Рамка детектора, хвала всем богам, не пиликнула, а то я боюсь представить, что ещё прячется в безразмерных карманах лейтенанта. Бодрый мужичок представился как Иннокентий Павлович Житов. И он очень рад приветствовать именно меня, именно сегодня у себя в лаборатории!.. Сейчас меня отправят в специальный бокс, где мне придется отдать остатки своей одежды для исследования, пройти дезинфекцию, а затем уже меня проведут в саму святая святых - для забора анализов, первой помощи, если таковая понадобится (что они там собираются делать при дезинфекции, чтоб потом меня откачивать?! Ах, я не так поняла, имеется в виду врачебная помощь после моих приключений...) и опроса. Стрешнева же не очень вежливо попросили обождать в приемной на специальном стульчике.
В общем, в стерильном безликом боксе разделась, сложив все шмотки - в том числе и честно выданные Стрешневым - в специальные пакеты, передала их в руки любезной медсестричке, внимательно наблюдающей, чтобы я ничего себе на память не оставила, видимо... Оная девчуля и загнала меня в специальный душ с сильным запахом хлорки и кипятком, где я рисковала получить удар от внезапного теплового расширения. Но бог миловал. Выбралась из скороварки красная как рак, подозревая местных эскулапов в запрещённых опытах над разумными. Зато без начинающихся соплей.
Думала, всё! Ага, счас... Меня засунули во второй бокс, где под напором окатили раствором с просто конским содержанием соли. Вы, блядь, охренели?! На распаренную кожу... "Если б у меня ещё ожоги оставались!.." - мелькнула страшная мысль... Это же кошмар наяву. А предупредить хотя бы глаза прикрыть не судьба??? Что дальше? Щёлок? Святая вода? Экзорцизм? Торжественное аутодафе?
В третий бокс меня, бешено вращающую глазами и слабо мычащую, запихивала уже другая медсестра, что-то приговаривая про то, что больно больше не будет... Живодёры, а!.. Тут окатило относительно тёплыми, пузырящимися струями, после которых в воздухе явственно чувствовалось перенасыщение кислородом.
Затем меня, голую, заставили пройти по какому-то коридорчику с потоком горячего сухого воздуха и мерцающими синими стенами, выдали тонкий медицинский халатик гораздо выше колен с завязками на спине, быстренько обрядили в него и бумажные тапочки. Ну а уже затем, всю такую красивую, выпустили в большой мир. Под взгляды десятка мужиков учёной наружности. Миленько...
Тот самый добрый доктор Житов вежливо проводил под руку до мягкого кресла в середине кабинета, усадил, похлопал покровительственно по плечу и сообщил, что вот теперь меня только опросят о происходившем в обоих зачищенных порталах, и потом я буду свободна. От их внимания. Далее на мое внимание начнут претендовать люди в погонах этажом выше... Надеюсь, голую задницу мне дадут прикрыть, прежде чем отправят на поиски новых приключений? А то от этого клуба анонимных анонимов всего можно ожидать.
Профессора или доктора наук - там фиг разберёшься - вдумчиво и подробно записывали мой рассказ, попутно задавая тонну уточняющих вопросов. На некоторые я могла ответить, что-то толком не вспоминалось... Но в целом товарищи были удовлетворены. Нацедили с меня стакан крови, выстригли клок волос на затылке (по-моему, несколько с корнем выдрали), поскоблили кожу, ещё по мелочи потерли тут и там, сюда плюнь, туда покашляй... И, наконец, упаковав и подписав все образцы, отвалили в закат, оставив напротив меня молоденького докторишку с добрыми глазами.
- Простите, Василиса Владимировна, но я ещё ненадолго займу ваше внимание. Мне необходимо провести психологическое интервью. Всё-таки вы подверглись большому стрессу за последние несколько дней... - Ага. Нет, я их понимаю, мало ли? Дамочка кукушкой поехала от перенапряжения? - Всего несколько вопросов для понимания происходящих с вами изменений...
- Конечно. Задавайте. - Раньше сядем, раньше выйдем.
- Чувствуете ли вы сейчас боль, озноб, судороги и тому подобное? - бодренько протараторил начинающий мозгоклюй.
- Нет. - Чувствую усталость. Голод и надобность уединиться в комнате с белым другом...
- Не беспокоят галлюцинации?
- Нет. - Интересно, как он себе представляет ответ на этот вопрос? Вчера приходил розовый слон, просил три кило кокса?.. И Зелёный Крокодил Чебурашку в море утопил?
- Сонливость?
- Нет. - Ещё одна отметка в бумажке.
- Головные боли? Посторонние шумы? - с какой-то даже надеждой спросил почётный халатоноситель.
- Нет, - чувак, мне правда жаль тебя разочаровывать, но что поделать... Даже если б они были - я слишком хочу отсюда выйти! А значит, я отсюда выйду. Скоро.
- Есть ли заметные изменения в визуальном восприятии окружающего мира? - мужик кивнул на два лежащих на столе мячика. - Какой формы данные объекты?
- Сферообразной. Но не берусь утверждать, что идеальной.
- Назовите их цвета.
- Левый красный, правый зелёный. FF 00 00 и 00 80 00, если не ошибаюсь. Уточню: "левый" и "правый" - это если с моей стороны.
- Навязчивые идеи? - Можно ли считать оной желание поспать?..
- Нет.
- Нет ли жажды насилия, немотивированной агрессии, злости? - заскучавший эскулап постучал обратной стороной карандаша по опроснику.
- Нет. - Есть желание лечь и сдохнуть... Кажется, уже даже пожрать не хочу.
- Возможно, вас беспокоит что-то ещё? - совсем уж грустно осведомился психиатр.
Подумав, кивнула:
- Да! - Докторишка радостно вскинулся, как собака на палку.
- Пятка чешется, - в подтверждение потёрла её стопой другой ноги. - Очень.
- И всё? - взгляд, секунду назад загоревшийся интересом, печально потух. Ну прости, мужик, не оправдала я твоих надежд и фетишей. Совершенно.
- Нет. Ещё в поясницу дует, ноги замёрзли... И в туалет хочется.
- Что ж... Думаю, вы в меру адекватны... - расстроенно протянул психотерапевт. - Сейчас вам принесут одежду и сопроводят в отдел регистрации.
Лучше бы проводили в уборную. Но, наверное, безопасней спросить её наличие у Стрешнева. А то не вырвусь от этих экзекуторов в белых халатах никогда.
Дмитрий, равнодушно уставившись в потолок, ожидал меня в холле на стуле для посетителей - прямо пред очами раскосой секретарши. Я же, обряженная в очередной безликий комбинезон (но уже приемлемого размера) с инвентарным номером на бейджике и в странный результат кровосмешения высоких резиновых сапог с валенками на молнии, выплыла из последнего кабинета. Ошалевшая, с очередной стопкой бумаг.
Меня так же безэмоционально оглядели и, не дав сказать ни слова, споро потащили забирать оставленные на хранение вещи, а затем обратно, в лифт. Ладно, потерплю... Не маленькая.
На следующем этаже, в отличие от гулкой пустоты и стерильности лабораторий, нас ожидал здоровый энтузиазм. Куча мальчиков и девочек в форме с пачками документов наперевес - или чем-то вообще непонятным - бодро сновали туда-сюда меж рядов кабинетов без опознавательных знаков. Гул голосов, звонки мобильных, стук дверей - весь этот шум на миг оглушил уставший мозг. Даже притормозила слегка, но Стрешнев лишь сильнее сжал мой локоть и потащил в одном ему известном направлении прямо через всю эту снующую толпу муравьев...
Вошли мы без стука. В кабинете нас, видимо, уже ожидали. Потому что бравый усатый капитан сразу поднялся из-за стола навстречу с широкой улыбкой.
- Добрый день, уважаемая гражданка Рощина. Меня зовут Александр Александрович Немоляев. Очень приятно познакомиться!
- Добрый... - я бы сказала, что мне вот уже ни фига не приятно, но мужик ни в чём не виноват.
- Может быть, чайку? А то, я погляжу, вас совсем замучили наши эскулапы...
- Обойдемся без чая. Уж простите за подробности, но мне бы припудрить носик... А то невмоготу уже.
- Что?.. - забуксовал капитан. Но быстро сообразил, о чём вообще речь. - О! Стрешнев...
Но Дмитрий уже открывал передо мной дверь. Да ладно, неужели всё-таки проводите в ох как нужное место?..
М-нда... Нет повести нелепее на свете, чем снятие комбеза в туалете!
Сделав все свои дела, заметила большое зеркало на стене с умывальниками. С моим несомненно прекрасным отражением...
Прекрасным оно было вчера, а сейчас с полированной поверхности на меня смотрела уставшая женщина неопределенного возраста - в жутком, как выяснилось, комбинезоне... Нерасчёсанная, с оскалом маньяка-рецидивиста и лихорадочно горящими глазами. Теперь я понимаю, почему психолог меня мурыжил... Странно, что я без наручников тут разгуливаю. С огромным облегчением под конвоем вернулась в кабинет для дальнейшего препарирования мозга.
- Что ж, Василиса Владимировна. Теперь-то вы, надеюсь, не откажетесь от чашечки чая? - меня усадили в довольно приличное мягкое кресло для посетителей и вручили фарфоровую чашку с ароматным напитком. Кучеряво живут капитаны... - А ты, Стрешнев, иди потеряйся пока... У нас с дамой будет интимный разговор. Вон, в коридорчике посиди.
- Я думаю, вам так будет комфортнее, - проследив за закрывшейся за молчаливым лейтенантом дверь, пояснил Немоляев.
Не знаю насчёт комфорта, я от вас уже всего готова ожидать...
- Итак. Я успел ознакомиться с результатами вашего обследования - как переданными нам больницей после вашего первого посещения портала, так и с теми, что прислали сейчас, из научного отдела, - фигасе у них тут космические скорости! В обычной больничке и через неделю хрен дождешься эти анализы... - Не знаю, поздравлять вас или сочувствовать. Всё-таки вы не только женщина, но и весьма состоявшийся профессионал, у вас хорошая - любимая, судя по рекомендациям - работа, на руках несовершеннолетний племянник, которого вы после гибели сестры с мужем не отдали в детский дом, а упорно поднимаете в одиночку... Что опять же характеризует вас с определённой стороны... А теперь вам из-за случайности придется заниматься совершенно иными вещами. Опасными вещами...
- То есть ваши профессора записали меня в охотники? - надежда умирает последней, блин... И вот моя ещё не сдохла! Хотя тот малец в подсобке тебе открытым текстом сообщил. - А чем это подтверждено?