Можно подняться туда прямо сейчас, но там ли ныне находится «премудрый дракон»? Вдруг он где-то ползает, руководит строительством? Лучше подождать вечера. Ведь на ночь властители всегда возвращаются в гнездовье.
Впрочем, день и без того клонился к закату.
Когда солнце почти коснулось горизонта, работники быстро свернули свои старания, отправились к дворцу, здесь перекусили копченой рыбой, принесенной откуда-то со стороны, и отправились в нижнюю часть строения. Вход в нее никак не запирался и не охранялся. Если бы Геката не успела уже услышать про «оборотней», карающих непослушных, поверила бы, что смертные находятся там добровольно.
Выждав, пока жизнь в доме затихнет, а полная луна поднимется в зенит, фария двинулась вперед с обратной от входа стороны, по частым перевязкам бамбука легко поднялась наверх.
Стража, разумеется, услышала лазутчика, сбежалась к краю стены. Однако Геката выплеснула на них вместо тысячи слов одну лишь волну предсмертного ужаса, испытанного перед съедением крылатыми ящерами, и смертные тут же с истошными воплями бросились в разные стороны. Многие даже попрыгали вниз.
Из домика в центре послышалось негромкое шипение, и в лунном свете появился почти черный, усыпанный небольшими продолговатыми золотистыми пятнышками бог.
– У тебя никудышная стража, властитель, – сказала гостья, вынимая из петли привычный, почти как продолжение руки, гранитный топор.
– Чего опасаться богу в своих владениях, фария Геката? – ответил тот.
– Ты меня знаешь? – удивилась воительница.
– Трудно не узнать фарию в женщине, не исполняющей приказы бога. К тому же мудрый Легосток так много про тебя рассказывал, что я почти что знаком с твоим обликом. Он очень тобой гордился, рожденная Древом!
– Ты был его единомышленником? – Геката перестала подкрадываться к жертве, однако топора не убрала.
– Мое имя Фуси, и мы вместе с твоим хозяином надеялись определить расстояние до иных светил. Измеряя угол между Землей и ночными звездами с разных сторон планеты. Ты тоже должна была стать нашим главным инструментом! Самым ценным, даже уникальным. Впрочем, мудрый Легосток называл тебя не инструментом, а ученицей. Он что-то в тебе увидел, фария Геката!
– Теперь нам никогда не узнать этого, мудрый Фуси! – ответила воительница. – Ибо боги убили мудрого Легостока. И в наказание за это я убиваю богов.
– Даже невинных, фария?
– Как я могу быть уверена в чьей-то чистоте, мудрый Фуси? – спросила гостья. – Лучше убить сотню невинных, нежели упустить виновного!
– Прежде чем этот мир застыл, прежде чем мы уснули, среди богов успело промелькнуть известие, что это сделала ты, – сказал властитель. – Что ты выжила и наслала на Землю предсказанный конец света!
– Я выжила, – кивнула Геката. – И конец света сотворила именно я. Интересно, как тебе удалось уцелеть, мудрый Фуси?
– Когда небо стало темнеть, я приказал выкопать в яме с прелыми листьями и травой глубокую нору и лег в нее. Я заметил, что такие ямы всегда теплее окружающих мест и надеялся пересидеть наступающий холод там, в тепле. А потом… Потом я просто проснулся! Выбрался и понял, что не слышу больше никого. Что я остался один, что я единственный во всем этом мире! Пребывая в грусти и печали, я возлежал на холме, в смирении ожидая смерти. И мог оттуда наблюдать суету совершенно бестолковых диких смертных, живущих рядом с этой рекой…
Властитель отполз к краю площадки, поднял голову, созерцая текущую неподалеку водную ленту, в которой луна отражалась сразу пятью дисками разного размера.
– Эта река дарит смертным жизнь, фария, убивающая богов! И она же есть их проклятье. Они ставят в реку снасти и добывают рыбу. И тем счастливы. Но река время от времени широко разливается, затапливая все вокруг и убивая многих из смертных! Потом она успокаивается, они возвращаются к берегам и начинают драки за места для лова. Драки, которые порою кончаются смертоубийством. Но едва все успокаивается, как река снова разливается и споры среди выживших начинаются сначала. И вот я подумал… А что, если поставить у холмов полуплотину и всю ту воду, что разливается в недобрые дни, отводить в соседнюю долину? Потом накопившуюся воду дополнительными руслами можно плавно возвращать реке ниже по течению на протяжении многих десятков дней. Тогда наводнения прекратятся навсегда, а на новых руслах и в долине появятся новые места для рыбной ловли.
– Ты решил творить добро для диких смертных?
– Разве это не есть долг каждого бога – делать мир лучше? – удивился Фуси. – Пусть даже для совсем диких смертных! Неужели мудрый Легосток тебе этого не говорил?
– Как же ты убедил смертных работать? – не стала отвлекаться на воспоминания воительница.
– Для начала прекратил ссоры. Спустился с холма, признался, что я есть величайший из богов, и повелел назначить каждой семье на веки вечные место для лова.
– Они поверили?
– Со мною были два медведя и тигр.
Геката звонко расхохоталась.
– И сверх того, я стал предупреждать их о наводнениях, заранее повелевая отойти в безопасное место, – продолжил свое повествование дракон. – Ради этого мне приходится через день смотреть за верховьями глазами птиц. Смертные перестали постоянно умирать и признали меня своим богом. Верховным драконом! Потом я остановил набеги разбойников, которые пытались отбирать вещи и еду в деревнях, где люди жили слишком хорошо и спокойно.
– Посылал против них тигров и медведей? – попыталась угадать фария.
– Нет, зачем? – стрельнул раздвоенным языком властитель. – Когда чужаки приближались, я приказывал им драться между собой. А победитель прыгал в реку, громко прославляя мое имя.
– Да ты, однако, затейник, мудрый Фуси!
– Зато на моих смертных перестали нападать! Разбойники уже много лет обходят мои земли далеко стороной.
– Как ты успевал на все границы?
– Мои нынешние владения очень малы, фария Геката. Я успеваю.
– И теперь, когда смертные верят тебе целиком и полностью, ты начал задуманную стройку? Вспомнил мастерство орошения Родильных древ и заболачивания долин для выращивания виманов?
– Мудрость древних во благо живых!
– Как я понимаю, мудрый Фуси, все капризные, нуждающиеся в заботе и уходе растения вроде Древ и виманов сгинули?
– Вымерзли! – с явной горечью признал властитель. – Если что-то и смогло уцелеть, то без должного ухода ростки погибли после пробуждения. Культурные растения не способны выжить без тщательного ухода.
– Если это так, то на обводненных землях смертные могли бы сажать что-нибудь полезное для себя, – посмотрела в сторону долины Геката. – Я знаю, что они издавна собирают всякие корни и зернышки, добавляя их в вареную пищу. Если эти растения сажать, их не придется собирать. Еды станет больше.
– Мудрый Легосток был прав! У тебя острый ум, рожденная Древом. Ты быстро заметила возможности, о которых я даже не помыслил!
Геката сразу ощутила некую перемену в настроении властителя и повернула голову к нему:
– Зачем ты рассказываешь мне все это, мудрый Фуси?
– Как ни странно, фария, убивающая богов, но ты единственная, с кем я могу поделиться красотой своего замысла! – признался древний исследователь. – Даже нам, богам, хочется услышать искреннюю похвалу от столь же умного существа. Однако в этом мире нас осталось всего лишь двое…
– Да, – согласилась фария. – Нас все еще двое.
– И у меня есть к тебе последняя просьба, ученица Легостока. В память о твоем учителе и моем друге, – собрал свое тело в кольца дракон.
– Говори, – кивнула воительница.
– Ты ведь бессмертна, фария! Что для тебя десять лет? Один миг! Подари мне эти десять лет. Позволь воплотить свой замысел! Увидеть его в работе, исправить ошибки. Насладиться зрелищем успеха хоть ненадолго! Дай мне всего лишь десять лет. Убьешь меня чуть позднее. Что изменит сей миг в исполнении твоей мести?
Фария немного подумала, отвела свой взгляд.
– Знаешь ли ты, где находятся владения клана Толобам, мудрый Фуси?
– Разумеется, ученица мудрого Легостока! – почему-то обрадовался древний бог.
– Но знаешь ли ты, как найти их в этом новом мире? – уточнила воительница.
– Мне несложно решить эту загадку. Я бывал в их святилище много раз и помню приметные горы. Горы не меняются, по их вершинам нетрудно находить дорогу даже сейчас.
– А есть ли у тебя преданные слуги, способные исполнить любой приказ? Хотя бы пятеро смертных?
– Я могу найти и больше, фария! Мои смертные искренне любят меня за уже содеянное!
– Хватит и пятерых, – покачала головой воительница. – Пусть проводят меня в земли Толобам и помогут мне там в моих хлопотах. Я займусь иными делами, а к тебе вернусь через десять лет. Мне тоже будет крайне интересно посмотреть, насколько успешно тебе удастся воплотить свои замыслы.
– Да будет так! – облегченно согласился Верховный дракон Фуси.
Выделенные для сопровождения Гекаты воины мало отличались от стражников, встреченных фарией по пути на юг. Такие же тощие, в таком же куцем одеянии и такие же самодовольные. В первый день они даже пытались вести себя как главные, обсуждая дорогу и полушепотом отпускали сальные шуточки в отношении спутницы, обещая ей и себе горячую ночку.
Все изменилось вечером, когда крупный волк принес из зарослей и положил к ногам властительницы увесистую козу.
– Это на ужин, – сказала фария. – Зажарить сможете? Или вы только языком болтать горазды?
С этого момента все мгновенно изменилось.
При ней смертные больше не разговаривали, то есть вообще! Обращались исключительно с низкими поклонами. Перед волками, приносившими еду, так и вовсе падали на колени.
Кроме волков, Геката чуяла в густой зелени и иных существ, но волки оказались наиболее отзывчивы. Или послушны? Это как посмотреть…
После минувшего конца света планета быстро оживала. Расцветала, разрасталась, густела зелень; плодились, заполняя заросли, животные и птицы. Правда, уцелела только самая мелочь: зайчики, суслики, некрупные олени, то есть все те, кто мог довольствоваться малым. Тем, что вырастало на отдельных прогалинках в теплых землях или что удавалось нарыть, найти под толстыми слоями снега. Ну и те, кто мог разгрызть мерзлые туши уснувших гигантов: волки, медведи, росомахи. Но и среди хищников крупнее тигра не уцелело никого.