— Кто вы такой? — спросил азиат. — Как вы это делаете?
— Скоро все узнаете, — сказал Аз и спрыгнул с трибуны.
Стены с шелестом соединились высоко над головами.
Гигантский блайк с сотней человек внутри рванул вверх, сквозь купольный потолок, мимо небоскребов, в небо.
Когда наступила невесомость, вопли поутихли.
Главы государств и правительств распределились по всему объему пузыря и теперь беспомощно барахтались, иногда сталкиваясь друг с другом. Кто-то пытался плыть, смешно дергая ногами. Кто-то изрыгал проклятия и обещал кары. Большинство находилось в прострации и ничего не понимало.
— Зачем нам вся эта толпа? — спросил Биг. — Хватило бы только тех, кто сидел на первом ряду. У остальных не то что ракет, самолетов нет. По идее, даже с первого ряда не все нужны. Только двое. Вот этот и этот.
— Я т-так и хотел. Поговорить, объяснить. И взять только тех, кто может помочь. Но сам видишь, разговаривать без аргументов с ними бесполезно. И фильтровать некогда. Пусть все видят, что происходит.
Земля удалялась. Она еще висела большим голубым серпом, но давала все меньше света. Уже виднелся розоватый зрачок Марса, а за ним редкая россыпь пояса астероидов.
— Ты хочешь нас всех отправить… туда? — недоверчиво спросила Альма.
— Нет. Там опасно. Могут заметить. Но нужно п-подобраться хотя бы на половину расстояния. Иначе не смогу показать.
— Кажется, они о чем-то сговариваются, — Ван кивнул на небольшую кучку президентов, висящих неподалеку. Те шушукались, изредка оглядываясь на робота.
Наконец от кучки отделился невысокий парламентер в темно-синем костюме и неуклюже подгреб ближе.
— Каковы ваши требования? — спросил он.
— Нет у меня никаких требований. М-можете считать это экскурсией. Скоро вернемся обратно. Не беспокойтесь, господин президент.
— Тогда ради чего все это представление? Вы хотите показать свои возможности? Вы что, суперзлодей из комиксов?
— Да нет у него никаких возможностей, — сказала обрюзгшая дама в фиолетовом юбочном костюме. Одна туфля слетела у нее с ноги, и она пыталась теперь ее поймать. — Вы что не узнаете? Это же типичные глюки от ЛСД. Я в молодости пробовала. Нам подмешали что-то в воду.
— Не узнаю, — сказал невысокий. — Не пробовал. Но вряд ли это глюки. Скорее, какое-то техническое приспособление вроде объемного фильма. Устроили из зала заседаний планетарий. Но детализация, конечно, впечатляет. Вопрос — зачем?
— Это как раз не вопрос, — вклинился рыжий. — Явно очередная выдумка Илона Маска. Завтра опять начнет деньги клянчить.
— Слушайте, — дама поймала наконец туфлю, но продолжала озираться. — Я, кажется, потеряла переводчик в этой суматохе. Не видели?.. — Она осеклась и посмотрела на соседей. — А почему мы друг друга понимаем? И почему вы все вдруг заговорили на немецком?
Некоторое время президенты и главы правительств остолбенело разглядывали друг друга. Потом одновременно повернули головы к роботу.
— Значит, вы все-таки пришелец, — сказал невысокий.
— Я н-не пришелец. Я с этой планеты. Такой же землянин, как и вы. Разве что немного п-постарше. И пожелезнее.
— А кто эти бойскауты? — спросил рыжий. — Супергерои?
— Это простые дети. Из разных стран. Они н-наделали глупостей и теперь хотят их исправить. Но без вас это вряд ли получится.
— Детям нужна помощь, — надулся рыжий. — Мы обязаны им помочь, — он наклонился к Бигу. — Что случилось, сынок?
— Да отстань ты, расист проклятый, — отпрянул Биг.
Рыжий широко улыбнулся.
— Это не мой избиратель.
— Увы, господин президент. П-помощь нужна всем нам. Взгляните. Видите эти точки? Их уже можно разглядеть невооруженным глазом.
— Я ничего не вижу, — подслеповато сощурилась дама.
— А если т-так?
Часть звездного неба впереди вдруг задрожала, расплылась и будто приблизилась в одно мгновение.
Черная туша одного из квадрумских дредноутов нависала сверху, освещенная красноватым отраженным светом недалекого Марса. Следом шли выстроенные в клин корабли сопровождения, и роились сотни истребителей.
— Они уже прошли марсианскую орбиту, — пробормотал робот. — Времени меньше, чем я думал.
— Что это? — спросила дама.
— Инопланетный флот. Настоящие пришельцы. Н-не такие, как я.
— Выглядят агрессивно, — сказал невысокий.
— Т-так и есть. Они не будут вести переговоры. Вы для них — ошибка природы. Они пришли, чтобы вас уничтожить. Завтра они уже будут на орбите Земли. У вас меньше суток, чтобы приготовиться.
— Да что вы ему верите! — вскричал джентльмен с бакенбардами. — Все это какое-то мошенничество. Сказки. Мы сидим в зале, а нам показывают кино.
— С невесомостью? — спросил кто-то.
— Думаете, ее сложно устроить? — отмахнулись бакенбарды.
— Вчера космическая разведка докладывала о странных объектах в поясе астероидов, — сказал невысокий. — Думали, что это осколки какой-то малой планеты. Рассчитывали вероятность столкновения с Землей. Но инопланетный флот тоже неплохое объяснение. Всегда лучше готовиться к худшему.
— Ладно, — сказала дама. — Пусть инопланетный флот. Но может у них мирные намерения? Мы же не обязаны верить этому… фокуснику.
— В-вы никому не обязаны верить. Вы привыкли, что все вокруг лгут. И вы тоже. Поверите вы только когда сгорят ваши города.
— Не пугайте, — скривился рыжий. — Пока я вижу лишь несколько ржавых корыт. И не знаю, на что они способны.
— Я в-вам покажу.
Робот закрыл глаза.
Флот исчез. Медленно угасли звезды. Наступила кромешная тьма.
Огненное зарево полыхнуло вдруг со всех сторон сквозь черный клубящийся дым, и они увидели нависающий над головами горящий город. Высокие здания медленно рушились, осыпаясь в море пылающей лавы. Там, где уже не было огня, черные обугленные остовы простирались вплоть до самого горизонта. А сбоку, совсем рядом с пузырем, висел хищный силуэт квадрумского дредноута. Слепящие столбы то и дело вырывались из его брюха, и казалось, что дредноут связан с городом огненными колоннами.
— Что это за планета? — спросил рыжий.
— Земля. Предыдущий визит Квадрума. Тогда они уничтожили в-все города. Почти всех жителей. После чего высадили десант из отморозков и зачистили все, до чего дотянулись. Теперь они снова здесь, чтобы завершить начатое.
— У их кораблей есть слабые места? — спросил невысокий.
Робот усмехнулся.
— Если думаете послать какого-нибудь мускулистого героя, который подложит бомбу в корабль-матку, как это случилось в одном из ваших фильмов — забудьте. Так не получится. Тут нет матки. Все их корабли автономны. Даже мелкие штурмовики вполне могут нанести вам серьезный урон без связи с большими кораблями.
— Если нет никаких шансов, зачем вы нам все это показываете? Чтобы мы помолились перед смертью?
— Шансы всегда есть. Массированный ракетный удар вполне может ликвидировать часть опасности. Вряд ли их щиты намного лучше тех, что были раньше. Скорее хуже. Но главный ваш шанс не в этом.
Тьма с горящим городом исчезла, и снова проявились звезды.
— Следом за флотом Квадрума идет еще один флот.
Картинка сменилась. Теперь вместо дредноутов и стаи штурмовиков на фоне звезд разворачивались причудливые конструкции, напоминающие перепонки.
— Что? — спросил рыжий. — Еще один флот зеленых человечков? Здесь что, медом намазано?
— Они вам не друзья, — сказал робот. — Если Квадрум хочет вашего уничтожения, то эти скорее хотят использовать вас и ваши ресурсы. Но они враги Квадрума. А значит с ними можно договориться.
— И каким образом? — спросил невысокий. — Вы можете наладить связь?
— Связь вы можете наладить сами. Эти существа уже давно живут на Земле. Их было мало, но сейчас они нашли способ вызвать помощь с материнской планеты. Возможно, они даже есть сейчас среди вас.
Главы государств и правительств запереглядывались, напугано рассматривая друг друга.
— Спорим, они тут все рептилоиды, — шепнул Биг Максу. — Особенно наш рыжий и ваш мелкий.
Робот повернулся к Киане и тихо сказал:
— Надо им показать. А то ведь не поверят.
Киана опустила голову и медленно стянула с глаз защитную пластину.
— Момент истины, — прошептал Биг. — Сейчас мы узнаем, кто нами правит.
Звезды засияли ярче. Воздух стал кристально чистым и сквозь него, словно через увеличительное стекло стало видно все, чего нельзя было различить раньше.
Люди удивленно озирались.
Потом в центре толпы кто-то вскрикнул. Потом еще. Толпа пришла в движение, снова послышались истеричные вопли. Кто-то в голос зарыдал. Люди дрыгая конечностями ринулись подальше от центра, отталкивая друг друга и прыгая по головам. Толпа быстро разошлась в стороны, прижалась к стенкам пузыря, оставив в середине широкое пустое пространство.
В самом центре висел, нервно поглаживая галстук, рептилоидный джентльмен в элегантной тройке. Бакенбарды еще сохранились, но на глазах превращались в какие-то чешуйчатые отростки.
— Э… В чем дело? Что случилось? — потом заметил свои бугристые лапы и оторопел. — Стойте… Как это… Я все могу объяснить.
— Вот это да… — протянул рыжий, подбираясь к нему. — Оказывается, вы существуете. Так и знал. Знал, что дело не чисто. Вот же уроды! Кто бы мог подумать! Ну теперь вы за все ответите! Признавайся, гнида! Наши демократы тоже из вашей банды?!
Кто-то схватил его за фалды пиджака, пытаясь оттащить назад, но рыжий рассвирепел и уже сгреб ящера за горло.
— Не трогайте! — пискнул тот. — Я буду жаловаться ее величеству!
Робот разочаровано махнул рукой.
— Ясно. Вряд ли союз в-возможен. Люди не любят чужаков. И никакая толерантность это не изменит.
— И что делать дальше? — спросила Альма.
— Не знаю. В-возвращаемся.
Ван кивнул, и его руки покрылись пиксельной сеткой.
— Если бы н-не твоя карта, я бы не смог вас вытащить, — сказал робот Максу, когда погоня, наконец, отстала. Последняя двойка истребителей развернулась обратно к Нью-Йорку, выпустив на прощание по ракете. — Большинство из отмеченных на ней точек я знал, но несколько были м-мне неизвестны. За ту неделю, пока вы прохлаждались, сидя в архиве, я посетил большинство из них.