— Какие-то вы напряженные, ребят, — покачал я головой, — у нас тут целое тренировочное поле перед носом. Если думаете, что все что я могу это убивать студентов и отрывать ноги боевым Магистрам, то ошибаетесь. Пошли решать вашу проблему с барьерами.
— Каким еще боевым Магистрам… — округлил глаза Олег Голицын.
И в этот момент я отчетливо ощутил, как все присутствующие студенты настороженно навострили уши. Отстраненный Тимур, оклемавшийся Семен и даже младшая княжна Виктория соизволила высунуться из тренировочного конструкта своей смазливой любопытной мордашкой.
Все замерли в ожидании ответа.
Я медленно повернул голову на Арсения и спросил:
— Так ты им еще не сказал?
— Еще нет, — тяжело вздохнул Арсений и окинул присутствующих виноватым взглядом, — ребята, вы должны знать, что на операции в Лондоне существует реальная угроза боевого столкновения с чертовой дюжиной Коновницына.
Том 2. Глава 15
— Принято, — спокойно отозвался Тимур, ничуть не изменившись в лице.
Потоки четверокурсника не дернулись и не выражали ни капли страха или сомнений. Я пока не понял проявление это невероятной смелости или полной глупости, но уважать широкоплечего стал чуть больше.
— Ты ведь сейчас пошутил, Арсений? — чуть дрогнувшим голосом уточнил Олег.
Одного взгляда на потоки Голицына младшего было достаточно чтобы понять, что он лично видел на что способны эти монстры. А также был единственным из присутствующих студентов, кто мог оценить опасность трезво.
Восхищало, что хоть так внешне и не скажешь, Олег не испытывал ни капли страха при этом. Поучиться Олежке внешнему хладнокровию и цены ему не будет.
— Не шучу, — ответил Арсений, — вероятность есть, и мы будем готовы. Будучи официальными гостями Британской Империи, наша делегация будет под дополнительной защитой и вниманием. А цели вылазки располагаются в людных и прекрасно охраняемых местах. Если члены чертовой дюжины сунутся, им придется с этим считаться.
— Арсений, — подал голос взявший себя в руки Семен и подошел вплотную к здоровяку, — Это ведь именно они убили моего брата сегодня?
— Они.
— И даже после этого ты намерен оставить меня здесь?
— Да. Прости, Семен. Так надо.
— Я все равно не понимаю, — гневно оттолкнулся Болдырев, — я полтора года беспросветно тренировался ради этого момента. Ради того, чтобы защитить свою команду… нет, свою семью. Даже без прямой угрозы я понимал, что может случиться все что угодно, и я единственный, кто не даст им умереть если что-то пойдет не так. И сейчас, когда опасность реальна, ты оставишь меня тут? Просто беспомощно ждать? Если кто-то из вас не вернется, как мне потом возвращаться к нормальной жизни, зная, что мог бы вас защитить?
Довольно много надо иметь самомнения чтобы так уверенно заявлять подобное в лицо боевому Архимагу, самому будучи Ветераном. Занятный парнишка этот Семен.
Интересно на что эти ребята способны в реальном бою?
Я еще раз окинул взглядом всех присутствующих. Зеленые наивные студенты с явными пробелами в обучении и бьющим через край максимализмом. Неопытные молодые одаренные рангов Ветеран и Подмастерье собираются завтра лететь в чужую Империю и делать работу вместо настоящих профессионалов. Бросают вызов боярскому совету и ни один из них не испытал ни капли страха перед опасностью столкновения с одними из самых сильных одаренных на континенте.
Невероятно.
Где же Арсений откопал таких ребят? Или Архимаг сумел воспитать их сам за три года?
— Сколько в твоей ячейке состоит людей? — вдруг озвучил я мысль, которая появилась у меня в голове.
Все присутствующие уставились на меня как будто я сморозил какую-то глупость. Но я так не считал. По мне так глупость размусоливать принятое командиром решение перед подчиненными. И когда? Прямо за день до опасного выезда.
Ценность времени тут видимо не преподают.
Смелость и принципы — это хорошо, но от реальности уходить не нужно. Похвально не испытывать панического страха перед чертовой дюжиной Коновницына и не бояться бросить им вызов.
Но понимать на что враг способен ты обязан. Если хочешь выжить, никаких иллюзий быть не должно.
— Это сейчас важно? — после небольшой паузы отозвался Арсений.
— Уж важнее чем ваш разговор, — кивнул я, — так сколько?
— Ты понимаешь, что если я отвечу, то клятву придется обновить?
— Знаю. На астральную высшего порядка за нарушение которой следует смерть. Еще в Карелии понял, что ты способен на технику такого уровня. И сейчас осознал, что такая у всех присутствующих. Но оставь риторику. Сколько?
— Пять сотен, — не стал больше отнекиваться Арсений.
— Вот тебе и малая группа, — покачал я головой.
— Что? — не расслышал Архимаг.
— Ничего. Только не говори мне что пять сотен человек с неограниченным финансированием три года готовилась лишь ради простой поездки в Лондон. Какова цель. Общая цель, — не сводя глаз с Арсения медленно проговорил я и почувствовал, как напряжение вокруг накалилось до предела.
Настолько, что даже Богданова вылезла из своего подвала и посматривала на нас сквозь стекло оранжереи. Я ее не видел, но ощутил ее потоки, заблокировавшие выход. Как и ощутил боевые потоки каждого из присутствующих.
Даже Арс не остался в стороне и вполне прозрачно обозначил угрозу.
— Ты точно хочешь знать? Пути назад не будет, — усиленным голосом уточнил Арсений.
Ух. Аж мурашки по коже побежали от такого накала страстей. Не сомневаюсь, что если вот сейчас попытаться выбежать наружу, то меня могут и убить.
— Давай уже, — призывно бросил я.
— Свержение совета и реформирование всего боярского сословия, — уверенно отчеканил Арсений и продолжал сверлить меня взглядом.
— Серьезно? — не сдержал я нервный смех и полностью расслабился, — и это все? А пафоса и напряжения то сколько было.
— Ты не понял? — напрягся от моей реакции Арсений, — если Вельяминов узнает наши планы, то сегодняшние проблемы покажутся тебе цветочками! Пока жирному ублюдку есть что терять, он будет осторожен, но как только он окажется загнанным в угол, в ход пойдет все.
Вот как раз это мне объяснять не нужно. Я своими глазами прекрасно видел на что способен Вельяминов и как он будет защищаться. Цель Арсения хороша, но это утопия. Даже деду с полной поддержкой Императора и десятков могущественных семей не удалось переиграть Вельяминова в этой игре.
А в этом мире стартовые условия куда хуже и главный игрок уже устранен.
Только вот в чем штука. Нам с Арсением оказалось по пути гораздо сильнее, чем я предполагал. Ведь, убитый боярин почти тоже самое, что свергнутый боярин. Верно?
— Да, да. Я все прекрасно понял. Распишусь кровью попозже, ладно? — расслабленно кивнул я и перевел взгляд на Болдырева, — Сёма, если ты так переживаешь за команду-семью, то куда эффективнее разглагольствований будет помочь команде подготовиться. Пока не стало слишком поздно.
Мне никто не отвечал, но я чувствовал, как боевые потоки присутствующих постепенно успокоились. Но во взглядах так и сквозило недоверие. Эх. Как же я хорошо их понимаю. Несколько лет вынашивают план свержения самой могущественной после Императора силы в Российской Империи. Рискуют каждый день не только своими жизнями, но и жизнями своих родов и друзей.
И тут приходит парень, который прожил шестнадцать лет в чужой стране, убивает парочку бояр, никого не слушает, притаскивает с собой дочь их врага и требует к себе доверия. Я бы тоже к такому персонажу отнесся настороженно. В прошлом мире и будучи на их месте, скорее всего убил бы, как потенциальную угрозу.
Хорошо, что Арсений куда более терпим к людям, чем я.
Хотя, кое-что в его взгляде меня настораживает и пробуждает защитные инстинкты. Но пока что я никак не могу понять причину странного ощущения, ведь прямой агрессии от Арса нет. Как и жажды убийства. Это бы мой параноидальный радар засек бы даже сквозь его Архимаговские техники маскировки.
— Как помочь? — спустя пять секунд напряженного молчания наконец ответил Семен, — в команде никто кроме меня не владеет барьерами. Только Арсений, но его и не будет с вами большую часть времени. А боярская шваль, которую ты притащил в команду, полная бездарность!
С каждым словом Болдырева я чувствовал, как эмоции парня вновь накаляются, а провоцировать конфликт я был не намерен. Хватит для этого вечера уже негатива. Да и мы команда как никак.
Раз мне не доверяют, придется это доверие зарабатывать. Тем более наши с командой цели совпадают куда сильнее, чем они могут себе представить.
— Есть ведь еще я, — развел я руками и шагнул на прекрасно знакомое мне песочное тренировочное поле додзе, — теоретик из меня так себе, поэтому лучше сразу к практике. Пойдем. Покажи на что способен.
— Ладно, сам напросился, — уверенно кивнул Семен и направился в мою сторону.
— Мне нужны все, — громко объявил я, — у нас нет времени, а у меня нет сил устраивать демонстрацию дважды.
Меня прекрасно услышали, но никто кроме Семена не шелохнулся. Даже обидно стало. Я прикинул в голове какие у меня есть аргументы и стал подбирать формулировки тщательнее. Оказалось, сложнее чем я думал.
В прошлом мире, даже если человек не был в моем подчинении, то выполнял все беспрекословно. Но там на меня играл статус молодого Гения, наследника Хранителя и близкого друга Императорского дома.
Тут же ничего этого нет и в помине.
Мою личную силу перебивает негативная репутация внука Иркутского дьявола, никакого титула Хранителя тут нет, и я даже мечтать пока не могу встретить хоть кого-нибудь из Романовых. От последнего особенно взгрустнулось и пробила ностальгия.
Ведь я рос с ними бок о бок. С тех самых пор как дед стал Хранителем рода Романовых, я очень часто с пересекался с Романовыми. Наталья, Вероника, Милана, Глеб, Ваня, малышка Лилия… От воспоминаний от последнего имени сердце болезненно сжалось.
Я всегда питал симпатию к слабой малышке, которая не смотря на болезни и свалившиеся с самого рождения трудности, стойко шла вперед и никогда не жаловалась. Наблюдая как Лилия растет я видел в ней самого себя.