Пустота в квадрате. Книга 1. Замерзающий кислород — страница 11 из 21

Аккуратно приступил к раскладыванию конструкции, постепенно ослабляя тросы, удерживающие жилой модуль. Даже ничего вроде бы не сломал. Конструкция разложилась, жилой модуль остался пришвартованным. Короче говоря, пока все меня только радовало. Работало же!

А вот что мне не нравилось, так это то, что теперь моей станцией стало практически невозможно управлять, ведь реактивные двигатели были расположены на модулях так, чтобы маневрировать самим объектами по отдельности, тогда, как в связке конструкция получалась громоздкой, и я пока слабо представлял, как я ей вообще смогу управлять или хотя бы разгоняться так, чтобы всю конструкцию при этом не раскручивало.

Возможно удастся решить эту проблему синхронизацией мозгов обоих модулей, да опытным путем настройки. Но все это потом. Пока же я снова отправился в открытый космос монтировать кабели, пока мой жилой модуль окончательно не обесточился и не превратился в глыбу льда.

Выбрался наружу. Теперь от модуля к модулю можно было как по лесенке перелезть всего каких-то метров десять по металлоконструкциям. Это не триста метров по веревочке – уже почти нормально.



Провода – это серьезно, только кажется, что ничего такого сложного. Если провод длиннее метра, то он обязательно перекрутится, запутается, выгнется самым идиотским образом. А уж если провод еще и не один, то это вообще – все, капец. У меня их было два, притом, длинных.

Но я решил не слишком заморачиваться – что есть, то есть. К тому же, проводов было всего лишь только два и больше не было вообще, так, к слову. Так что рвать, гнуть, ломать и по прочему издеваться над этими длинными кусками железа мне было запрещено. Я их даже укорачивать не стал, хоть они оба и были в пару раз длиннее необходимого, чтобы не ошибиться с длиной, да и как перекрепить адекватно штекер на проводе я тоже понятия не имел.

Короче говоря, воткнул штекер силового кабеля в выходную розетку реакторной установки, а штекер телекоммуникационного во внешний штекерный блок технического модуля и полез, раскручивать мотки проводов. Дело простое, но только для электриков. А я электриком, видимо, никогда не был. Мотки пружинили, путались, пытались скинуть меня с лесенки прямо в пучину открытого космоса, но им даже вдвоем не удалось со мной справиться, коротки еще. Я вышел из этой битвы победителем. Похоже у меня получилось, телеметрия во всяком случае говорила в мою пользу.

1.12. Взгляд из ниоткуда

Я уже привык бегать из модуля в модуль через открытый космос и даже осмелел в последнее время. Только вот именно сегодня, когда я был как раз где-то на середине лесенки, по моей спине вдруг инстинктивно пошли мурашки. Я спиной чувствовал, что на меня кто-то смотрит.

В скафандре не очень удобно головой вертеть или резкие движения делать. Вертеть – бесполезно, визор небольшой, а от резких движений не далек час и в открытый космос улететь, если чуть зазеваешься. Так что, когда я не спеша так повернулся, тире – обернулся, никого сзади естественно не было.

Обычно я по старинке предпочитал работать, с фонариком, своими глазами, своими руками, как-то так мне казалось надежнее. Но теперь я включил электронный визор, так, на всякий случай. Вдруг чего глазами не увидел в потемках. Здесь ведь и круговой обзор был реализован. Только и электронное зрение тоже ничего не зафиксировало. Сенсоры скафандра никого не видели и не чувствовали, ни в видимом, ни в тепловом, ни в каком-либо другом спектре. Верно почудилось.

Выключил визор – я так пока к нему и не привык. Своими глазами мне куда приятнее представлялось смотреть, пусть даже очень темно было и я толком кроме того, что у меня под носом в лучах фонаря и не видел. Главное, не теряется чувство дистанции и ощущение реальности. Хотя, в этом месте реальность была все-равно какой-то уж слишком компьютерной, неестественной. Да и визор был достаточно узким, чтобы увидеть много. Лыжную маску с солнцезащитными стеклами наденьте и пойдите в ней ночью гулять, вот прочувствуете мои визуальные ощущения, а еще в уши беруши вставьте, и будете точно, как я сам, мир воспринимать. Ну, а если еще со скалы прыгните в этом наряде, так и в невесомости зависните для полноты картины. Кстати в тонированной лыжной маске и с заткнутыми ушами вам это будет ночью сделать в легкую, никакого страха, что со скалы, что под поезд, как Каренины, даже никакого опиума, как ей не потребуется.

Но вернемся к моим ощущениям того времени. Смотрел я смотрел и вдруг, в какое-то мгновение, мне показалось, что тень мелькнула по небу. Конечно, в черноте космического пространства никаких теней нет и быть не может, это я образно, по человеческому восприятию говорю про тень. Просто на какие-то доли секунды исчезли из поля зрения какие-то звездочки, моргнули что ли, что-то скрыло их на мгновение от меня. Может комета или метеорит какой пролетел, не знаю. Но ведь хотя здесь и достаточно темно и далеко от Солнца, Солнце все же светит. Этот мир не похож на наш земной или околоземный, поэтому, кто его знает, что здесь может быть, а чего не может.



Люди сосредоточились на изучении ближних планет. Здесь же, в районе Пояса Койпера, побывали лишь единицы земных исследовательских аппаратов, да и те опять же были нацелены на крупные объекты, такие как планеты или кометы, но точно не на исследование мелких деталей окружающего мира. Эти детали обычно всегда остаются незамеченными, а в них и есть суть мира. Но для изучения этого важны иные системы восприятия, для этого требуется человеку лично смотреть и воспринимать мир. Техника на такое не способна, ее максимум – это фотография, по которой опять же мы потом идентифицируем действительность.

Тем не менее, для изучения космоса, пока ты на Земле, крайне важна техника. Если бы не «Новые горизонты», мы бы до сих пор не знали толком, как даже выглядит Плутон, да и многие другие важные объекты удаленных уголков Солнечной системы. Людей в этих областях в принципе не было, как и не предвиделось в самых дальних перспективах планирования даже лет на 20-30-50. По сути это не было технической проблемой. Я же вот здесь как-то оказался живой, здоровый, причем на технике, вовсе не приспособленной для полета в такие зверски холодные края!

Может фантазия до сюда и долетала. Фантазия куда дальше долетала, но то была фантазия романтиков, а космосом рулят деньги. Полет сюда был просто экономически не оправдан: слишком большие сроки реализации таких проектов делали их убыточными для мегакорпораций. Что касается государственных интересов, так у правительств вечно и на куда менее затратные дела денег не хватает. Им якобы надо объединяться, а объединяться не получается и так далее, и тому подобное, куча причин и отговорок обычно.

Что до военных – сложно сказать, эти конечно могли бы. Да вообще кто знает, что они в реальности делали или не делали. Может они уже здесь давным-давно и побывали, только нам об этом знать не положено как-то было. Люди в черном рулят. На самом деле, почему «Новые горизонты» именно к Плутону послали? Не к Сатурну, Урану или Нептуну. А точно к Плутону?! Причем снимать те его зоны, в которых оказались самые большие загадки, о которых никто не знал до?! Или знал, но что-то следовало проверить?! А мы почему были не в курсе?! Может нам не договаривали?

Может поэтому так вдруг ни с того, ни с сего Плутон перестал быть планетой, чтобы вы о нем меньше думали? А будущие поколения и в принципе забыли? И о том, что эта единственная двойная планета в нашей системе. Да ведь и так не знали же. Раз не планета, так и знать не положено. Как будто многие знают о существовании крупных планетоидов в той же области космоса, таких как Хаумеа, Макемаке или Эрида, объектов, некоторые из которых даже крупнее Плутона.

А интерстеллар Оумуамуа – может это все же был уничтоженный корабль пришельцев?! Объект мы естественно проморгали. А ведь реально могли его перехватить. Или не проморгали? А нас просто не уведомили? Потом правда сказали, что ничего не успели, а он нам ведь мигал-мигал, говорят случайно семафорил.

Это всего лишь мое отступление в дневниках, а там, снаружи, я чуть от страха не описался прямо в скафандр. Это было бы точно не хорошо, ведь в этих холодных краях его в речке не постираешь и на солнышке не просушишь.

Хорошо еще, что с кабелями я уже покончил и со свободными руками на всех четверых конечностях, как панда, а может быть ленивец, потому что по скорости я все же больше ему соответствовал, наконец, почти до шлюза добрался. Но тут еще, как на зло, мне эти жуткие царапины на глаза попались. Храбрости мне это естественно не сильно добавило.

Кое как сдерживая прогрессирующую дрожь, раза с десятого попадал дрожащим пальцем-сарделькой в нужную кнопку и скорей-скорей в шлюз залез – норка моя.

Разморозка, заполнение кислородом камеры и вот я уже дома снимаю свои доспехи. То еще удобство конечно, а куда деваться? Во-первых, на улице не лето, во-вторых, здесь вам не Стартрек с его телепортом, а старая добрая железная технология почти каменного века.

К слову, вот мне интересно, откуда они на Стартреке еду брали? Этот вопрос все более жестко начинал меня волновать. Тюбики исчезали с полок, как я их не экономил. До урожая гидропоники – тоже, как до Луны было, причем прямо отсюда. Да и не факт, что семена четверть вековой перелет выдержали. Пока и всходов даже не видно было.

Я перескакиваю с темы на тему, но так я писал в дневнике. И заняться ничем, кроме, как писательством у меня не получалось: либо работа, либо дневник с видеоблогом. Так что в дневник попадало все то, о чем я на тот момент думал, но чего не было в видосах. Скажу честно – видосы были скучными, а вот думал я обо всем подряд со всем вместе. Если заняться нечем, кроме, как собой, в голову лезут всякие дурацкие, а может порой даже и гениальные мысли. Но сортировать гениальность от бреда – это уже точно не мое дело. Вам такое право предоставлю.

Пока занят, голова тоже занята, да и есть меньше хочется. Писать, правда, в это время несподручно, рука вилкой занята, да и некогда, голова технической многозадачностью поглощения пищи и думанья тоже не обладает. А потом, если сразу не запишешь, забывается или что-то более актуальное появляется. Так что писать я старался прямо по ситуации, что в голове было на тот момент из мыслей, то и писал. Если не сейчас, то может уже и никогда – правда жизни. Или