рь. Чего мы там не нашли так это продуктов. Ни одной завалящей консервной банки, ни упаковки с крупой или макаронами. Если сюда и подходят люди, то жратву они приносят с собой. Рядом с лагерем я обнаружил и ранее приглючившееся в трансе замкнутое кольцо пространственной аномалии диаметром метров в сто. Ровно посередине него торчала странная сборная конструкция из брёвен и металлолома, больше всего похожая на обелиск павшим воинам. Эта-та конструкция меня сильно заинтересовала, потому захотел подойти к ней вплотную. И пока Вика шерстила лагерь на предмет оставленных ценностей, я запустил подбор параметров ключа для прохода сквозь стенку пространственной аномалии. Монолитовцы же через неё как-то проходили, хотя и могли пользоваться телепортацией. На удивление, ключ подобрался всего за десять минут, открыв мне совсем узкий проход. Скорее даже трещину. И без возможности видеть её глазами хрен в неё пролезешь. Я и то протиснулся с большим трудом. Трещина сразу же заросла, стоило мне удалиться с ключом от стенки на пару метров. Сама же конструкция вызвала заметное разочарование и сплошные вопросы. Если это функциональное сооружение, то в нём чего-то определённо не хватает. Да, есть ощущение, что это какая-то особенная антенна, но где, спрашивается, основной блок, который с ней работает? Доски, трубы, старые ржавые рельсы и больше ничего. Всё держится буквально на соплях и крепком матерном слове. Но при всём этом видна какая-то система. Буквально каждый кусок металла находится на своём законном месте. Я даже схематически зарисовал конструкцию в своём планшете, дабы после попытаться найти ускользающие сейчас от моего взгляда тайные закономерности. Выбрался из кольца пространственной аномалии, отправившись искать где-то застрявшую девушку.
— Смотри! — Она указала рукой в большую почти до самых краёв заполненную мутной глинистой водой яму, в толще которой что-то плавало.
Я далеко не сразу разглядел, что это такое. А когда разглядел, сразу же догадался, почему от Вики сейчас тянуло тягостными чувствами. В воде плавали трупы. Много трупов. Уж не знаю, какой глубины была эта яма, хотя это можно оценить по вынутой куче земли.
— Это далеко не единственная братская могила, — Вика повернула ко мне буквально закаменевшее лицо. Я тут прошлась и насчитала больше десятка засыпанных аналогичных ям. Просто лагерь смерти какой-то. И ещё мне лицо одного всплывшего к поверхности трупа показалось знакомым.
— Ты знала монолитовца? — Я поднял взгляд с мутной воды, в которой плавало множество мёртвых тел.
— Тогда он ещё не был им, — её голос переполняла печаль, наверное, она его знала весьма близко. — Пропал пару месяцев назад во время рядового выхода на краю Зоны. Все решили, что на их группу химера напала. Видели свежие следы в тех краях. Но такого, — она махнула рукой в сторону ямы, — я даже предположить не могла.
— У меня есть только одно разумное объяснение — именно тут монолитовцы оболванивают тех, кого захватывают их боевые группы в остальной Зоне, делая из них новых адептов. Не со всеми у них это получается. А это, — кивок в сторону мутной воды, — просто 'отходы производства'.
— Скажи, что ты знаешь, как это… (крепкое ругательство) немедленно остановить! — Вика буквально впилась в меня взглядом.
— Есть некоторые идеи… — расплывчато ответил ей. — Но в любом случае придётся дождаться тут тех, кто всем этим заправляет. Нужно обустроить поблизости в лесу лагерь и установить постоянное наблюдение за дорогой. Вряд ли сюда ведут другие тропы.
Вика долго молчала, о чём-то размышляя. Даже мне показалась странной её сильная эмоциональная реакция на всё это безобразие. Ну, трупы. Много трупов. Труп знакомого сталкера. Неприятно, конечно. Больно даже. Но это же Зона! Здесь люди гибнут каждый день в немалом количестве. И кто приходит сюда, должен чётко понимать — здесь смерть всегда внимательно наблюдает буквально за каждым твоим шагом, за каждым твоим поступком. А ведь я уже успел причислить её к разряду прожженных стерв, способных на любые поступки ради личного блага. Даже это показное желание 'завязать с прошлой жизнью'. Я не один раз наблюдал, как заядлые курильщики демонстративно кидали полную пачку сигарет в урну или костёр, твёрдо обещая себе и всем прочим свидетелям окончательно завязать. Некоторые после держались пару дней. Кто-то умудрялся обойтись без никотина целую неделю. Но почти все они снова совали в рот сосательные палочки, ссылаясь на трудную жизнь и прочие обстоятельства, когда их спрашивали о забытом желании бросить. Вот и Вика произвела такую же демонстративную жертву, отдав мне 'светляк'. Наверняка же после будет сильно жалеть или вообще просить его вернуть или выкупить за любые деньги. Чтобы избавиться от наркотической зависимости или въевшейся в жизнь вредной привычки, нужно обязательно найти ей достойную замену. И порой лекарство может оказаться хуже болезни. Без реальной поддержки со стороны друзей и близких людей тут трудно обойтись. Ладно, пока мы вместе поддержу хорошее начинание. Благо, как показывает вот этот конкретный эпизод — далеко не всё человеческое в ней окончательно умерло.
Получив расплывчатое обещание, девушка проявила редкую покладистость. Ловила буквально каждое моё слово и старательно исполняла все просьбы. Поучил её, как прятать собственные следы с помощью внесения в них дополнительных мазков. Как оказалось — даже такие простые приёмы стали для неё настоящим откровением. Да и сама идея скрывать своё присутствие вызывала вопросы. Мол — Зона и так постоянно меняется, зачем зря напрягаться. Вряд ли кто-то тут запомнил, в каком виде точно оставался лагерь, да и льющаяся с неба вода вносит весомые добавки. Но тут уже я прочитал краткую лекцию о том, что осторожность лучше соблюдать везде и во всём. Просто привычка хорошая. У нас будет только один шанс нанести неожиданный и решающий удар — главное вовремя понять, каким он должен стать. И если хозяева лагеря заметят следы постороннего присутствия, то могут напрячься и своих следопытов привлечь, мешая нам заниматься наблюдениями. А нам ещё первым делом проверить или подготовить пути отхода нужно. Самый близкий вариант вёл в сторону Барьера. Меньше часа пешком, добежать можно минут за пятнадцать. Но там сплошное минное поле и в нём всего лишь одна извилистая тропинка для прохода сапёров и разведчиков. Ещё нужно вовремя связаться с заслоном у Барьера, чтобы пропустили, а не встретили дружно из всех стволов. Коды для связи и маршрут прохождения минного поля Вика знала. Я же больше полагался на идею увести возможную погоню в лес, где изрядно проредить её, таская через многочисленные аномалии. Сам же рассматривал отход через тайные тропы. Вряд ли за мной кто-то туда сунется.
— Эх, поставить бы здесь растяжку с сигналкой, да нельзя… — задумчиво произнёс себе под нос, рассматривая удобное место на дороге.
Место для нашего маленького лагеря мы нашли, от лагеря монолитовцев его отделяли три стенки пространственных аномалий, и пройти можно только извилистой тропой. Теперь же я высматривал места, где лучше всего устроить наблюдательную фишку. Чтобы и до лагеря близко, но и прямых путей к нему то же не вело. Вика старательно впитывала лесную науку, часто задавая правильные вопросы. С умом и сообразительностью у неё полный порядок.
— Есть один вариант, вдруг получится… — девушка услышала мои тихие слова, подойдя ближе.
Задумавшись секунд на десять, она материализовала в руках большой пластиковый кейс, поставив его передо мной.
'Получена экспериментальная охранная система 'Периметр-У' вместе с комплектом разработчика. Класс 'Сделано в Зоне для Зоны'. Перемещаемый в инвентарь предмет, возможно выпадение при гибели'.
Высветилось у меня перед глазами, когда я дотронулся до ручки переноски.
— Вообще-то я хотела его Лису передать, но с ним больше не хочу даже просто общаться, — Вика продолжала постепенно обрезать связывавшие её со своим прошлым концы. — Этот набор мне передал на хранение техник с Янтаря, заведовавший охранным периметром. По его словам — сложная военная электроника хорошо, если нормально работает в Зоне до первого выброса. Вот он и решил сделать надёжную замену своими руками, благо был весьма грамотным товарищем. Да и просто хорошим товарищем.
— Ты сказала — 'был', - я зацепился за одно слово.
— Да, — Вика тяжело вздохнула. — У него не сложились отношения с охранявшими научный лагерь наёмниками. Что-то те от него хотели, но он не мог поступиться принципами. В результате во время очередной проверки охранного периметра подорвался на неожиданно сработавшей управляемой мине. Расследовать инцидент запретил академик Гольдштейн — первый заместитель самого Сахарова, к слову. Теперь охранного периметра у научного лагеря считай — и нет вовсе. Одна видимость. Зато наёмники довольны, так как выбили из Сахарова существенное увеличение оплаты своих услуг.
— М-да… — мне лишь оставалось качать головой.
Наверх почему-то пролезает всякая сволота и мразота, а хорошие люди бесславно гибнут. Как бы ни хотелось навести здесь порядок железной рукой, но силёнок откровенно маловато. Задавишь одну гниду — на её место быстро влезет другая. Ещё более гадкая и мерзкая. А поменять всю систему… знать бы ещё как это делается. И ведь что совсем хреново — другие люди видят успех тех мразей и начинают походить на них. Кто осознанно, а у кого внутри просто и своей гнили достаточно. Тут уже стоит внимательно посматривать в зеркало. Как бы самому тихо не скурвиться.
Отправив Вику обустраивать лагерь на выбранной площадке, дополнительно пообещав проверить, как она заметёт оставленные следы, взялся изучать наследство погибшего техника. В кейсе помимо различных приспособлений и большого мотка тонкого оптического кабеля, обнаружилась и флешка с архивом ценной информации. Кроме секретных служебных наставлений по организации защитных периметров и минному делу, которые стоит изучить со всем тщанием, там были и личные разработки техника. За пару лет пребывания здесь он изучил основные факторы влияния Зоны на сложную электронику и постарался их скомпенсировать. Во-первых — никаких проводов, торчащих наружу. Чем компактнее блок электроники — тем лучше. Во-вторых — питание только на основе частей артефактов. Те самые 'вечные батарейки'. В-третьих — радиосвязь между датчиками, управляющими модулями и исполнительными блоками должна обязательно дублироваться по инфракрасному каналу, если нет возможности протянуть оптический кабель. Только так достигается удовлетворительная надёжность всей системы. Естественно — это только главные моменты, там ещё хватает всяких мелочей, без учёта которых всё быстро приходит в полную негодность. И для меня изучение этого наследства сулит большие перспективы. Найти бы ещё лишнее время, а то я и собственным развитием заниматься не успеваю. Разве только когда сильно прижмёт. Печальная тенденция.