С каждым мгновением, хаос словно чума поглощает одну клетку моего тела за одной.
Простая регенерация не поможет, а мощи даже моего боевого потока недостаточно, чтобы вытащить эту дрянь силой. На подобное был бы способен разве что Абсолют…
Ощущение близости смерти отравляло разум и мешало сосредоточиться. Мой боевой поток начал медленно тускнеть и покрываться черными точками.
Вязкую всепоглощающую хаотическую энергию не сможет остановить ничего, кроме смерти. Я отчетливо это осознал и вдруг улыбнулся тому, насколько очевидным был ответ.
Смерть.
Благодаря замедленному метаболизму мне удалось временно сдержать распространение хаотической энергии по телу, и она не ушла далеко от плеча. Точка невозврата еще не пройдена…
Волевым усилием я стремительно перебросил всю внутреннюю энергию что смог на левую руку и сконцентрировал в кончиках пальцев. Окинул родовым взором правое плечо и поморщился. Зрение плыло, руки дрожали, но это мое тело и я знаю его лучше, чем что-либо в этом мире.
Широко растопырив пальцы левой руки, я вонзил их, словно иглы, в свое собственное плечо. Колоссальный всплеск энергии разрушил техники ускорения сознания и замедления метаболизма.
Время вокруг меня потекло с обычной скоростью, находящееся в замедленном падении тело с глухим звуком опустилось на колени. По меньшей мере треть запасов моего источника сгорели в один миг, но я все еще дышал.
Все еще был жив.
— Хрена с два мы закончили, боярин, — прохрипел я и поднял испепеляющий взгляд на удивленно хлопающего бездонными черными глазами Морозова, — игра только начинается.
Пятью пальцами я пробил внутренние узловые потоковые связки и с помощью тонкой хирургической техники, которой меня обучила Василиса Богданова в детстве, локализовал сгусток хаоса, отделив его от тела вместе с частью плечевой кости.
Виски пульсировали, голова была готова разорваться от возросшего внутричерепного давления, с каждой секундой адская боль пробивалась сквозь ментальную технику и отравляла разум. Если я не закончу раньше, чем это произойдет, то потеряю сознание и мгновенно умру…
Собрав последние остатки воли в кулак, я применил технику ускорения метаболизма внутри локализованной области. В мгновение ока вся зараженная плоть и часть плеча почернели и осыпались пеплом. Если бы я ошибся в применении хирургической техники, и хоть одна частичка зараженной области осталась связана с телом, я бы умер в ту же секунду.
Хаотическая энергия сожрала бы мое тело словно паразит… но, осознав, что этого не произошло я истерически засмеялся. Чувство собственного могущества опьянило и поглотило мой разум настолько сильно, что вытеснило всю боль.
Я громко смеялся и не мог остановиться. Возможно, я перегрузил организм и поехал рассудком. Плевать. Ведь только что я обманул саму смерть. Способом, который даже могучему Коновницыну не пришел бы в голову.
Способом, исполнить который и не сдохнуть не смог бы ни один другой одаренный на планете.
Многократно ускорив время зараженной области, я состарил все свои клетки внутри нее. Процесс, который должен был занять десятки лет, завершился за минуту и первородный Хаос повел себя точно так как же, как и обычная хаотическая энергия в такой ситуации.
Начал выветриваться из мертвой плоти.
Осознав, что все пошло не по плану, Морозов сорвался в атаку. Два раза на меня один и тот же трюк не подействует. Предсказав появление ублюдка в уязвимой области справа от себя, я отскочил вглубь комнаты.
Короткого времени в полете мне хватило, чтобы завершить финальные штрихи.
Как только первородная хаотическая энергия стала податливой и начала выветриваться, я ускорил этот процесс и очистил область.
На короткий миг в моем теле образовалась дыра. Правая рука совершенно не двигалась и болталась на уцелевших остатках связок как на веревке. Сильное повреждение, однако не такое, с которым не способна справиться высокоуровневая регенерация Гения.
Не вынимая пальцев левой руки из плеча, я последовательно восстановил потоковые связки, кровеносные сосуды и прочие критически важные участки, связав поврежденную область обратно со своим телом.
Циркуляция боевого потока вернулась в правую руку, и принудительная регенерация заработала на полную мощь, восстанавливая поврежденный участок. Жадно поглощая в качестве платы за мгновенный эффект вторую треть моего источника, дыра в плече затянулась, а вместе с ней вернулась и подвижность руки.
Приземлялся на землю я уже с двумя, пусть и не идеально, но работающими руками. Правая отзывалась с запозданием, а в левой почерневшие от сдерживания хаоса пальцы застыли в растопыренном положении и отказывались сжиматься обратно.
Но я был жив. Как и мой черноглазый противник, приближающийся ко мне размеренной поступью.
— Я передумал, — ледяным голосом проговорил Морозов, — бесцельная смерть такого любопытного экземпляра будет невосполнимой утратой для науки, поэтому не беспокойся. Я сохраню жизнь в твоем мозге. Так твоя смерть обретет смысл.
— Не слишком ли ты стал разговорчив для мертвеца? — усмехнулся я, прощупав пространство вокруг себя.
Фокус с мгновенными прыжками за спину оказался не более чем эффектным трюком, который Морозов не способен повторить без соблюдения ряда условий.
Большая часть его тела состоит из хаотической энергии. Еще до лобовой атаки Салтыкова и Головина, их черный дружок оставил на них метку. Первородный хаос, который напитывает потоки Морозова увидеть не так просто, как обычную хаотическую энергию. Боярин способен управлять ей и менять свойства.
Его умение подчинять и воздействовать на хаотическую энергию находятся на грани моего понимания и являются откровением. Никаких аналогов подобного в моем прошлом мире не было, однако, в отличие от способностей моей сестры и Высших, которые играючи нарушают законы мироздания, действия Морозова поддаются простой логике.
А значит, их можно предсказать.
Морозов подготовился заранее и невидимую моему родовому взору хаотическую метку использовал как маячок для активации перемещения физического тела. Предсказать подобное заранее я не имел никакой возможности.
Боярин учел мой родовой взор, стиль боя и подавляющую скорость и принял единственно верное решение. Убить меня одной внезапной атакой. Атакой, которую не способен пережить ни один смертный.
Был не способен. До этого момента.
Зная все это сейчас, я не позволю черному ушлепку подойти незаметно. Невидимые метки не различимы моим родовым взором только если не знаешь, что именно искать. Теперь я знаю и смогу избежать внезапной атаки.
Только вот, было бы наивно полагать, что на этом трюки боярского отродья заканчиваются. В подтверждение моей догадки, в бездонно-черных глазах, идущего мне навстречу Морозова плескалось возбужденное предвкушение битвы, а не страх или горечь поражения.
— Ты прав, — явно наслаждаясь происходящим прошипел Морозов и облизнулся, — довольно слов. Покажи мне все на что способна твоя смертная душонка.
— Как пожелаешь, боярин, — приняв боевую стойку и улыбаясь во весь рот ответил я.
Ведь этим боем, на кону которого стояло куда больше, чем наши с Морозовым жизни, я наслаждался ничуть не меньше, чем он сам.
Глава 35
Ждать пока Морозов сделает свой ход я не стал и начал действовать первым.
Левую руку, которая была не способна удержать оружие или хотя бы сжаться в кулак, я пока что мог использовать только для защиты. Функциональность правой была выше, хоть и с посредственной скоростью.
В обычном бою куда разумнее бы было подождать пока техника восстановления залечит хотя бы одну из конечностей, но это был не обычный бой.
Инстинкты однозначно твердили что нельзя медлить. Тело Морозова начало испускать густую черную пелену, которая медленно витала вокруг него.
В помещении резко похолодало и дело не только в окружающей температуре. В отличие от природных техник Салтыкова, черная пелена, источаемая Морозовым, черпала свои силу из хаоса и от него не спасут простые огненные частицы.
Если я позволю первородному хаосу коснуться моего тела или потоков еще раз, то меня от него уже ничего не спасет.
Покрытые расщепляющей зеленой пеленой стены по обе стороны от нас продолжали медленно сжиматься. Пройдя свой путь наполовину, они уже превратили еще недавно просторную часть помещения в коридор.
Он был еще достаточно широк для боя, но это ненадолго. С каждой секундой свободного пространства становилось все меньше, как и нашего с боярином времени.
Пустив по телу боевой поток, я сорвался в лобовую атаку.
— Глупый, мальчишка! Это не сработает… — с едва уловимым разочарованием в голосе начал вещать черноглазый ублюдок, но я его не слушал.
Только полная концентрация и идеальный контроль могли помочь исполнить задуманное. Не выражая ни единой эмоции на лице, я вышел на дистанцию атаки.
Самоуверенный Морозов лениво выставил руку перед собой.
Густая, источающая загробный холод, хаотическая энергия угрожающе пульсировала на его руке. Прошлым касанием моего плеча, Морозов не прикладывал особых усилий и заразил только тело, полагая, что этого будет вполне достаточно.
Теперь же, боярин не будет так опрометчив. Я своими глазами видел, как Морозов способен контролировать эту необузданную материю. На этот раз одной капли первородного Хаоса будет достаточно, чтобы закончить и этот бой, и весь мой путь Хранителя.
И сам боярин это прекрасно понимал.
Оттолкнувшись от земли, я напитал голень боевым потоком, сделал полуоборот и замахнулся ногой аккурат в ухмыляющуюся черноглазую рожу.
Ни единого лишнего движения, как и учил дед. Молниеносно, грациозно и точно я целил в маленький участок правой височной области. Самую слабую точку энергетической сетки Морозова, обнаруженной с помощью родового взора Жуковых.
Противник не уворачивался и даже не двигался. В таких условиях промахнуться не было ни единого шанс