жилье поближе с местом работы.
Киваю именно в сторону магазина, мол, прошу любить и жаловать.
Одна бабуля, та быстрее справилась с удивлением:
— А кем ты там будешь работать? Вместо Васьки что ли?
— Как раз с ним вместе, на полсмены. Буду подменять товарища, когда у него силы закончатся.
— Да они у него уже с утра заканчиваются, у пьяницы этого! — выносит ему приговор бабуля и вторая согласно кивает головой.
— И с Софкой договорился? — интересный вопрос.
— С Софьей Абрамовной? Договорился, конечно.
— Ну, кому она Софья Абрамовна, а нам просто — Софка, мы ее тут с молодости помним, как она продавщицей сюда пришла, — вступает в разговор вторая бабуля, приятная такая и интеллигентная пожилая женщина лет шестидесяти пяти.