Итак, главным результатом работы президента Владимира Путина в течение 2004–2007 годов можно признать то, что «Россия вернулась на мировую арену как сильное государство, с которым считаются и которое может постоять за себя».
Возникшие по инициативе президента крупные госкомпании, прежде всего сырьевые, стали «важным инструментом внешнеэкономической и внешнеполитической экспансии России».
Российская валюта — рубль — начал претендовать на одну из резервных валют мира.
Создан и заработал Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана.
Разработана и представлена на суд российского народа стратегия развития России — 2020.
Таков далеко не полный перечень крупных достижений второго президентства Владимира Путина.
Ушел, чтобы вернуться. Дуумвират
Надо сказать, что Путин отдавал себе отчет в том, что крупным недостатком прежних лет было то, что за этот период «России пока не удалось уйти от инерционного энергосырьевого сценария развития». 2008 год протекал уже под руководством дуумвирата — президента и премьер-министра Российской Федерации. Началась новая, весьма необычная по форме управления полоса жизни страны.
В развитие мюнхенского заявления в ответ на продвигаемое Западом признание независимости Косова в июне Россия вышла из Договора по безопасности и сотрудничеству в Европе. Кроме того, руководство страны приняло решение о досрочном выводе военных баз из Грузии. Взаимодействие с Абхазией и Южной Осетией происходило не только на торговом, культурно-образовательном поле, но при выраженной поддержке сил Северо-Кавказского округа. Грузия же в это время проводила учения совместно с НАТО, в Черном море ждали появления американских кораблей. Обстановка становилась довольно напряженной.
Михаил Саакашвили, «оранжевый» президент Грузии, с согласия Путина подчинивший Аджарию, ожидал от Кремля следующих подарков в отношении Южной Осетии и Абхазии. Поэтому он, опьяненный успехом, ранее самодовольно заявил: «Мы должны начать переговоры, серьезные мирные переговоры с Абхазией и Южной Осетией по поводу воссоединения страны и решения нерешенных проблем. В Аджарии мы доказали, что можно действовать решительно и мирным путем. Это означает, что Грузия станет сильной и что мы, безусловно, попадем в Сухуми. Когда именно? Посмотрим». Однако следствием этнических чисток в 90-е годы явилось нежелание абхазцев и осетин возвращаться в Грузию, становиться ее гражданами, так как в надежде на Россию обзавелись и российскими паспортами с согласия Кремля.
Надо сказать, что в то время как Саакашвили призывал к объединению Абхазию и Южную Осетию с Грузией, отколовшаяся от Сербии провинция Косово провозгласила в феврале 2008 года свою независимость. И что важно: она тут же получила признание независимости и от западных стран.
Между тем Владимир Путин предупредил мировое сообщество о последствиях этого прецедента, так как он «ломает целую систему международных отношений, преобладавших не просто десятилетиями, а веками. Несомненно, это повлечет за собой целую цепочку непредвиденных последствий». По его мнению, правительства Запада здорово просчитались, так как «это палка о двух концах, и когда-нибудь другой конец поднимется и ударит их по голове». И как в воду смотрел.
Август начинался для России спокойно. Ничто не предвещало крупного конфликта с Грузией. Правда, с 1 августа начались эпизодические обстрелы Цхинвали с грузинских позиций. Об опасности этих провокаций предупреждал тогда МИД России. Но, кроме российской стороны, никто не высказывал опасений по этому поводу, ни Грузия, ни западные страны.
В ночь на 8 августа Грузия внезапно перешла в наступление на Южную Осетию, массированно обстреляв Цхинвали из тяжелого оружия, разрушив его и десять близлежащих деревень.
Журналист Руслан Ярмолюк, находившийся в Цхинвали вместе с миротворцами, так вспоминал о страшных событиях, очевидцем которых невольно оказался: «В 11 часов вечера в четверг по городу ударили системы залпового огня «Град» и артиллерия. Первые ракеты упали на территорию объединенной миротворческой части. «Грады» били до 4 часов утра. Бои завязывались и в городе: передовые части грузинского спецназа вошли в Цхинвали. В 10 часов утра пятницы наступает затишье. Выбираемся на поверхность, чтобы немного подышать. Включаем камеру и снимаем то, что осталось от казармы миротворцев. Но тут и началось самое страшное. Всего через пять минут по городу снова ударили «Грады». В Цхинвали ворвались грузинские танки. Все высоты вокруг города заняли грузинские войска. Под прикрытием артиллерии они завязали бои. Т-64 с грузинскими танкистами обрушили свою огневую мощь на улицы и дома. Без бронежилетов и касок лежим на полу. Головы поднять не можем — свистят пули и осколки. Рев гусениц приближается. Грузинский танк заехал на территорию миротворцев. Прямой наводкой бьет по уцелевшим зданиям. Рядом лежат еще три журналиста и оператор. Все, не сговариваясь, включили телефоны и отправили по одному SMS. Я написал жене: воспитай хорошо дочь. И — на пол. Спасли осетинские ополченцы, принявшие бой на улице и подбившие из РПГ два танка».
Накануне этих событий президент России ушел в плановый отпуск, который начался 4 августа. В этот день скончался писатель Александр Солженицын. Владимир Путин присутствовал на гражданской панихиде, а Дмитрий Медведев, не успев начать отдых, посетил отпевание в Донском монастыре и побывал на погребении писателя. Внимание же мировой общественности было сосредоточено на предстоящей Олимпиаде, которая должна проходить в КНР.
Грузинские власти начали свою военную операцию, надеясь молниеносно ее закончить и поставить мир перед фактом именно в день открытия Олимпиады в Пекине, когда внимание всего мира было приковано к стадионам, где начинались выступления спортсменов.
Владимира Путина весть о грузинском вторжении застала в Пекине, куда он приехал на открытие Олимпиады.
В руководстве России, получив известие о грузинской атаке в 10.30 7 августа, некоторое время сомневались, решится ли Саакашвили на войну с Южной Осетией в день открытия Олимпиады. Поэтому только утром 8 августа Дмитрием Медведевым было принято решение о том, чтобы защитить Южную Осетию с применением военной силы. Как он позже скажет: «Я эту ночь никогда не забуду». Это было первое решительное действие дуумвирата. Операция была проведена массированно и быстро. Все военные аэродромы, причалы в порту Поти, военные базы в Сенаки, в Хони, в Вазиани, авиационный завод, построенный еще в советское время, тбилисский аэропорт, радарная станция Грузии были подвергнуты точным ударам.
Россия продемонстрировала силу и волю, введя войска в Грузию, сказав тем самым Западу: хотите ввести войска НАТО? Попытайтесь это сделать: территория Грузии к вашим услугам, все военные действия будут развиваться вблизи Тбилиси, на грузинской земле, а не в Южной Осетии и Абхазии. В то же время российские корабли Черноморского флота перекрыли подход любых кораблей к Грузии.
«Это касается уже не только Грузии. Это касается Америки, ее ценностей…» — заклинал заокеанских покровителей президент Грузии. Почти все публичные заявления Саакашвили делал на фоне флага Евросоюза в расчете на то, что европейцы его не бросят. Стоны были услышаны. Госсекретарь К. Райс призвала Россию «не бомбить Грузию, уважать ее территориальную целостность и отозвать войска». Потом это же заявил и президент Джордж Буш.
В ответ президент Медведев заявил в Кремле, что «наши миротворцы и приданные им части осуществляют операцию по понуждению грузинской стороны к миру. На них также лежит ответственность по защите населения». Медведев четко дал понять Западу, что те, кто устроил катастрофу в Южной Осетии, должны за это ответить. «Все, что в наших силах, сделаем. Россия своих соотечественников в беде не оставит», — заявил Медведев.
«Уничтожение детей, стариков, расстрел миротворцев сравнимы только с преступлениями Гитлера. Нужно создать специальный трибунал по осуждению этого режима», — продолжил спикер Совета федерации Сергей Миронов, пообещав запустить процедуру парламентского расследования по фактам геноцида в Южной Осетии.
«Грузия совершила вероломное нападение, которое можно сравнить с нападением Гитлера на СССР», — объявил спикер нижней палаты парламента Борис Грызлов и добавил, что все это «часть избирательной кампании республиканской партии США».
Сьюмас Милн писал: «После всей этой бури возмущения агрессией России непросто вспомнить, что на самом деле войну в прошлый четверг начала Грузия — полномасштабным наступлением на Южную Осетию с целью «восстановления конституционного порядка» — иными словами, контроля над территорией, которую она потеряла после распада Советского Союза. В атмосфере праведного гнева на российские бомбежки прозвучали лишь очень скупые упоминания о зверствах, совершенных войсками Грузии в столице Южной Осетии Цхинвали против граждан, которых она считает своими. На прошлой неделе грузинские войска убили там несколько сот мирных жителей, а также российских военнослужащих, размещенных в регионе в соответствии с мирным соглашением, заключенным в 1990-е годы: «Я видел, как грузинский солдат бросил гранату в подвал, где было полно женщин и детей», — говорил во вторник журналистам житель Цхинвали Сарамат Цховредов… Может быть, так произошло потому, что Грузия — это, как ее назвал британский министр по европейским делам Джим Мерфи, — «прекрасная небольшая демократическая страна»? Да, она действительно красива и невелика, но как нынешний президент Михаил Саакашвили, так и его предшественник пришли к власти в результате переворотов, совершенных при поддержке Запада. Последний из них назвали для красоты «революцией роз». Тогда Саакашвили занял пост президента, с легкостью набрав 96 % голосов, а позже создал то, что Международная кризисная группа недавно охарактеризовала как «все более авторитарную систему правления», устроив в ноябре прошлого года жестокий разгром оппозиции и независимых СМИ. Похоже, что в этих случаях слово «демократический» означает всего-