— Думаю, во время обряда та часть тебя, что была во мне, вернулась к тебе. Я чувствую пустоту, будто чего-то не хватает, какой-то части меня, — ответил я.
— Что-то такое я и предполагал, — произнес настоятель, разглядывая меня, как будто знакомясь заново, — ты выглядишь лет на двадцать пять-тридцать. И очень сильно похудел, — констатировал он.
— Как ты? — Нокс подошла к Семи. Было видно, что она переживает за него.
— Я теперь настоящий, — с гордостью ответил он.
Развернувшись, я ушел из храма. Мое дело было сделано, и я чувствовал себя чужим на этом празднике жизни.
Последовавшие за этим дни были ничем не примечательны. Мною овладела апатия. Не знаю, что послужило причиной. Возможно, то, что из меня грубо вырвали ту часть меня, к которой я уже привык. Я говорю о Семи. Целый год внутри меня сидел тринадцатилетний подросток. В начале я себя им и ощущал. Мне нравилась яркость его эмоций, подростковая жажда жизни и любопытство. Все это напрочь пропало. А может быть, причиной моей апатии стало отсутствие цели и смысла дальнейшей жизни. Успокаивало одно: я знал, что это просто надо пережить, и жизнь снова заиграет яркими красками. Навалятся дела, появятся новые интересы…
Семи и Никос всячески пытались поднять мое настроение, благодарили меня и забалтывали. Я видел их насквозь — и только ухмылялся, глядя на эти неуклюжие попытки. Хотя мне была приятна эта забота, о чем я им и сказал.
— Ты для меня, как старший брат. Ты очень много сделал для меня и пошел на большие жертвы, — с благодарностью в голосе произнес Семи.
— Если бы не ты, мой разум так и остался бы в плену огненного источника, — добавил Никос, — а теперь у меня есть настоящее тело!
— Ну, и как тебе? — полюбопытствовал я.
— Это непередаваемое ощущение. Только вот в туалет надо ходить и мыться. Это так неудобно. Глупость какая-то! — ворчливо произнес он.
— Учись получать удовольствие от каждого процесса, — слегка улыбнувшись, ответил я.
— И от посещения туалета? — он удивленно посмотрел на меня.
— Почему бы и нет?
— Ты уходишь от нас? — сменил тему разговора Семи.
— Не знаю. Завтра пойду провожать настоятеля к порталу. Я еще не решил, останусь или уйду с ними. Герцог меня предупреждал, что в княжестве лучше пока не появляться, но здесь мне скучно и делать нечего, — я пожал плечами.
Мне тут и вправду надоело. Заниматься хозяйством не было никакого желания. Борт нашел себе развлечение — патрулировал плато. Можно было побродить с их отрядом, но боюсь, через пару недель и это мне надоест. Один плюс — после обряда я совсем не походил на себя прежнего, меня вряд ли кто-то сможет узнать, поэтому, если сломать Ибри, я смогу спокойно передвигаться по княжеству. С браслетом-то разобраться недолго, энергии алтаря должно хватить для того, чтобы привести его в негодность. Правда, ходить по княжеству без документов тоже опасно. Думаю, меня быстро схватят и упекут до выяснения, а сидеть в монастыре безвылазно…
— Надеюсь, ты вернешься к нам. Уверен, ты обязательно найдешь себе новое интересное и важное дело! — пылко воскликнул Семи.
— Спасибо за заботу, — я потрепал его по голове и отправился спать.
Мы вышли из первоначального храма небольшим отрядом. Настоятель, я, четверо жрецов и отряд Борта.
— Мы сопроводим вас до выхода с плато, а потом вы сами. Отряд у вас небольшой, думаю, пройдете без проблем. Зверей последнее время не видно, — пояснил Борт.
— Чем больше людей в храме, тем шире безопасная территория вокруг, — гордо заявил настоятель, — пока опасность представляет только участок от плато до портала. Но когда здесь появится еще больше людей, верящих в Лучезарную, и этот отрезок пути станет безопасен.
— Вы все равно аккуратней там. Все-таки, десять километров идти, — командир повернулся ко мне, — ты вернешься?
— Еще не решил. На ту сторону перейдут настоятель и один из жрецов. Остальные вернутся обратно. А насчет меня, — я пожал плечами, — как получится, скорее всего, перейду с настоятелем.
— Хорошо, если до темноты никто не вернется, пойдем на поиски.
Дорога к порталу была скучной. Иногда вдали мы слышали завывания зверей, но путь нам никто не преграждал.
Мы прошли долину магов и уже подходили к порталу отправления, оставив за спиной портал, через который прибыли в этот мир, когда один из жрецов оглянулся.
— Опасность! — закричал он. Мы обернулись. Портал прибытия окутывал красный свет, и из него выходили звери.
— Надо бежать к точке отправления, — произнес настоятель. — Пока они нас не видят, но как заметят — кинутся вдогонку!
— А как же вы, настоятель? Вы же не сможете с нами бежать, — спросил один из жрецов.
— Я пойду за вами, возможно, мне удастся их задержать. Нет времени спорить, — властно прикрикнул настоятель.
Жрецы побежали. До портала был примерно километр. Не так уж и далеко. Но прямой дороги не было. Приходилось пробираться среди камней и поваленных стволов старых деревьев, что существенно снижало нашу скорость. Я посмотрел назад: звери нас заметили, и небольшой отряд уже мчался нам наперерез. Глядя на то, как быстро и ловко они бегут, становилось понятно, что шансов добраться до портала первыми у нас нет. Однако мы все равно продолжали наш бег с препятствиями. Что удивительно — настоятель не сильно отставал.
Преодолев завалы, мы выбрались на более-менее ровную площадку. До нашей цели оставалось совсем немного, но звери уже загородили нам дорогу. Они все продолжали и продолжали прибывать. В итоге, собралась почти сотня! Мы стояли на месте, не решаясь атаковать. Настоятель остановился рядом со мной, лицо его сильно покраснело, он хрипло дышал, и казалось, что его вот-вот хватит удар.
— Эти из нашего мира, — зло проговорил он, — опытные, матерые.
— Что будем делать? — спросил я, оценивающе глядя на зверей. Они собрались отрядом напротив нас, перекрывая путь к порталу, до которого оставалось всего метров сто.
— Будем пробиваться. Как к храму. Есть шанс, что хоть кто-то прорвется и уцелеет. Другого варианта нет. Или мы все здесь погибнем, — он оглядел наш небольшой отряд и скривился, — ну, ничего, повоюем с тем, что есть. Идем вперед. Все держат защиту вокруг меня, я атакую. Надеюсь, найду, чем их удивить.
Мы собрались в «коробочку» вокруг настоятеля, как настоящие телохранители, и двинулись вперед. Прошли почти двадцать метров, когда, как по команде, от массы зверей отделился небольшой отряд, особей тридцать, и рысью двинулся нам навстречу. Мы активизировали защиту, а настоятель, прикрыв глаза, начал читать заклинание. Перед ним ярко вспыхнула сложная руна, наполнилась энергией и полетела, набирая скорость, в сторону врагов. Я первый раз видел такую магию: руна врезалась в отряд зверей, практически полностью испепелив их. Превратив в труху.
Мы остановились, как вкопанные, с удивлением глядя на дело рук настоятеля.
— Чего встали? — зло выкрикнул он. Лицо старика посерело, на лбу появились капельки пота, — я смогу повторить это заклинание еще один раз. Потом пробивайтесь сами. Не забывайте о защите. Пошли!
Снова собравшись в «коробочку», мы прикрыли щитами настоятеля и двинулись вперед. Первым ударом положили почти треть врагов, отличный результат, но расслабляться еще рано, дед прав.
Все ближе и ближе мы подходили к порталу. Звери были совсем рядом, и я удивленно уставился на человека, сидевшего на белом медведе. Взмахом руки он отправил нам навстречу новую группу зверей — больше прежней. У самого круга портала оставался еще десяток медведей.
— Великая честь — победить самого слугу Нургала! — воскликнул настоятель, заметив предводителя, — я сталкивался с ним в нашем мире, лет пятьдесят назад. Мы тогда смогли уйти. Попробуем и сейчас.
Мне хотелось расспросить его, кто это, но времени не было. Звери уже бежали нам навстречу, а настоятель снова выпустил руну и наполнил ее энергией. На этот раз враги, завидев руну, разбежались в стороны, и ущерб оказался не так велик. Те, кто увернулся от руны, бросились на нас. Я продолжал держать защиту, даже не думая об атаке, а вот остальные жрецы не сплоховали, и стали сыпать огненными шарами. Один применил более сложное заклинание, и на левом фланге все нападающие погибли. Вскоре мы справились и с остальными.
Врагов осталось мало, но и физических сил у нас было совсем немного. Одно хорошо — энергии хоть отбавляй. Дорогу нам преграждал десяток опаснейших белых медведей во главе с человеком, и каждый из нас понимал, что пройти их будет очень непросто…
Я поддерживал настоятеля, который повис на мне, не в силах устоять на ногах. Его глаза вращались, а губы кривились в безумной усмешке.
Слуга Нургала на белом медведе выдвинулся вперед. Мы были совсем рядом, буквально в десяти шагах. Жрецы начали кидать в него огненные шары, но те, не в силах пробить мощную защиту, бесполезно уходили в сторону. Человек, в свою очередь, выкрикнул заклинание, которое, как острый нож, прошло сквозь нашу защиту. Я видел, как жрецов скрутила боль, и они бессильно упали на землю. Настоятель успел произнести: «Проклятье Нургала!» — и рухнул к моим ногам, затем боль настигла и меня. Все мое тело горело, каждая клетка испытывала непереносимую боль, туманящую сознание. Я, корчась, повалился на камни. Слуга Нургала спрыгнул с медведя и подошел к нам. Сквозь туман в глазах я видел, как он присел рядом со мной на корточки.
— Ты еще жив, — удивленно произнес он. Его голос шел как будто откуда-то издалека, — я применил к вам проклятье Нургала. Это заклинание обращает живых в рабов моего бога. Если ты жив, значит, в тебе есть то, что угодно моему богу. Сейчас боль пройдет, и ты сможешь стать одним из нас, — он встал и отошел от меня. Подойдя к настоятелю, ногой перевернул его на спину. Я увидел, что тот мертв. Губы его кривились в усмешке, а старческие глаза были абсолютно безжизненны.
— Вот мы и снова встретились, но на этот раз победил я, — сказал слуга Нургала.
Мне стало легче. Боль почти прошла, но я продолжал лежать на земле.