Хорошо, что парни пока ждут меня все так же вдвоем, рассчитывая обойтись без помощников и поделить самостоятельно все, что удастся с меня снять. Все же их двое, они на своей территории, рядом есть кого позвать на помощь, если что, а я не внушаю им никаких опасений своим внешним скромным видом.
Придется решать вопрос прямо сейчас, сначала попробую на кулаках разобраться, отвешу каждому из парней по челюсти и ходу отсюда. Проверенной гайки у меня с собой нет, к сожалению, однако, я не с голыми руками в город приперся, к такой встрече с местными отчасти готов.
Дорогу назад я помню примерно, до плотины пара километров шоссе, я достаточно далеко забрался в район Механического завода и мне бы поскорее выбраться от этих служебных полубараков до основной дороги, с которой я поверну на плотину.
Я немного расстегиваю сумку на боку, выдвигаю конец дубинки из-за молнии, подхватываю велосипед и везу его в калитку. Делать здесь больше нечего, судя по показной негостеприимности подруги, опасающейся чужих глаз и сплетен.
За калиткой один из парней сразу же прихватывает рукой руль велика и не дает мне выкатить его полностью из двора.
— Ты кто такой? — этот борзый вопрос с приблатненной интонацией не застает меня врасплох.
Парни заняли позиции с двух сторон от калитки, так я попадаю под удар сзади в любом случае, как я не повернусь. Если попробую протолкаться дальше.
— Человек божий, обшит кожей, — вполне правильно отвечаю я, оставляю велик в руках схватившего его парня повыше справа и тщательно примерившись, бью кулаком в подбородок второго, стоящего со своей стороны слева от меня.
Парни, наверняка, собирались загрузить меня моей же неправотой, связанной с появлением около чей-то местной подруги, попробовать взять меня на испуг на языке угроз. Объяснить, как я неправ, что просто появился здесь, пока их двое. Но, ведь скоро подтянется еще несколько местных, тогда разговоры закончатся, а мне придется много с чем расстаться.
И с присущим мне настроением постоянного победителя, это неизбежно, если я начну долгие разговоры.
На местную милицию лучше не рассчитывать, что-то подсказывает мне, что приедет она не скоро, когда все местные ухари разойдутся с добычей по домам, а я останусь сидеть с разбитым носом на бобах перед Катиным забором.
Действовать нужно по законам городских джунглей и бить на опережение, пока местные не ожидают этого от меня.
Поэтому я начинаю первым войну, не ожидавший удара парень закачался и схватился за забор, подставился под еще один хороший слева, после чего упал на колени в состоянии потери равновесия и не особо сильного нокдауна.
— Ах, ты гаденыш! — услышал я справа, второй парень попробовал добраться до меня через раму велосипеда, не дотянулся каким-то достаточно умелым ударом до моей головы и, бросив велик в воротах, обежал его, после чего сразу атаковал меня с ходу, довольно ловко приложился мне по скуле.
Голову я успел убрать в сторону, поэтому крепкий кулак скользнул большей частью мимо и задел плечо.
Видно, что противник тренированный и умеет бить. Понятно, скорее всего, местную секцию бокса усердно посещал и так запросто мне с ним не справиться.
Глава 2ДРАКА И ЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
Да, оставшийся противник — жилистый парень повыше меня на ладонь и примерно моего веса, после полученного мной удара вскользь принял что-то похожее на небрежную боксерскую стойку. Еще махнул пару раз с хорошей скоростью и достаточным умением, не попав по мне, просто обозначая дистанцию, на которую мне лучше не подходить.
Понятно, что что-то парень умеет, забить его за десяток секунд не получится и на меня на мгновение накатила паника, сковывающая руки и ноги безнадежностью начатой лично мной драки.
Может, парни и не полезли бы сами врукопашную, возможно, что я сильно поторопился.
С таким умелым противником мне точно быстро не справиться, его с пары ударов не отправишь на землю, он возможно не уступает мне в драке, вон как руки выкидывает, как бы самому тут не приземлиться. Если он чистый боксер, тогда можно его зацепить за руку или за ногу, завалить на землю и там попробовать забить, однако, лишнего времени на такие процедуры у меня точно нет.
Вскоре второй противник оклемается, да и с тяжелым великом разогнаться у меня не получится, даже поднять его лежащего за раму не выйдет. Сразу же нахватаюсь плюх с занятыми руками, поэтому выход у меня только один — вырубить противника не совсем нечестным путем, с помощью приготовленного заблаговременно для именно такого развития событий постороннего предмета.
Понятно теперь, что, имея боксерское умение в руках одного из парней они совсем не рассчитывали, что я окажусь тоже боксером и смогу оказать серьезное сопротивление. Даже решусь напасть первым и уже вывести на какое-то время из боя более слабого соперника.
Думали, что отвесят мне пару зуботычин и пойдут делить честно снятое добро.
Тем более, и повод законный есть, забравшийся в чужой район мажорчик пристает к чей-то подруге, поэтому подлежит наказанию однозначно.
Еще и москвич, наверняка, таких никто по всей стране не любит, а в этом приволжском городе особенно.
Я тоже из стойки кидаю переднюю руку вперед, приседаю под просвистевшей в ответ двоечкой с обоих рук противника и выпрямляюсь уже ближе к парню, достав его выхваченной одновременно из сумки дубинкой, ее концом сначала по лицу, а именно по носу. А когда он хватается за него, бью уже с удобной дистанции по голове, по самой макушке.
Противник молча валится, уже зажимаю голову, и я искренне благодарен ему за проявленное мужество, за эту тишину. Второй пока еще не пытается встать, но, уже поднял голову и смотрит на меня.
— Не кричит. Глаза еще смотрят в разные стороны. Не поднимает волну мщения от соседей и приятелей, однако, сколько продлится эта благословенная тишина — никто не знает, — а я могу ее самостоятельно продлить немного.
Добавляю ему по голове с ноги, когда возвращаюсь к велику, мне бегущие за мной свидетели во время долгого разгона совсем не требуются, а бить его дубинкой я пока опасаюсь. Хватит и одного такого потерпевшего с рассеченной головой и сломанным, наверняка, носом, лучше не плодить легкие или средней тяжести телесные повреждения без особой на то надобности.
Боксера пришлось жестко вырубать, ему этот растянутый по времени спарринг в удовольствие, в отличии от меня.
Тем более, скоро зрители подтянутся с группой поддержки, а у меня совсем не останется возможности к отступлению без повреждений на лице и материальных потерь с унизительными воспоминаниями на всю жизнь.
Теперь дорога свободна, я не теряю времени, так же, с дубинкой в руке, подхватываю велик и резко стартую, разгоняясь по максимуму. Взлетаю над рамой, боясь промахнуться на адреналине мимо и грохнуться на гравийную дорожку, однако, ничего такого со мной не происходит, теперь я налегаю на педали, разгоняя тяжелый дорожный велосипед.
Вскоре случился поворот за дом, поэтому я не смог оглянуться, чтобы оценить всю картину, оставшуюся позади меня, пришлось рулить изо всех сил.
Кто там уже успел подняться на ноги, много ли крови течет с головы пострадавшего парня — на то, чтобы полюбоваться плодами своих рук времени совсем не остается. Потом я выскочил на асфальтированную дорогу и понесся обратно в центр города, выкладываясь на педалях изо всех сил.
Есть у меня несколько минут или целая четверть часа, пока побитые парни не объявили тревогу, поднимая своих товарищей в погоню. Нужно использовать ее на полную, чтобы скрыться из поля зрения обиженного района города и оторваться от возможного преследования.
А преследовать меня могут на мотоциклах или тех же мопедах, так что, на мускульной тяге я от погони точно не удеру. Не стоит на это и рассчитывать. Когда через десять минут я подлетел к плотине, я уже прикинул, что вот-вот сейчас за мной вслед кто-то может уже заводить мопед или мотоцикл, поэтому времени скрыться с глаз погони у меня не так много, как хотелось бы.
Догонять меня отправятся взрослые парни, если даже не отец или старший брат пострадавшего пацана, поэтому отбиться от них может не получиться совсем.
Добраться до выезда из города нечего и думать, поэтому придется пока прятаться в городе, на родном левом берегу.
Я пронесся по плотине, проскочил шлюз и, немного притормаживая, спустился с путепровода. После завода минеральных вод свернул на пустырь между заводом и первыми частными домами, проехал сотню метров, после чего спрятал велосипед позади густых кустов, сам же занял наблюдательную позицию в них самих, хорошо спрятавшись за ветками.
Как я и рассчитывал, через пять минут мимо пролетел мотоцикл «Минск» на большой скорости с двумя взрослыми парнями, за ним еще пропердел мопед с одним водителем.
За мной это или не за мной — я проверять не стану, лучше дождусь здесь, когда они вернутся.
Если за мной, значит, Катеньку уже сурово спросили, откуда к ней такие нехорошие гости приехали, что бьют сурово по голове мирных ребят.
Впрочем, скорее всего, про это первыми узнали побитые мной парни, когда пришли в себя и принялись стучаться в дверь моей бывшей подружки, чтобы смыть кровь. И чтобы обвинить и ее тоже в случившемся беспределе.
И конечно, чтобы узнать, откуда приехал такой подлец, который не стал биться честно на кулаках с двумя бойцами сразу, а подлым ударом разбил голову одному из парней. И по носу ему досталось неслабо.
Да и второму так же подло добавил ногой, стоящему в состоянии грогги на карачках.
Совсем не джентльмен, оказывается, Катькин хахаль, как надеялись местные.
— Хе, хе. Джентльмены водятся на берегах Миссисипи, а вот на берегах великой русской реки они долго не живут, или живут не очень счастливо, — усмехнулся я про себя, ничуть не раскаиваясь в содеянном.
Выбор оказался простой — или страдать сразу самому, стать реально потерпевшим или бить на поражение и получить возможные проблемы на потом.