Даже когда весь мир вокруг уничтожен. Когда все до единого близкие мертвы. Даже если отрублены руки и тело горит магическим огнем. Хранитель обязан сохранять хладнокровие и все исправить.
Для техники астрального прохода нужен холодный разум и идеальный контроль. Даже одна лишняя эмоция может все испортить и превратить одну из кошмарных вариаций будущего в ужасающую реальность.
А генерировать подобные вариации собственными руками были любимым занятием старого садиста.
И перед каждым испытанием старик задавал один и тот же вопрос.
— Готов, — без тени сомнения ответил я и испытание началось.
Глава 6
— Вот и славно, — зловеще улыбнулся старик и я увидел как его перемешанный боевой поток соединяется и концентрируется в трех узлах одновременно.
Вокруг стало тяжело дышать от такой концентрации силы, я не мог пошевелиться. И не только потому, что я совсем не понимал, что старик творит, а потому что тело парализовало от мощи его чистой энергии.
Глухой звук чуть не разорвал перепонки, а последующая синяя вспышка едва не выжгла глаза. Но все это прекратилось и в коридоре повисла тишина. Я отчаянно не хотел спрашивать на что именно дед сейчас потратил столько сил, ведь замок вокруг стоял совершенно целым. А таким выбросом энергии старик мог половину города превратить в пепел.
Не хотел спрашивать, но придется… или нет? С этой мыслью я заметил странное свечение и не веря своим глазам перекинул взор на тонкий мир.
— Ты только что поставил свой маяк? — не веря своим глазам прошипел я, пытаясь осознать происходящее.
— Ну да, — кивнул старик, — а что-то не так? Ты ведь только что ответил, что готов?
Не так? И он еще спрашивает?
— Девятьсот четырнадцать раз ты ведь… — не смог сказать я потому, что все силы перебросил чтобы побороть накатывающую ярость.
— Я ведь что? — издевательски переспросил дед, — страховал тебя, недоучку, от неудачи? Ну а теперь не страхую. Для тебя же ничего не изменилось, кроха войны. Все так как и раньше. Или ты забыл условия своего обучения?
— Прекрасно помню. Провалю хоть одно испытание и могу забыть о титуле Хранителя.
— Вот и славно.
Только сейчас я полностью подавил все колебания потоков и успокоился. Что ж. Ладно. Ничего страшного. Подумаешь ответственности добавилось. Если не смогу откатить время к маяку, то все так и останется и никто уже ничего не изменит. Даже дед.
Ни смерть императоров. Ни мертвое личико Лилии. Ни полномасштабную четвертую мировую войну, которая неизбежно разразится после того, что дед тут натворил. А если мы выживем, то домой вернуться не сможем. За проступок старика всех Жуковых казнят как предателей в первые же сутки.
Ух. Красота. Действительно. ЧТО. НЕ. ТАК.
— Старый козел, — пробурчал я и закрыл глаза.
Нить маяка отчетливо видна. Стоит только ее коснуться и я вернусь в теплую постель, которую грел три часа назад, когда обновлял маяк… я медленно потянул руку…
— Ты че удумал? — прогромыхало в моей голове, и я едва успел выставить щит.
Могучий удар должен был войти аккурат в сплетение потоков в груди, но я смог принять удар на плечо. Хруст ломающихся костей разнесся по пустому коридору, а мой стремительный полет остановила стена.
Я приоткрыл глаза и едва удерживая тело в сознании увидел в десяти метрах от себя бушующего в ярости старика. Неимоверных усилий мне стоило чтобы подняться на ноги. Мельком оценил масштаб повреждений. Мда.
Треть запасов боевого потока ушла на то, чтобы не подохнуть от одного удара старика. Старый ублюдок ни капли не сдерживался. На планете считанные единицы одаренных которые смогут выжить после прямого попадания такой силы. Хорошо, что я один из них.
— Ты… что творишь… старый… — прохрипел я неестественным голосом.
Легкие, как и большинство внутренних органов получили массивные повреждения и еще восстанавливались.
Взбешенный старик медленно подошел ко мне.
— Кто тебе разрешал использовать маяк сейчас? — загрохотал усиленный боевым потоком голос у меня в голове.
А ведь точно, в каждом испытании старик ставил задачу. Захватить террористов, казнить тысячу стран… а нет, наоборот. Мысли путаются. Но я посчитал что для первого раза без страховки будет достаточно просто откатить время под давлением катастрофических последствий… Наивный.
Удовлетворенный моим мыслям, которые были у деда как на ладони, старик подошел вплотную и ткнул пальцем мне в лоб.
— Твоей нити хватит еще на… — Абсолют сделал небольшую паузу, — девятнадцать часов и пятьдесят три минуты. Вот через столько и встретимся на этом самом месте. Используешь маяк раньше хоть на секунду — провал испытания.
— Ты старый псих, — одернув морщинистую накаченную руку Абсолюта выдавил я.
— Если думаешь, что не потянешь, дергай нитку хоть сейчас, — оскалился старик.
И провалить испытание. Ага. Сейчас. Не дождешься старый козел. Ладно. Повышаем ставки значит. Без трети силы, с поврежденными внутренними органами и с порванными энергетическими узлами я должен выжить в сердце чужой страны под прицелом у сильнейших одаренных Европы? А если не подохну, то к точно назначенному времени прорваться к месту преступления, которое за эти девятнадцать часов станет самой охраняемой точкой в Европе.
Звучит… выполнимо. Если старикан будет рядом. Только вот все испытания до этого я выполнял в одиночку…
— Что будешь делать ты? — ровным голосом спросил я, и не надеясь на помощь.
Экстренная регенерация почти завершена. Правда теперь у меня израсходована уже половина энергетических запасов…
— Как и всегда, — усмехнулся старик, — удовлетворять свое любопытство. Всегда было интересно, сколько часов мне потребуется чтобы захватить Священную Римскую Империю. Пожалуй, девятнадцать вполне хватит.
С этими словами старик вышел в ближайшее окно, оставив меня один на один с этим хаосом вокруг.
— Не самый приятный сон, — прохрипел я, потирая вспотевший лоб.
Хотя это было скорее яркое воспоминание, которое вспоминать не хотелось.
Сознание медленно возвращалось, а вместе с ним и смертельная усталость. С немалым усилием я смог открыть глаза и осмотреться.
Вокруг была все та же каморка. Я лежал на расстеленном матрасе рядом с тазиком воды. Воскресший отец мерно посапывал в полуметре от меня, заснул прямо на табуретке с мокрой тряпкой в руке.
Я осторожно просканировал потоки. Чуда не случилось. Красного как не было, так и нет. Более того, синий поток еще больше ускорился.
— Тебе нельзя вставать, Марк, — донеслось обеспокоенным сонным голосом, — у тебя жар.
Я скосил взгляд на маленькое окошко, в которое отчетливо пробивались лучи света.
— Станет только хуже, — не спрашивал, а утверждал я.
Я отчетливо ощущал, насколько тяжело этому телу удерживать астральный поток. Не смотря на все усилия температуру тела не удалось сбить. Такими темпами я просто сгорю изнутри. Не так эффектно, как жеребенок, конечно, но приятного все равно мало.
— Знаю… — дрожащим голосом проговорил отец и вновь включил глушилку под потолком, — придется обратиться к Бутурлину, он поможет.
Я едва сдержал нервный смешок.
— Боярину Бутурлину? Члену совета? — скептически уточнил я.
Одному из лидеров многолетнего заговора и чуть ли не самому мерзкому представителю боярского свинарника? Тому самому Бутурлину, который в моем мире сдох со спицей в башке? Ну уж нет. По данным деда семейство Бутурлиных уже третье поколение спит и видит, как бы свергнуть Романовых.
— Другого варианта нет, — поморщился отец, который и сам был не в восторге от предложения, — только благодаря его покровительству у меня есть работа, а тебя взяли в Академию.
— Вижу я его покровительство, — вздохнул я, еще раз оглядев нашу каморку, — то есть особняк на этой территории…
— Принадлежит семейству Бутурлиных, верно, — кивнул отец.
— Не вариант, — отмахнулся я, — я найду другой способ.
— Другого способа нет! — неожиданно поднял голос отец и ударил кулаком по столу, — целители тебе не помогут, а за территорию Академии тебе не выпустят! У нас ни денег, ни связей… если ничего не делать ты и дня не проживешь… — потупив взгляд в пол проговорил отец.
Тут он прав, без красного потока техники целителей меня еще быстрее прикончат, а примитивная медицина неодаренных бесполезна сама по себе.
— Ни денег, ни связей, — машинально повторил я, анализируя расклад, — ни родовых земель, ни влияния, ни титула Хранителя… Как дед подобное допустил? Где он?
Едва этот вопрос прозвучал как отец вновь изменился. Досада в его потоках сменилась сложным месивом эмоций из злости, грусти, тоски и беспомощности.
— Мертв, — тихо пробормотал отец и поднял на меня тяжелый взгляд, — твоя очередь говорить, Марк. Кто ты такой?
Во второй раз за сегодняшний день этот мир смог ввести меня в ступор. До этого момента я злился на старика все сильнее и сильнее, представлял как много я предъявлю ему претензий за все то, что происходит с родом Жуковых в этом мире. Я предвкушал это. Хотел услышать, как сильнейший одаренный на планете сможет это оправдать.
Представлял как он ахренеет, когда я расскажу про скачок на двенадцать лет назад вместо его жалких девяноста пяти часов. Как мы посмеемся и разработаем план по геноциду осмелевших боярских свиней…
Но почему я не допускал самого очевидного варианта? Почему мой мозг ни на единую секундочку не предположил, что дед может быть мертв?
Наверное потому, что, когда живешь с Абсолютом бок о бок почти три десятка лет, приходит понимание что его прозвище «Неуязвимый» это нихрена, не прозвище, а настоящий факт.
Я никогда не видел деда запыхавшимся или хоть сколь-либо серьезно раненным. В бесконечных вариациях испытаний он играючи разрывал вражеские армии в одиночку. А его «Астральный проход» доводил его возможности до действительно Абсолютных. Его боялись целые империи. Дед имел настолько подавляющую силу и влияние, что если бы захотел, то захватил бы весь мир.