Он направился к девушке, которую оставил на попечение Голошкура. Резвый и деятельный ставр нравился Стасу. В какой-то степени он мог ему доверять.
— Элор, ты можешь прочитать?
— Что это? — спросила девушка, принимая свиток.
— Я нашел его у Мортерна. Прочитай.
Элор развернула свиток:
— Это тайное послание Порты. Они предлагают союз против одного из королевств…
Стас широко улыбнулся. Вот и козырь! Хорошо, что не поспешил с гонцом. А сейчас — самое время!
— Спасибо, Элор! — Стас горячо обнял девушку за плечи. — Как ты думаешь: Айрин согласится на мои требования, если…
— Если ты скажешь, что свиток у тебя, и ты отправишь его к врагам Порты… она сделает все!
— Спасибо, Элор! — Стас радостно подмигнул проходившему мимо Голошкуру. — Теперь мы станем действовать!
Стас подошел к сидящим кружком пленникам:
— Кто из вас хорошо бегает?
Аллери переглянулись. Они были напуганы и осторожничали, не зная, чем вызван подобный вопрос.
— Мортерн, ты же знаешь своих людей? Говори. Или устроить состязания?
— Триверн очень вынослив, — сказал посланник, указывая на одного из воинов.
— Выходи! — приказал Стас. Аллери нерешительно вышел. — Идем со мной!
Сопровождаемый ставрами, Стас отвел аллери к обрыву.
— Там, — указал Стас на восток, — находится Ильдорн. Ты сможешь добраться до него?
— Да, — испуганно пролепетал человек. Он думал, его будут убивать.
— Как быстро?
— Не знаю. День или два…
— Слушай меня! Ты отправишься в Ильдорн, — сказал Стас. — Придешь к королеве и расскажешь, что ты здесь видел. Ты скажешь, что посланник Порты Мортерн в наших руках, и его жизнь и жизнь твоих товарищей зависит от ее решения.
Стоящие вокруг ставры молча глядели на пленника, и он сжался под их грозными взглядами.
— Наши требования таковы: Айрин выдаст нам всех, всех — слышишь ты! — всех рабов Ильдорна. Я знаю: их должно быть не менее двухсот. Запоминай! Я даю неделю. Если рабы не будут освобождены и приведены сюда, мы перебьем всех пленных! А если ей все равно, то одного отпустим в Порту, чтобы он рассказал, что королева Айрин могла выкупить посланника, но не стала. А своего гонца с этой бумагой я пошлю к противникам Порты. Знаешь, что в этом свитке? Война! И если он попадет в определенные руки, Порте придется несладко. Ты все хорошо понял?
— Да, — сказал аллери. Похоже, он проникся мыслью о войне Порты с соседями и очень этого не хотел.
— Повтори!
Запинаясь, аллери повторил.
— Отлично. Беги изо всех сил — долго мы ждать не станем! Проводите его до дороги, — распорядился Стас, и гонца потащили вниз.
— Мы будем ждать, — объявил он ставрам. — Думаю, королеве ничего не остается, как отпустить их. Наши братья будут свободны! А потом… Потом мы освободим все кланы!
Ставры зашумели, и Стас пошатнулся от ободрительных хлопков по плечам.
— Вождь, ставры хотят знать: что дальше?
С десяток ставров окружили Стаса, и в их глазах он увидел жажду борьбы. «Эти не успокоятся, пока не изгонят аллери, — подумал он. — Не хочу войны, но сейчас эти парни — те, на кого я могу положиться».
— Соберите всех, — сказал Стас. — Пусть все слышат.
Через пять минут ставры собрались вокруг вождя. Стас ловил на себе взгляды: настороженные и испуганные, горящие и дерзкие, растерянные и яростные. Все ждали его слова.
— Что вам сказать… Это только начало, — Стас волновался. От его слов зависит не только жизнь Элор. Он понимал, что переступил черту, и назад не вернуться. Ставры поверили ему, но начинать войну было страшно. У аллери была военная сила, укрепленный город, метательные машины — у него не было ничего. Лишь кучка отчаянных безрогих и разрозненные, контролируемые продажными шаманами, кланы.
— Это наша первая победа, — сказал он. — Но дальше будет труднее. Каждый из вас должен желать свободы для всех ваших братьев сильнее собственной жизни — только тогда мы победим.
— Ты красиво говоришь, вождь, — крикнул Кривонож. — Просто скажи, что нам делать? Я предлагаю идти на аллери! Мы нападем на их деревни и сожжем их, мы перебьем столько аллери, сколько увидим!
Его поддержали многие, и это не было плохо. Ставры желали действовать. Стас хотел того же. Но не сейчас.
— Что скажешь, вождь?
— Скажу, что аллери окружат и перебьют нас.
Недовольный гул.
— Смотрите сами: у аллери полно оружия — у нас его мало. У них есть город, где они могут спрятаться и откуда может прийти помощь. Наконец, их просто больше. Мы обречены, если нападем на них сейчас.
Стас поймал кураж и говорил все увереннее.
— Ждать и собирать силы — вот что я предлагаю. Только что мы отправили гонца к Айрин с требованием выкупа за пленных. Она должна освободить наших братьев-рабов в Ильдорне. Когда они придут сюда, нас станет вдвое или втрое больше — вот тогда и будем действовать. А пока станем укреплять лагерь — он будет нашей защитой, если аллери вздумают напасть.
— А если Айрин не послушает тебя? — спросил Двупал.
Самый тяжелый вопрос. Он не хотел думать о том, что в этом случае будет с пленными аллери. Но козырь должен сыграть свою роль!
— Послушает, — ответил Стас. — Я уверен. Но мы будем готовиться ко всему. Если Айрин пошлет против нас армию, мы должны быть готовы.
— А может, уйти в лес? — спросил кто-то.
— Нет.
Стас уже думал об этом, и пришел к выводу, что отступать нельзя. Да, в лесах легче спрятаться и уцелеть. Но не победить, а чтобы получить поддержку кланов, необходима победа. Только тогда к нам потянутся, и мы станем реальной силой.
— Нет. Мы не должны прятаться! Так говорил Яробор. Мы должны биться и одолеть аллери в открытом бою. Пусть они нас боятся! Эта гора — прекрасное место. Мы создадим укрепленный лагерь, и если аллери нападут — мы разобьем их!
Громкий клич прервал оратора. Ставры поддержали его так дружно и яростно, что Стас расправил плечи.
— Теперь пусть каждый из вас поклянется в верности. Не мне — друг другу поклянитесь. Нашей цели — сделать ставров свободными!
— Клянемся! Мечедар! Клянемся!
Стас не видел, но знал, как улыбается сейчас Элор, слушая эти крики. Да, он может быть вождем, а может, и рожден им быть?
Вдохновленный успехом, Стас развел кипучую деятельность. Он внимательно исследовал подходы к горе и сделал вывод, что естественные преграды защищают лагерь весьма неплохо, необходимо лишь перекрыть несколько тропинок, чем Стас и занялся.
Оставленные у подножия повозки под контролем вождя разобрали и подняли наверх. Одни ставры поднимали тяжелые камни для укрепления лагеря, другие укладывали их. К концу дня укрепления стали заметны и уже могли служить неплохим укрытием от стрел.
Несколько групп отправились ловить рыбу. Разведчиков Стас посылать не стал: с горы и так отлично просматривались окрестности — враг не подберется незамеченным.
Десятки костров усеяли плоскую, чуть скошенную вершину. Уставшие после насыщенного событиями дня ставры ели и быстро засыпали. Стас не выставлял охраны: если Айрин пошлет карателей, они не успеют дойти до горы к ночи, а если и дойдут, атаковать в полной темноте вряд ли решатся, если не полные идиоты.
Вызвавшийся идти за едой Кривонож не вернулся в лагерь, и Стас понял: сбежал. Это хорошо. Пусть крысы бегут.
Стас проверил охрану пленников и подошел к Элор. Ножны с длинным, обоюдоострым мечом Мортерна с непривычки колотили но ногам, и Стас постоянно его придерживал. Не привязать ли к спине, как у Конана? Стас мысленно усмехнулся. Он где-то читал, что носить клинок за спиной целесообразно лишь в длительных переходах. В случае внезапной атаки вытащить его не так просто, как в кино…
Девушка сидела неподалеку от пленников, но не вместе. С ними она не общалась, но и ставры не принимали Элор за свою. Голошкур околачивался неподалеку. Стас велел юноше присматривать за важной пленницей и следить, чтобы и волоса не упало с ее головы.
— Ну, здравствуй, — Стас присел рядом. Он нашел для Элор кусок плотной материи, и она сидела, завернувшись в него — ночи на горе были прохладными.
— Тебе не холодно?
— Ставры не пускают меня к костру, — пожаловалась Элор. — Но я понимаю. Я пленница.
— Ты не пленница. И никто не обидит тебя здесь. Голошкур присмотрит. Погоди, еще немного — и все изменится.
Они помолчали. Огромное звездное небо висело над их головами, и Стас пытался найти Медведицу. Не нашел. Зато сколько красивых и ярких звезд!
— Я слышала, как ты говорил, — тихо сказала Элор. — Ты рожден править, Мечедар.
— Кто знает, кто для чего рожден? — отмахнулся Стас, но в душе было приятно.
— Ты говорил о каком-то Яроборе. Кто это?
— Это ставр, которого я знал. Аллери отрубили ему голову.
— Это правда, что он убил множество людей?
— Откуда ты знаешь? — изумился Стас.
— Я же знаю ваш язык и слышу, что говорят в лагере. Так это правда? Он был вождем?
— Нет. Он не был вождем. Но был очень смелым. Очень, — Стас помолчал, вспоминая товарища. — На самом деле он никого не убивал. Убили его. Но… ставрам нужен герой, которого они бы любили.
— А ты? Ты собрал и повел их.
— Я не герой. Какой я герой? Я и драться-то толком не умею.
— Вождю не обязательно драться. Вождь отдает приказы.
— А умирают другие? Нет, Элор, я так не смогу. Того, что я увидел сегодня, мне хватило. Погибли люди, которые ни в чем не виноваты. У портийцев нет рабства, но они стали первыми, кого убили бывшие рабы.
— Ты сделал это ради меня, Мечедар.
— Что это меняет?
— Ты вождь, и ты не должен жалеть о случившемся. Вождь должен думать о своем народе.
— Элор, боюсь, это только начало. Что ты скажешь, если все ставры поднимутся?
— Если ставры сбросят с трона Айрин…
Стас схватил ее за руку:
— Элор, ты что, не понимаешь? Эту долину зальет кровь! Это будет новая война — вот что меня волнует!
— Ты удивительный ставр, — произнесла Элор. — Словно не из нашего мира, а откуда-то издалека. Ты умен, ты рожден править и быть вождем, я это вижу. Но запомни, Мечедар: вождь не должен сомневаться! Никогда. Все, что он делает, он делает правильно! Без этого нельзя править.