— Нилия, я ему нравлюсь!
С серьезным лицом я подтвердила ее слова. Обнимая меня на прощанье, все парни по очереди говорили о том, как чудесно, что я помогла им побывать в Эртаре. Они желали мне удачи на тренировках и давали дельные советы. Я возводила глаза к потолку и страдальчески вздыхала в ответ…
Спустя седмицу жизнь потихоньку начала входить в привычную колею. В Норуссию пришел листопадник — первый месяц осени. В Бейруне было все еще по-летнему тепло, море радовало глаз сияющей синевой, деревья сгибались под тяжестью плодов, а цветы удивляли яркими соцветиями.
Работа в аптеке кипела вовсю, днем я практически не успевала присесть, чтобы хоть немного передохнуть, а ночью меня ждал суровый учитель.
Сегодня чуток опоздала к нему на урок, так как варила зелья в лаборатории, но Сульфириусу это было весьма сложно объяснить. Едва ступила на поле, как мне молча указали на полосу препятствий. Розги уже были тут как тут! Вздыхая и охая, опустилась на живот и поползла по грязной узкой канаве, сверху ограниченной толстыми веревками. Потом я, аки конь, поскакала через невысокие заграждения, следом залезла по веревочной лестнице, путаясь в ее переплетениях. Взгромоздившись на площадку, с тоской поглядела на подвесное бревно, над которым болтались двигающиеся с помощью магии чучела. Это было именно то, чего я боялась больше всего на свете. В нерешительности потопталась на месте, но розги свое дело знали, — ворча под нос, я ступила на узкое бревно.
— Не стой столбом, ученица! — рявкнул Сульфириус. — Двигайся, уходи с линии атаки!
— Легко сказать — уходи, — буркнула ему в ответ, наблюдая за качающимися чучелами.
Одно из них я обогнула, не иначе как при помощи Шалуны. От второго тоже успела увернуться, а третье скинуло меня вниз. Я с головой окунулась в липкую, вязкую, да еще и ледяную жижу.
— Начинай все сначала! — бесстрастно повелел мне мой личный учитель-мучитель.
Кое-как протерев глаза и тихо ругаясь, направилась к узкой канаве. На бревне вновь возникла заминка, но розги не дремали.
— Выжидай, ученица! — командовал дуайгар. — Не суйся под удар! Следи! Двигайся! Думай!
Я с ненавистью поглядела на увесистые соломенные фигуры, но шагнуть на бревно все равно пришлось.
Грязь в глубокой канаве довольно булькнула, принимая мое бренное тело в свои ледяные объятия.
— Еще раз! — крикнул демон-мучитель.
Я вытерла рот, песок противно хрустел на зубах. Вздернула подбородок и строптиво заявила:
— Не пойду!
Розги ощутимо ударили меня по пояснице, так как я все еще сидела на земле. Взвизгнула и скрестила руки на груди. Дерзко поглядела на возвышающегося надо мной Повелителя дуайгаров. Он слегка приподнял светлую бровь.
— Вот не пойду и все! — заявила я.
— Бунтуешь, значит?
— Протестую против измывательств над слабой девицей! Я, к вашему сведению, высшая целительница, а не боевая ведьма. А высших целителей надлежит холить и лелеять, так как мы очень хрупкие создания.
— Вот и вымерли все, — ядовито высказался Сульфириус.
— Вам напомнить, кто помог им уйти в небытие? — От холода, боли и бессилия я позабыла, с кем именно говорю, поэтому и осмелела окончательно.
Демон сузил свои сиреневые глаза, а я продолжала храбриться:
— Что вы так на меня смотрите? Разве я не права? Можно мне узнать, когда меня собираются обучать непосредственно высшему целительству, а не этому безобразию?
— Безобразию?
— Ну да! А что это, по-вашему? Это Лисса у нас боевая ведьма, она смогла бы по достоинству оценить ваше тренировочное поле.
— Не напоминай мне о ней.
— Отчего же? Она Истинная вашего сына.
— Истинная, да не совсем!
Я даже поднялась на ноги от таких слов и вопросила:
— Вы это о чем? Объясните, прошу вас.
Сульфириус недовольно поморщился, но ответил на удивление быстро:
— Есть пары, которые придумали Старшие боги давным-давно, задолго до рождения на свет половинок этих самых пар. Именно такой парой являетесь вы с Шайнером. Когда-то на заре веков ваши имена были вписаны в Книгу судеб Ориеном и Муарой.
— Книга судеб? Что еще за книга? И зачем наши имена вписали туда?
— Ты дослушай сначала, ученица, и только потом задавай свои вопросы, — пророкотал дуайгар. — Так вот, вы с Шайном Истинные из Истинных, а мой сын и твоя сестра просто Истинные. И это означает, что за них попросил кто-то из детей Ориена и Муары.
Кажется, я начала кое-что понимать. Шалуна говорила мне когда-то, что будет просить своих родителей, чтобы они обручили мою третью внучку и принца фей. Так получилось с Ларданом и Тинарой, Лиссой и Ксимером, Йеной и Эльлиниром, а вот…
— А какой парой были вы с моей бабушкой? — поинтересовалась я. — Ай!.. — Розга с силой ударила меня по мягкому месту.
Потерла многострадальное местечко и сказала:
— Могли бы просто сообщить, что не желаете говорить на эту тему! В таком случае скажите, что такое Книга судеб?
— Фолиант, в котором записаны все жители Омура с краткой характеристикой по каждому. Это своеобразный отчет Ориена и Муары своему императору!
— О! — Я вспомнила свои путешествия по иным мирам и деловито осведомилась: — А где хранится эта Книга?
— Там, куда ты никогда не попадешь — в Обители богов.
— К вашему сведению, я уже успела там побывать, — похвасталась я, гордо вздернув подбородок.
Всегда невозмутимый Сульфириус на этот раз сильно удивился.
— Да-да! — покивала я, а он расплылся в глумливой улыбке.
— Ну раз так, ученица, пройди-ка ты полосу препятствий до конца! Негоже ни тебе, ни мне краснеть перед богами.
Розги ринулись ко мне…
В очередной раз выбравшись из канавы с грязью, я в сердцах молвила:
— Никак не возьму в толк — за что вас так любила моя бабушка?
Глаза демона заволокло тьмой, а затем он стал перевоплощаться. Одежда исчезла, все тело покрыла крепкая черная чешуя, со стороны спины показались огромные кожистые крылья с острыми краями, плечи и локти усыпали шипы. Дуайгар взмахнул длинным хвостом, на конце которого вместо мягкой кисти появилась острая пика, и зловеще сузил черные провалы глаз.
Я с ужасом воззрилась на него, не в силах сделать ни шагу назад, чтобы попытаться убежать, а демон, находящийся в боевой ипостаси, двинулся в мою сторону, протягивая чешуйчатые лапы с острыми черными когтями.
Магиал слетел с моего пальца и вырос, закрывая меня своим каменным телом от разъяренного дуайгара. Спустя пару мгновений я услышала пугающий бас:
— Никогда! Слышишь, ученица, никогда больше не затрагивай эту тему!
Я сглотнула, осознав, какой опасности мне удалось избежать, а в моей голове послышался тихий голос:
— Скажи ему обо мне, внучка…
Икнула, помотала головой, покосилась на зависшие надо мной розги, выглянула из-за драконьей спины и, глядя вслед удаляющемуся демону, гневно прошептала:
— Прости, бабушка, но не скажу я ему этих слов. Недостоин он твоей любви!
— До завтра, ученица! — послышался низкий рычащий голос Сульфириуса, а я протянула руку к вновь уменьшившемуся магиалу и попросила его перенести меня в Бейруну.
В зале аптеки при моем появлении зажегся яркий свет, и я невольно зажмурилась, а потом услышала:
— И где это мы ходим?
Приоткрыла один глаз, — в комнате сидели Нелика, Зила, Элана и Рилана. Полуэльфийка, прищурившись, оглядывала мою обескураженную персону, а после ехидно выдала:
— Только не говори нам, что ты просто прогуливалась, хрюшка-поросюшка!
Поморщилась, так как выглядела я и впрямь неважно.
— Мы волновались, — тихо сообщила Элана, — даже Рилану позвали на твои поиски.
— А мне, между прочим, переживать вредно, — обвиняющим тоном напомнила Зила.
— Можно я сначала вымоюсь, а потом все вам расскажу? — заискивающе попросила я.
— Нужно, хрюшка-поросюшка! А уж потом ты нам все в подробностях поведаешь, — топнула ногой Нелика.
Когда я вышла из ванной, девчонки еще не угомонились, наперебой расспрашивая меня, где я была.
Пришлось им все рассказать. Подруги, охая, слушали меня, а затем полуэльфийка заявила:
— Вот гад черноглазый! А мне вот не признался в том, что успел побывать в Эртаре, хоть я и заметила, как восторженно сияли его бесстыжие очи.
— Он не виноват, — заступилась я за Дарина. — Это Сульфириус стребовал с парней клятву о неразглашении тайны.
— И долго ты еще будешь так тренироваться? — полюбопытствовала Рилана.
Я пожала плечами.
— Пока Создатели не решат, что с меня хватит этих тренировок!
— Ты уже стала называть богов Создателями? — изумленно заметила Элана.
— Боги, Создатели, демиурги… Как их ни назови, от этого они не изменятся, — высказала я мятежную мысль вслух.
Зила покачала в ответ головой.
— Ты говоришь о них так, будто они не боги, а вполне обычные люди.
— Ну-у, — протянула я, — людьми их называть будет неправильно, все же способности не те. Но все-таки они очень напоминают нас… ну, или мы напоминаем их.
— Так боги нас и создали, — хмыкнула полуэльфийка.
— А помните, как именно создали нас младшие демиурги? — задала я очередной бунтарский вопрос.
Девчонки дружно глянули вверх, как будто старались увидеть за потолком небо, а я дерзко заявила:
— Все правильно! Младшие боги создали людей в процессе игры!
— Нилия, ты не боишься говорить эти слова, да еще таким тоном? — попробовала образумить меня Элана, но я ей сразу ответила:
— Думаешь, что меня поразит молния в этот самый момент?
Нелика тяжко вздохнула:
— Вот что бывает, ежели девица путешествует по иным мирам, в которых общается с разными подозрительными личностями!
— Вот что бывает, если девица общается и путешествует с богами, — смело ответила я. — А Искра и Бабочка тут совершенно ни при чем.
Только я произнесла последние слова, как в зале аптеки появились Нэя и ее большая темно-синяя кошка. Подруги дружно открыли рты.
— Ты нас звала? — удивилась лиловоглазая.