— Все хорошо, — ласково сказала Нокс, обращаясь к нему. — Следующий, — скомандовала она.
Когда пришла пора третьей пятерки, Нокс не выдержала.
— Я не вижу нужный момент, — произнесла она, наклонившись к моему уху, — я вижу, как затухает магия, но как она меняет цвет — не вижу.
— А ты, Поль, — обратился я к своему другу, который молча наблюдал за происходящим.
— Это странно, но я вижу, практически так же ясно, как и ты, — удивленно произнес он, — сначала ядро становится серым, затем начинает темнеть. Раньше у меня не получалось.
— Это отличные новости, — произнес я и хлопнул его по плечу. Нокс обиженно поджала губы, но промолчала.
В следующей группе был сын Рината. Он ободряюще нам улыбнулся, и смело вошел в воду. Обернувшись, я увидел его отца — тот стоял на холме рядом с храмом, и даже на таком расстоянии было видно, как побелели его скулы.
— Уф, как я устала, — произнесла Нокс, когда мы наконец-то закончили. На тридцать человек у нас ушло почти два часа, — как же хорошо, что все остались живы. Обычно в такой большой группе два-три человека гибнут. И это ужасно.
— Все хорошо, — я слегка приобнял ее, — видишь, мы справились. Теперь и Поль всегда сможет помочь.
— Да, это очень здорово. Как обидно, что у меня не получается, — она устало покачала головой.
— А у Виктора? — поинтересовался я.
— У него еще хуже, чем у меня. Найти бы таких, как ты с Полем. Мы искали, но никто из жрецов не видит настолько ясно магическое ядро, — она устало двинулась по лестнице в сторону храма, — идемте, остался второй этап. Совместная молитва.
— Да знаю, — я улыбнулся ей в ответ, — или ты забыла, что я не раз принимал участие во всем этом?
— Такое забудешь, учитель, — с улыбкой произнесла Нокс и ткнула меня локотком, — думаю, сегодня у нас будет большой праздник, и у Лучезарной появятся новые жрецы.
Мы поднялись к храму, и я увидел, как Ринат обнимает своего сына. Заметив меня, службист широким шагом подошел и крепко обнял и меня.
— Спасибо, я твой должник, — произнес Ринат осипшим голосом.
— Не стоит, — мягко ответил я ему, — я бы принял участие в обряде в любом случае. Если я смогу спасти хотя бы одного послушника, то сделаю это. Не надо за такое благодарить.
— Не важно, я твой должник. Просто помни об этом, — Ринат серьезно посмотрел мне в глаза и, резко развернувшись, отошел.
Посмотрев на Нокс, я заметил, как с ее лица сходит улыбка. Проследив за ее взглядом, я увидел, что на площадь перед храмом вышла группа жрецов. Во главе шел Виктор со светящейся повязкой старшего жреца на лбу — в белых одеяниях, с высоко поднятой головой. Рядом с ним шли трое жрецов, отставая всего на шаг. Смотрелся он внушительно и величественно. Когда Виктор увидел Нокс, по его лицу пробежала гримаса недовольства, но он быстро взял себя в руки и, пробираясь сквозь толпу послушников, направился в нашу сторону.
— Похоже, нам пора сваливать, — прошептал Поль так, что его услышала и Нокс. Она согласно кивнула.
— Пойдем, дальше обойдутся без нас, — кивнул я, — и пожалуйста, — обратился я к жрице, — помни, о чем мы с тобой сегодня говорили. Попытайся понять, что Виктор тебе не враг. Сделай шаг ему навстречу.
— Это будет трудно, — произнесла она мне в спину, — думаю, он очень сердит, что я начала обряд без него.
Мы с Полем отступили за спину Нокс и, не спеша, отправились прочь. Отойдя на несколько метров, я остановился и прислушался.
— Сколько на этот раз? — услышал я громкий, недовольный голос Виктора. — Почему ты меня не позвала? Что за самодеятельность? Отвечай! Сколько? — его голос звенел от напряжения.
— Ни одного! — высоко подняв голову, ответила Нокс, дерзко глядя в глаза Виктору. В этот момент он выдохнул, как будто из него выпустили весь воздух, — никто не погиб, — тихо, успокаивающе добавила она.
— Слава Лучезарной, — уже гораздо спокойнее произнес он.
Довольные собой, мы с Полем отправились в казармы. Я два дня там не был, хотя обещал забегать. К счастью, наш визит оказался весьма кратким. Пфальц заявил, что занят по уши сборами, и попросил не мешаться у него под ногами, тем не менее, он успел сказать, чтобы завтра с утра я был к восьми часам, и не смел опаздывать.
Мы с Полем сидели в гостиной шикарного номера Нокс и занимались совершенствованием своего оружия. Перед этим мы заскочили на территорию моего бывшего дома. Взяли немного — по три накопителя. Все-таки, вещь по нынешним временам дорогая и редкая. Не стоит ими светить.
— Смотри, — объяснял мне Поль, сидя за столом, куда было свалено все наше оружие, — в копье лучше воткнуть камень побольше, прямо в наконечник. У кинжала снимаем ручку и втыкаем в нее осколок накопителя. Теперь главное — раздробить накопитель на мелкие кусочки, — Поль взял в руки камень и, примериваясь, взвесил его в руке.
— Дай сюда, покажу фокус! — произнес я, отбирая накопитель и кладя его на стол. Я не был уверен, что у меня с первой попытки получится заклинание, которое я всего один раз использовал, чтобы раскрошить накопитель. Тогда-то я его делал под надзором магистра — и то не с первого раза получилось. Но отступать было некуда, и я, сосредоточившись, представил перед глазами нужную руну. Подав энергию, радостно вскочил:
— Получилось! Вот так надо! — на столе лежали аккуратные маленькие дробинки. Облегчено выдохнув, я откинулся на стуле.
— Как ты это сделал? — к нам подошла Нокс и взяла горсть маленьких камешков в руку, — ты можешь работать с камнями?
— Знаю несколько очень полезных рун, — похвастался я.
— Да, удобно, — оценил Поль, — Нокс, тащи и свое оружие, на всякий случай, поделимся с тобой.
— У меня только нож, — улыбнулась жрица, — вы прям, как мальчишки. Зачем магам оружие?
— Ну… — смешался Поль, — магия может и закончиться, тем более, сама знаешь, что я теперь не маг. — Он почесал шрам на лице, который практически исчез. Сказывались сеансы магии жрицы, которые она проводила каждый вечер.
— Прости. Все время забываю. Не хотела тебя расстраивать.
— Да я особо не расстраиваюсь, — улыбнулся Поль, — что я там побыл-то магом? Чуть меньше года. А до этого всю жизнь прожил единичкой, и не испытывал особых проблем.
— Мне вообще всегда казалось странным, что у вас так мало внимания уделяют оружию, — поддержал я друга. — Войска вооружены лишь длинными ножами да копьями. Почему не используют арбалеты, мечи, в конце концов?
— Мечи были запрещены еще тысячу лет назад. Тогда вошло в моду разное холодное оружие. Сабли, шпаги, мечи. Дворяне начали налево и направо убивать друг друга на дуэлях. Да и простолюдины страдали почем зря. Они-то не могли себе позволить приобрести такое оружие, — пояснил Поль, — а против зверей, сам знаешь, это все бесполезно. В ближнем бою смысла от длинных железяк мало.
— А арбалеты используют, — Нокс задумчиво стояла у стола, разглядывая сваленное на нем оружие, — как раз в республике это всегда было оружие номер один. Не знаю, почему, но княжество арбалеты не любило, за магически усиленный болт можно было и в тюрьму попасть.
— Это-то как раз понятно, — Поль откинулся на стуле, — арбалет стреляет далеко, и какое-то время он был основным оружием агрики. Верхушка княжества опасается за свои жизни, и легче запретить, чем думать о защите. Ведь даже сильные маги не защищены от неожиданно прилетевшего болта.
— А почему тогда не использовать что-нибудь типа автоматов, вы же видели, что они достаточно эффективны против зверей? — я посмотрел на Поля, который с важным видом рассуждал на эту тему. Все-таки, он в душе так и остался солдатом, и готов часами говорить об оружии и о войне.
— Порох, — он презрительно поморщился, — против магов бесполезно. Есть куча заклинаний, которые приведут его к детонации. Ну, и вспомни мой аргумент насчет арбалетов в княжестве. Точно такая же ситуация. Так что — только копья, амулеты и маги. Вот наше оружие против войска зверей. Это работает веками, и нет смысла и времени что-то менять.
— Но тогда — чем мы сейчас занимаемся? — с ухмылкой возразил я. — Мы же внедряем новшество, которое ваш консервативный мир с трудом принимает.
— Э, ты не передергивай. Считай, что мы делаем амулеты. Заботимся о своей безопасности. Тем более, это будет сюрпризом для зверей. На этой войне усиленные таким образом болты и копья практически не использовались. Слишком дорого и трудозатратно. Это у нас с тобой есть накопители, к тому же, ты можешь достаточно аккуратно крошить их. Мне бы пришлось колотить накопитель камнем, пытаясь отломить маленький кусочек, или идти в мастерскую и там пытаться распилить его. И не факт, что получилось бы хорошо.
Мы закончили нашу работу, когда уже стемнело. Как итог, у каждого из нас было по десятку усиленных болтов для арбалетов, а еще мы усилили все наши ножи и короткие копья. Поль был очень доволен результатом и, отказавшись от ужина, убежал по своим делам, предупредив, что рано утром зайдет за мной.
Нокс весь ужин просидела, молча глядя на меня грустными глазами. Переживала, что нам скоро предстоит расстаться. Я же особо не грустил на эту тему. Мои мысли занимал предстоящий поход. Мне — первый раз в этом мире — предстоит участвовать в полноценной войне в качестве обычного солдата. Правда, по словам магистра, с войском мы пробудем всего дней десять, а затем небольшой группой отправимся своим путем.
— О чем ты весь вечер думаешь? — прервала затянувшееся молчание жрица, подсев ко мне с бокалом вина.
— Завтра выступаем. Надеюсь, в скором времени все закончится, и начнется мирная жизнь. Правда, в этом случае меня ждет куча проблем…
— Мы с Виктором тебе поможем. Никто не пойдет против нас, — уверенно заявила она, чем вызвала у меня улыбку.
— Да, осталось только победить. Магистр полон энтузиазма. В войсках много жрецов и магов, и он уверен, что за пару месяцев мы откинем зверей на прежние позиции и займем приграничные города. Говорит, что звери совершили роковую ошибку, разбредясь по княжеству и республике маленькими группами. Так легче добывать пропитание, а нам проще с ними сражаться. Главное, чтобы не появился старший жрец, и не собрал все войско в кулак. Тогда нас ждут большие проблемы.