Спустя несколько минут на корабле Нечистого вновь застучал двигатель, черный корпус развернулся и унесся в открытое море.
Далеко от побережья, в глубоком склепе, расположенном под улицами, домами и башнями древней Нианы, закутанная в плащ фигура с возгласом досады отвернулась от панели, переливавшейся сотнями разноцветных огоньков.
— Ну что, это и есть ваша хваленая оперативность? — прошипела тень в остроконечном капюшоне другой, стоявшей рядом. — Нечего сказать, Желтый Круг продемонстрировал Голубому свое умение! Придется мне побеседовать с вашим Мастером по этому поводу.
С’дана, глава Голубого Круга, вышел из комнаты взбешенный; его холодная ярость неслась перед ним по коридору подобно морозному облаку. Все, кто попадался ему навстречу, отшатывались в стороны, вжимались в стены и прятались в узких поперечных туннелях. Но в это время в другом месте цитадели Нечистого уже были отданы новые приказы и посланы необходимые сигналы. Союзники, слуги и адепты Желтого Круга были готовы к дальнейшим действиям. Еще одна попытка закончилась неудачей, но охота продолжалась. И пока существует Темное Братство, она не прекратится.
Лагерь, который путники разбили этой ночью, спрятался под шатром из огромных ветвей нескольких деревьев. Утомленные моряки, не привыкшие к влажной духоте джунглей, к ночи совсем пали духом. Окружающий темный лес казался враждебным, и страх наполнял их сердца, однако Гимпу и Блуто еще удавалось поддерживать дисциплину. Два небольших костра немного разгоняли мрак, освещая сидящих группами людей. Лагерь был обнесен невысокой изгородью, представляющей скорее воображаемую, чем реальную защиту. Чудовищные стволы деревьев вокруг, загадочные крики и звуки в глубине джунглей, блестящие глаза неведомых тварей — все заставляло людей теснее жаться друг к другу и говорить почти шепотом.
— Нам снова улыбнулась удача: мы сумели уйти живыми, — задумчиво сказал Иеро. Он сидел в нескольких ярдах от огня, привалившись к стволу, полузакрыв глаза и вытянув ноги. Уставшая девушка дремала рядом, положив голову на его колени. Из-за ствола дерева доносилось сонное сопенье медведя и фырканье лорса. Брата Альдо с ними не было: он исчез получасом раньше, пообещав, что вернется к восходу луны.
Неожиданно медведь поднялся и ткнулся холодным носом в щеку Иеро; мгновение они вместе прислушивались к шорохам и хаосу ментальных сигналов огромного лорса, затем, схватив копье, священник вскочил на ноги. Остальные тоже в растерянности стали подниматься, сжимая оружие, такое жалкое и бесполезное против подавляющей громады джунглей. Где-то в глубине леса раздались ужасные, сотрясающие воздух звуки — яростный визг и рычанье, перекрываемые трубным хриплым ревом, как будто бы там, во мраке, сошлись в смертельной схватке кошка неимоверных размеров и чудовищной величины бык. По сравнению с его ревом мычанье Клоца казалось хныканьем младенца.
Оставив людей наполовину оглохшими, шум сражения прекратился. Обычные звуки, пронзительные вопли и завывания вновь наполнили джунгли. Успокоенные моряки снова уселись и улеглись, придвинувшись ближе к кострам. Но Иеро все еще стоял, опираясь на копье, мысленно вслушиваясь в ночь, и Лучар с тревогой поглядывала на него.
— «Это очень большой зверь, — пришла спокойная мысль Горма. — На него напал другой, такой же огромный, и прогнал его. Теперь он ранен и очень раздражен. Он направляется в нашу сторону. Я думаю, людям надо вести себя тихо, очень тихо».
Иеро бросился к ближайшей группе моряков, знаками призывая их к молчанию. Он хорошо знал по собственному опыту, что к предупреждению медведя необходимо прислушаться. Вскоре все люди затаились среди огромных корней деревьев. Сжимая в руках оружие, они ждали, напряженно вглядываясь в темноту.
— «Он приближается, — сообщил медведь. — Будьте осторожны».
Метсианин стоял рядом с Клоцем, прикрывая Лучар. «Путешествие по этому лесу будет непростым», — мрачно подумал он, пытаясь нащупать ментальное поле приближающегося чудовища. Вскоре он обнаружил его. Мозг этого существа, довольно примитивный, сейчас был охвачен усиливающейся слепой яростью, так как животного мучила боль от раны. Иеро попытался овладеть его сознанием, но потерпел неудачу. Священник был чужаком в этом мире огромных зверей; следовало затратить немало сил, чтобы изучить их повадки и найти ключи к управлению. Он попытался снова, но мозг зверя затуманила ярость, и это тоже мешало установлению контакта. «Тут нужен опыт брата Альдо», — с отчаянием подумал священник.
— «Я уже близко, я возвращаюсь! — неожиданно пришла четкая мысль. — Оставь его сознание, я справлюсь один! Я постараюсь повернуть его».
Теперь каждый мог слышать приближение чудовища. Земля дрожала от его тяжеловесной поступи, яростное фырканье и сопенье доносилось из темноты.
— «Передай, чтобы все отошли подальше от костров!» — пришло сообщение от старого эливенера. Иеро махнул рукой, и люди попятились еще дальше во мрак тропической ночи, прижимаясь к земле и к стволам деревьев. Натягивая уздечку, Лучар повела Клоца за толстое корневище огромного дерева.
Топот усиливался и участился — очевидно, животное побежало. Затем оно подало голос. Ужасный вибрирующий рев обрушился на людей подобно удару грома.
Оно появилось из темноты, огромное, титаническое создание, подобное тем чудовищам, что, вероятно, бродили на земле за миллионы лет до появления человека. Слепая игра генетических мутаций и резкое изменение климата снова вызвали появление на планете этих гигантских тварей, столкнув их с обескровленной, лишенной былого могущества человеческой расой. Огромная, коротко обрубленная голова монстра, сидевшая на колонноподобной шее, была увенчана двумя парами бивней и возвышалась, по крайней мере, на двадцать футов над землей. Покрытое густой бурой шерстью чудовище напоминало замшелую скалу, стремительно мчавшуюся на столбообразных ногах. В неверном свете костров священник разглядел свежие раны в боку животного и его маленькие, сверкающие яростью глаза. Огонь, казалось, привел чудовище в еще большее неистовство. Оно бросилось на ближайший костер, разметав по сторонам горящие ветви, затем атаковало второй, подняв тучи искр и клубы дыма. Не останавливаясь, ревя от боли, чудовище проломило изгородь и скрылось в ночи. Люди затаились в наступившей темноте, прислушиваясь к тому, как оно ломится через чащу, оглашая окрестности трубными звуками. Затем наступила тишина.
— Все в порядке, люди, — раздался спокойный голос брата Альдо. — Можете снова зажечь огонь. Он не вернется, но в джунглях много других животных. Поэтому торопитесь!
Под руководством Гимпа моряки принялись за работу. Вскоре снова запылали оба костра, изгородь была восстановлена и укреплена. Гимп пересчитал своих людей; оказалось, что три матроса исчезли.
— Вероятно, поддались панике, побежали в лес и теперь потерялись, или съел кто-нибудь, — философски заметил капитан. — Если люди, не желают слушать разумных доводов, то чем же тут можно помочь? Я повторил всем тысячу раз — оставаться здесь, но они, вероятно, лучше знали, что им делать!
— Боюсь, что ты прав и их уже нет в живых, — сказал Альдо. — Будем довольны, что не случилось худшего. Этот бедный израненный зверь, парз, по неразумию своему мог растоптать всех нас.
— Бедный зверь! — воскликнула Лучар. — Это порождение ужаса!
— Не надо питать к нему ненависти, принцесса, — спокойно сказал эливенер. — Это — его лес, а не наш. Он отчаянно сражался, бежал и принял огонь за нового врага. Я послал его окунуть свои обожженные ноги в воды Внутреннего моря, и теперь он чувствует себя лучше, — добавил Альдо тоном заботливой няни, рассказывающей о порученном ей ребенке.
Иеро улыбнулся. Да, эливенер действительно был хранителем всего живого!
— Надеюсь, что этой ночью нас никто больше не побеспокоит. У меня есть приятная новость, — старик сиял от удовольствия, весело поглядывая на собеседников. — Думаю, вы обрадуетесь, узнав, что я нашел дорогу!
— Мне бы хотелось узнать кое-что другое, — резко сказал Гимп. — Например, кто заплатит мне за потерю судна, груза и добычи, которую мы взяли с корабля Лысого Рока, рискуя жизнью? Кроме того, я и моя команда хотели бы вернуться к своему промыслу, — он махнул рукой в сторону моря. — Кто заплатит нам, где и когда? Или же мы будем скитаться по этой чаще, пока всех нас не съедят твари, вроде той, что напала на наш лагерь?
Несмотря на резкие слова капитана, Иеро заметил, что его глаза довольно поблескивали и нелепая косичка на голове бодро торчала вверх. Хотя Гимп скорее умер бы, чем признал это, он был романтиком, человеком, не способным жить без опасных приключений и сомнительных авантюр. Разумеется, он не отказывался от прибыли, если мог получить ее, но совсем не это было для него главным. Закончив свою тираду, он стоял подбоченясь и смотрел то на Иеро, то на старого эливенера.
Но брат Альдо хорошо знал капитана Гимпа.
— Разве твои отважные парни не могут перенести кое-какие неудобства? Я уверен, что те, кто привык мчаться по воле ветра и волн и сражаться с каннибалами, пиратами и морскими чудовищами, не испугаются лесной прогулки в несколько миль.
Иеро и Лучар переглянулись, одновременно усмехнувшись. Лесная прогулка в несколько миль! Брат Альдо, несомненно, обладал незаурядными дипломатическими способностями! Очевидно, его слова произвели впечатление на маленького моряка.
— У меня самая надежная команда во Внутреннем море, — хвастливо заявил он. — Будь уверен, эти трусливые ублюдки с корабля Лысого Рока разбежались бы все, доводись им столкнуться с тварью, что прогулялась по нашему лагерю. Нет, мои люди пойдут за своим капитаном в огонь и в воду. Но, все-таки, кто нам заплатит? И куда нам деваться теперь, когда мы лишились своего корабля?
— Ну, — сказал Альдо, поглаживая ладонью бороду, — я, конечно, не имею права обещать что-либо определенное, но думаю, что Совет нашего Братства учтет мое пожелание и компенсирует все твои потери, включая корабль. Это удовлетворит тебя?