Итак, можно выдвинуть версию о голландском происхождении нарезной казнозарядной пищали 1615 г.
Заключение
После Ливонской войны в Российском государстве был взят курс на интенсивное производство артиллерии. В царствование Федора Ивановича отливается большое количество именных и полуторных пищалей – подлинных шедевров литейного искусства. «Царь-пушка», «Скоропея», «Троил», «Аспид», «Свиток», «Лев», «Медведь» и ныне украшают музейные собрания Москвы и Санкт-Петебурга. Жаль, что не уцелели до наших дней «Раномыжская», «Соловей», «Сокол», «Девица» и другие прекрасные образцы русского орудийного производства.
На заключительном этапе Смуты русские крепости практически не имели полноценной артиллерии. Фрагменты описей 1620-х гг. показывают удручающее состояние «городового наряда»: на вооружении крепостей можно встретить «урывки», из которых «стрелять престрашно», «пищали горелые», «пищали вестовые». Кое-где недостаток артиллерии компенсировался мелкокалиберными орудиями «домашнево дела» – коваными «вальконейками» и «затинными пищалями». В то же время в некоторых городах оставались и старые, но вполне годные орудия XV–XVI вв. (часть этих орудий была прислана из Москвы за неимением новых стволов). Так, в архивной описи городов Белгородского разряда 1676/77 гг. можно встретить пищали 1490–1491 гг. (Ливны), 1498–1499 гг. (Мценск и Новосиль), начала XVI в. (Белгород), 1550-х–1560-х гг. (Воронеж)[451]. Интересно, но Смуту пережили многие пищали Каспара Ганусова и Богдана (Васильева) – известных мастеров времен Ивана Грозного. В описях XVII в. упоминаются несколько десятков стволов этих литейщиков.
Бедственное положение артиллерийского вооружения вплоть до 1630-х гг. фиксируют описи того времени в Осколе, Белгороде, Цареве-Борисове, Валуйках, Ельце, Туле, Белой, Новгороде и в других крепостях.
Россия ко времени окончания Смуты фактически лишилась городового наряда. В период гражданской войны и интервенции новые и крупные орудия отправлялись в походы, захватывались неприятелем. Многие стволы из-за интенсивного использования приходили в негодность.
Москва в 1620-х гг. после разорения не могла наладить процесс восстановления огнестрельного наряда в городах. В других городах Московского государства мы видим старые архаичные орудия – тюфяки XV в. с каменными ядрами, семипядные и девятипядные стволы XVI в., сороковые пищали. Эти орудия вполне служили для защиты городских укреплений вплоть до XVIII века.
В 1618–1620-х гг. в русских арсеналах накапливался мелкий и средний наряд, необходимый прежде всего для обороны крепостей. Русские мастера отливали тюфяки, полуторные и полковые орудия. С 1616 по 1627 г. в источниках нет никаких сведений, что за это время было сделано хотя бы одно крупное орудие. Только в 1627 г., через 9 лет после Смуты, были отлиты 30-фунтовая пищаль «Кречет» и 40-фунтовая пищаль «Волк»[452].
После 1630 г. начались масштабные реформы в артиллерии, связанные с подготовкой к будущей войне за Смоленск. Пушечный двор выпускает партии новых полковых и полевых орудий, а в Голландии закупаются осадные пищали. Но реформы правительства Михаила Федоровича в 1630–1640-х гг., продолженные его сыном Алексеем Михайловичем, – это совсем другая тема, к которой автор обратится в перспективе.
Пушки Смуты Бомбардологический справочник русских орудий XV – начала XVII в.
Александровские (Олександровские) пушки Мортиры и бомбарды, отлитые в начале XVI в. иноземным мастером Александро Немчином (очевидно, итальянского происхождения). Известно, что Александро чеканил деньги для Ивана III – нумизматам знакома монета конца XV – начала XVI в. с надписью «мастер Александро». О литейщике упоминается в деле о побеге за рубеж Петра Фрязина в 1538 г. («горазд пушек лить и стрелять…»). «Александровские» мортиры, по-видимому, участвовали в Казанских (1548–1552 гг.) и Полоцком (1563) походах. Они же упоминаются в разрядах Ливонского похода 1577 г. («8 пушек Александровских, ядро по пуду с четью»). «3 пушки олександровских верховых» были перевезены в Белгород в конце XVI в. По описи 1670-х гг. там числились уже не три, а четыре «огнестрельных» орудия, «от стрельбы попорчаны, впредь стрелять из них не мочно, признаки на них: по конец кружал кресты, в клеймах к запалу орлы двоеглавые, подписи на них немецкие». Подпись латиницей – это, скорее всего, автограф мастера Александро, но что было написано, сейчас уже не узнаем. Впрочем, мортиры (в описи 1670-х гг. обозначены как «пищали огнестрельные») описаны кратко: «две пищали в станках, станки окованы железом, мерою по поларшину без трех вершков, по весу адна адинатцать пуд, другая десять пуд без четверти». Другие мортиры были без станков, одна из которых была достаточно крупной: «третья мерою аршина шти вершков, в ней по весу пятьдесят три пуда без пяти гривенок». Несмотря на то что мортира была небоеспособна, к ней имелось в запасе «ядер трехпудовых девяносто ядер, да нарядных оплетеных трех же пудовых восьм ядер». Четвертая мортира была «мерою аршина без четверти, по весу девять пуд дватцать гривенок». Для мортир весом 9–11 пудов имелся комплект снарядов: «дву пудовых четыре ядра, по семнатцать гривенок шестьсот шестьдесят три ядра».
Алексеева литья пищали (пищали Иванова литья Алексеева) Орудия калибром до 6 фунтов (полуторные пищали), отлитые учеником А. Чохова Иваном Алексеевым в царствование Василия Шуйского: «В Алексеевской башне… пищаль русского литья 6 гривенок ядро, длина 4 аршина, на ней к запалу великого государя наименование: «Божиею милостию повелением государя, царя и великого князя Василия Ивановича всеа Руси самодержца зделана сия пищаль полуторная во 2-е лето государства его лета 7116-го, делал Андреев ученик Чохова Ивашко Алексеев».
Алексеева литья пушки и пищали Орудия, отлитые учеником А. Чохова Иваном Алексеевым в царствование Василия Шуйского: «В Алексеевской башне… пищаль русского литья 6 гривенок ядро, длина 4 аршина, на ней к запалу великого государя наименование: «Божиею милостию повелением государя, царя и великого князя Василия Ивановича всеа Руси самодержца зделана сия пищаль полуторная во 2-е лето государства его лета 7116-го, делал Андреев ученик Чохова Ивашко Алексеев».
Аристотелевы пушки, пищали и тюфяки Орудия, отлитые в Москве в 1470–1480-х гг. болонским мастером Аристотелем Фиораванти (Ridolfo Aristotele Fioravanti). Летописи отмечают в походах на Казань в 1482 г. и на Тверь в 1485 г. литейщика Аристотеля «с пушками, и с тюфяки, и с пищальми». Можно предположить, что орудия Аристотеля Фиораванти приняли участие в перестрелке на Угре. Московская летопись тогда отмечает: «И приидоша татарове и начаша стреляти москвичь, а москвичи начаша на них стреляти и пищали пущати и многих побиша татар стрелами и пищалми и отбиша их от брега, и по многы дни приступающе биющеся». Ни одного орудия мастера не сохранилось; в XVI – начале XVII в. орудия итальянца либо были пущены на переплавку, либо захвачены противником.
Аспид В XVI – начале XVII в. имя собственное «Аспид» носили несколько пищалей, часто имевших на стволах барельефное украшение в виде крылатого мифического дракона – «змея крылатого с птичьм носом и двумя хоботами»: 1) «пищаль Аспид, ядро 30 гривенок» в разрядах Ливонского похода 1577 г. По-видимому, орудие было потеряно либо в Ливонскую войну, либо в эпоху Смутного времени, поскольку в русских документах больше не упоминается; 2) осадная пищаль медная весом 370 пудов, отлитая в 1589 г. под руководством А. Чохова. В 1590 г. принимала участие в Ругодивском походе, затем оставлена в Пскове. В документах описана следующим образом: «В первом шатре на площади противо Власьевских ворот пищаль болшая медная Аспид, мерою в длину 2 сажени с аршином и полтора вершка, подпись на ней: «Божиею милостию великий государь царь и великий князь Феодор Иванович всеа Росии, лита в 98-м году», а вылиты у ней у казны и ушей и у дула травы; на ней же вылить змей, а прозванием Аспид, вылил мастер Андрей Чохов, да на ней же вылиты у казны и ушей и у дула обручи гладкие, к ней в онбаре двесте семь ядр, весом и по кружалупо сороку по пяти гривенок ядро». В XVIII в. пищаль была доставлена в Москву. В настоящее время хранится в собрании Музеев Московского кремля (Инв. № Арт-738/1).
Ахдан Название орудия появилось во второй половине XVII в. вследствие неправильного прочтения на стволе имени мастера Богдана 1560-х гг. (см. Богдан). Упоминается в 1678 г. в Старице: «пушка «Ахдан» медная, «Ахдану» пушке 104 ядра железных, весом по пол 3 гривенки, к ней же закатных 120 ядер железных, весом меньше гривенок».
Ахиллес (Царь Ахиллес) Пищаль калибром 23 (или 25) фунтов, вес со станком 626 пудов, отлита в 1616 г. А. Чоховым. Пищаль принимала участие в обороне Москвы 1618 г. Вместе с «Инрогом» и другими крупными орудиями «Царь Ахиллес» в 1633 г. обстреливал укрепления Смоленска («Пищаль Ахиллес, ядро 25 гривенки, на волоку весу в теле 250 пуд, в волоку 176 пуд, под него 42 подводы»), в 1634 г. захвачена поляками и перевезена в Варшаву. Пищаль «Car» (24 фунта) упоминается среди трофейных орудий варшавского арсенала 1649 г. Позже вывезена в г. Эльбинг. В 1703 г. захвачена шведами. Выкуплена в 1723 г. у шведов купцами Ф. Аникеевым и Н. Барсуковым и переправлена в Санкт-Петербург. В настоящее время находится в ВИМАИВиВС (Инв. № 9/126). Дульная и средняя части ствола покрыты переплетающимися литыми стеблями с цветками – подобная орнаментика присутствует на чоховских «волках» 1577, 1579 и 1627 гг. Ближе к дульному срезу справа расположено литое изображение сидящего на троне царя Ахиллеса. Запал расположен в квадратной раковине с крышкой. На стволе орудия (дульная часть) имеется изображение героя древнегреческих мифов – Ахилла (Ахиллеса).
Барс Осадная пищаль 1576/77 гг. калибром ок. 145–148 мм, отлитая А. Чоховым. На казенной части растительный орнамент в виде стилизованных цветов, запальное отверстие без крышки, вылитая поперечная надпись: «Божиею милостию повелениемъ государя, царя и великого князя Ивана Васильевичя всея Руси», на средней части литая поперечная надпись: «Зделана сия пищаль барсъ в лето 7086 делал Ондреи Чохов». На дульной части ближе к дельфинам и цапфам орнаментальный пояс с изображением антропоморфных и растительных мотивов, ближе к дульному срезу орнаментальный пояс из растительных мотивов, с правой стороны вылитая фигурка барса с надписью: «барс». Пищаль участвовала в Ливонской войне. В 1580-х гг. стояла на вооружении Пскова, использовалась при отражении штурма войсками Стефана Батория в 1581 г. («С Похвальского раската из огромной пищали «Барс» ударили по Свиной башне, и не промахнулись, и множество воинов литовских в башне побили»). После 1590 г. «Барс» перевезен в Ивангород. Орудие захвачено шведами в 1612 г. В 1730-х гг. пущено на переплавку.