Майор быстро разложил передо мной на столе бумажную карту тех мест, старую, конечно, но лучше, чем ничего.
— В той местности есть два подходящих для организации базы объекта — свиноферма и заброшенная фабрика, — я показал озвученные объекты пальцем на карте. — Свиноферма расположена практически у самой тайной тропы, как я знаю, там есть рабочая скважина с питьевой водой, но слишком мало места для размещения людей. Да и организация охранного периметра потребует слишком много усилий. Потому более приемлемый вариант — заброшенная фабрика. Обитавших там раньше снорков почти всех выбили, территория до сих пор окружена капитальным забором, место удобно для обороны малыми силами. Да и до изучаемого явления Зоны рукой подать. Но потребуется высылать передовую 'группу расчистки', столь удачное место уже могло обрести новых хозяев.
— Ты готов провести туда эту 'группу расчистки' или даже взять её под своё командование? — Майор поднял на меня тяжелый взгляд.
— Провести — да, а вот с командованием… думаешь, меня спецура примет в таком качестве? — Сильно изумился такому подходу.
— Да куда она денется! — Отмахнулся майор. — На них сейчас столько собак понавешали, еле стоят под тяжким грузом. И пока не восстановят утраченную репутацию, будут как шелковые. К тому же твой личный рейтинг проводника и боевика весьма высок… — ехидно заметил вояка.
— Рейтинг? — Я изумлённо поднял бровь. — И где на него можно взглянуть? — Ответ на этот вопрос сейчас меня очень интересовал.
— Совсем разучился пользоваться сталкерской сетью? — На меня посмотрели как на глупого ребёнка. — Или думаешь, твои похождения остались незамеченными? — Усмехнулся майор Сидорчук. — Здесь хватает живо интересующихся разборками среди 'детей Зоны' ушлых товарищей. Уже одно столь длительное противостояние одиночки с целым кланом вызывает серьёзное уважение к тому одиночке, учитывая момент, что тот клан регулярно теряет опытнейших бойцов и серьёзные материальные ресурсы.
Мне лишь оставалось промолчать с умным видом. Оказывается, мы здесь все 'под колпаком у Мюллера' — как говорилось в одном старом советском фильме про войну.
Дальше мы согласовывали планы и прорабатывали маршруты. Любая военная операция имеет множество планов практически на любой возможный вариант развития событий, а также прорабатываются любые доступные маршруты передвижения. В бою или критической ситуации думать некогда — нужно действовать… по плану. На одной голой импровизации далеко не уедешь. К счастью или сожалению, редко кто из числа гражданских специалистов это понимает.
Майор мне пожаловался на руководителя научной экспедиции профессора Рудецкого, у которого есть только одно верное мнение, один верный план — его личное мнение его личный план, а также неправильные. Переубедить его можно только насильственным путём и никак иначе.
По его словам — учёные нам достались ещё те. Наука для них лишь инструмент карьерного роста и средство заработка. Гранты там всякие, спонсоры и тому подобное. Опыта организации экспедиций в опасные места у них нет, зато есть огромное самомнение и исключительное знание как нужно делать в любом деле. Единственное благо — эти карьеристы и бизнесмены от науки взяли с собой достаточное количество действительно толковых помощников, которые и сделают за них всю работу. Профессор Рудецкий и его дружок доцент Симоневич на это сильно рассчитывают.
К обслуживающему персоналу и воякам у них отношение соответствующее, то есть эта парочка 'деятелей науки' искренне считает, что им все должны. Все и всегда, без вариантов! Должны обеспечить достойные условия работы и отдыха, охрану и прочее. Даже сисястых секретуток с собой в Зону потащили. И ещё три закрытых грузовика личного барахла на двух человек под видом научного оборудования. Всё это мне рассказал майор Сидорчук полушепотом, хотя нас в его закрытом кабинете вряд ли бы кто-то услышал.
— Куда прёшь, чудила?! Или лишнюю дырку в голове получить хочешь? — Стоило мне выбраться из командирского домика и направиться в сторону пропускного пункта в Зону, как дорогу мне решительно перегородило четверо серьёзно упакованных игроков, и ещё парочка спешно подходила сзади, перекрывая пути отступления.
Передние оружием прямо в морду пока не тыкали, просто держали его в руках, показывая готовность к применению в любой момент, а вот задние уже держали меня на мушке. Проявляли агрессию у всех на глазах, не опасаясь последствий.
Упакованы все по высшему западному стандарту — американский армейский бронежилет, каска, всё серо-желтой камуфляжной раскраски, вооружены карабинами М4А1 с установленными на них передними рукоятками для лучшего контроля стрельбы и цифровыми прицелами 'ATN X-Sight II 3-14'. Данные прицелы относятся к гражданской охотничьей серии, однако весьма хороши и для охоты на двуногую дичь днём и ночью.
Один знакомый охотник такой прицел как-то привёз из-за границы, хвастался нам, потому я легко его узнал. Даже пострелять с него чуток довелось. Внутри метеостанция и полноценный компьютер с баллистическим вычислителем и возможностью передавать формируемое изображение на внешние отображающие и записывающие устройства.
Вот у всех этих 'молодцов' правый глаз закрывает совмещающая видимую глазу картинку с электронным изображением от персонального тактического модуля специальная линза, связные гарнитуры тоже заметны. Со стороны выглядят прямо как настоящее отделение крутого американского спецназа, хотя множество мелочей выдают с головой полнейших нубов.
Может, они и умеют собирать артефакты, вряд ли первый день в этой игре, вот только реального боевого опыта за ними явно не числится. И кто, спрашивается, прессует безоружного одиночку, клинок на ноге не в счёт, встав к нему практически вплотную? Да ещё эти два долбанных 'снайпера' сзади. Стоит мне резко сместиться вбок или уйти перекатом, как под их огонь попадут передние лопухи. Френдли фаер, ребятки, он такой же фаер. Лучше бы с боков обходили, от перекрестного огня хрен уйдёшь.
— А какое тебе дело, морда? — Я нагло выдохнул в лицо остановившего меня игрока, подходя к нему практически в упор и заглядывая прямо в глаза. — Или ты купил эту землю? Тогда доставай документы с синей печатью или проваливай вдаль вместе со своими камрадами! — Игрок аж побелел, скрипнув крепко сжатыми зубами.
— Это наш квест, нехрен тебе даже рядом мельтешить! — Сквозь зубы процедил он, пятясь задом, оружие в его руках заметно дрожало.
— Тебя, крыса серая, забыли спросить, чем и где мне заниматься! — Я усмехнулся, наблюдая его потуги, и легонько толкнув вбок телом, протиснулся в образовавшуюся в строе дыру, размашисто пошагав в выбранном ранее направлении даже не оглянувшись.
— Ты вскоре пожалеешь, что вообще попался нам на глаза! — Крикнули мне в спину.
Несмотря на доносящиеся со стороны тех игроков злобные эмоции, стрелять в меня они опасались. По крайней мере, здесь, на блокпосте, когда их группа оказалась в самом центре внимания множества вояк и любопытствующих гражданских. Без лишних свидетелей попытаются сразу пристрелить, да только кто им позволит? На таких петухов с искусственными гребнями сама Зона велит поохотиться, отобрав их дорогие игрушки. И теперь остаётся вопрос — а что они здесь забыли и кому вообще подчиняются? Майор Сидорчук про других 'детей Зоны' мне ничего не сообщал.
По пути зашел в деревню новичков, отметив появление там нового народа. Никого знакомого, какие-то вооруженные двустволками и посматривавшие в мою сторону завистливыми взглядами небритые мужики, да и ещё пяток новых игроков чуть в сторонке от них у костра, от которых явственно тянуло страхом и старательно сдерживаемой агрессией. Ко мне не сунулись — и то благо.
Наставников молодёжи я не нашел, Гриня Охотник и Санитар ещё не вернулись с зимних квартир. А может, в этом сезоне кто-то другой будет выполнять их работу? Ещё на подходе к деревне отметил два 'положительных сигнала' со стороны бункера торговца. Вот там ко мне испытывали явную симпатию, и даже настоящие дружеские чувства. Сидорович крепко облапил меня, когда я вошел в дверь.
— Вот уж удружил, дружище, так удружил… — тот отстранился, пропуская меня проходить дальше. — Твой Михась просто золото, а не мужик! — Сообщил он о причине большой радости. С ним и поболтать приятно, а то сидишь тут один взаперти.
— Так чего ты запёрся-то? — Я удивился такому странному явлению, обычно дверь его бункера всегда была открыта для посетителей.
— Да вот эти там понабежали… — кивок в сторону закрывшейся массивной двери. — Крысы мерзкие и наглые, как бы не стащили чего. Думаю, Зона их быстро образумит, но я решил пока запереться на всякий случай. На блокпосте знаешь, что творится? — Спросил меня он.
— Знаю, — я кивнул. — Вскоре уведу всю эту толпу отсюда подальше, станет поспокойнее.
— Скорей бы, а то никакой торговли, пока те тут постоянно мельтешат… — вздохнул старый торгаш.
Мы прошли в более-менее свободную от коробок с товаром каморку, где я поздоровался с Михасем, после чего мы на троих распили чайничек ароматного чаю с мёдом и лимоном, поговорив о происходящих в Зоне больших изменениях. Подобные явления, по словам Сидоровича, здесь уже далеко не впервой.
В очередной раз поменялись за периметром контролировавшие потоки добываемых артефактов перекупщики, пришла в Киеве новая власть, проталкивая новых людей на хлебные должности. Они, понятно, начинают проявлять излишний энтузиазм, пока им загребущие ручонки не пообломают. Нужно просто переждать и всё вернётся на круги своя.
Михась в нашу болтовню с Сидоровичем не вмешивался, предпочитая слушать и вникать, однако любопытством от него хорошенько тянуло. Жалко у меня было мало времени, иначе бы дольше посидели, однако пришлось идти, исполнять свой долг проводника.
На АТП меня уже заждались вернувшиеся спецназовцы, потому сразу приоткрыли створку ворот, едва мы опознались через КПК.
— И где я тебя мог раньше видеть? — Спросил меня крепкий рослый боец с лейтенантскими погонами на плечах, встретив у ворот.