Джон задумчиво потер рукой лоб:
— И что ты собираешься делать?
— Сейчас? Я передаю тебе обратно свое президентство и увольняюсь из компании. По крайней мере моя совесть будет чиста, — с довольной улыбкой проговорил Ник.
— И этим ты хочешь решить все свои проблемы? — спросил Джон. — Все равно тебе надо назвать ей свою настоящую фамилию. Чем дольше ты будешь тянуть, тем хуже.
— А когда будет время?
Неясный шум заставил Ника оглянуться, и на его озабоченном лице сразу появилась счастливая улыбка, стоило ему увидеть высокую фигурку Аби в его коротком купальном халате, появившуюся в дверях.
— Я вам помешала?
— Что за чушь! — улыбнулся Джон. — Как раз вовремя. Кофе готов, — сказал он, уступая ей свой стул.
Ник уселся с ней рядом.
— Как рука? — спросил он и, не удержавшись, провел пальцем по синей жилке.
Аби сморщила нос.
— Болит, — призналась она. — Хорошо, что вы заставили меня немного поспать.
Ник рассмеялся:
— Как это случилось? — с неподдельным сочувствием спросил Джон, накрывая на стол.
— Очень глупо, — Аби положила два кусочка сахара в чашку. — Я была ужасно злая, потому что получила еще одно угрожающее письмо из дурацкого "Кредита-Х", и решила вынуть из витрины их объявление.
Ник закашлялся, и отец протянул ему салфетку.
— Что они вам написали? — спросил он, отвлекая внимание от сына.
— Компанией управляют два дурака: один дурак — человек, другой — машина. Два месяца я пытаюсь выяснить с ними отношения. Сколько я ни писала им писем, они все мне угрожают из-за неправильно заполненных бланков. Ну вот, один приятель посоветовал мне кое-что сделать с их компьютерными картами.
— И это решило ваши проблемы? — спросил Ник не своим голосом.
— Поначалу я думала, что да, а сегодня получила сразу два письма. Одно — от компьютера, напоминающего мне, что я забыла прислать отчет, отчего они вправе отказать мне в кредите.
— А другое? — спросил Джон.
— Ну, просто торт со льдом, — сердито заявила Аби. — Другое — от президента компании, предлагающего мне льготное кредитование, потому что-де у меня прекрасно идут дела. — Она покачала головой. — Представляете, какие нервы у этого Баррета Бэннета? Нет, мне от них никогда не избавиться.
Джон обменялся взглядом с Ником. Вот и первая возможность все поставить на свои места.
— Немногие фирмы удостаиваются таких льгот от кредитных компаний, — забросил крючок Ник.
— Ну да! Стоит только заглотнуть наживку, и все, — с горечью произнесла Аби и, опустив глаза, принялась разглядывать столешницу.
В заднюю дверь постучали, и путь к выяснению отношений был отрезан.
— Аби, как ты? — одновременно крикнули Клер и Ди входя в комнату. — Мы встретили доктора Клэймора в аптеке и он нам все рассказал.
— Прекрасно, — радостно улыбнулась им Аби. — К счастью, Ник оказался рядом, и первая помощь мне была обеспечена.
— Да, доктор Клэймор сообщил нам об этом, — насмешливо проговорила Ди, не отрывая глаз от купального халата, и Аби от стыда вспыхнула.
Ник встал и представил семейству своего отца.
— Я так благодарна вам, Ник, — сказала ему Клер. — Я же знаю свою упрямицу. Она ни за что ни у кого не будет просить помощи. Наверняка хотела ограничиться повязкой…
— Когда я ее увидел, она как раз искала бинт, — рассмеялся он.
— Вы не представляете, сколько было шуму, когда ей два года назад удаляли аппендикс, — не удержалась Ди. — Тогда ей тоже нужна была только повязка.
— Ладно, ладно, — сказала Аби. — Я действительно капризная пациентка. Но завтра моя рука будет словно новенькая, и я займусь делами.
— Делами! Завтра! — тяжело вздохнула Ди. — Ну что с ней делать? Доктор сказал: отдыхать не менее двух дней.
— Хватит и одного дня, — заупрямилась Аби.
— Нет, и завтра тоже отдыхай, — твердо заявила Клер. — Мы с Ди и без тебя управимся.
— Но мне нужно завершить сегодняшние дела.
— Послушай, Аби, если шов разойдется, вот тогда ты надолго выйдешь из строя.
Доктор тебя тоже знает. Ты ведь не можешь даже недолго посидеть спокойно.
— А что мне целый день делать дома? — не желала сдаваться Аби.
— Тогда помогите мне, — предложил Ник, и женщины вспомнили, что они не одни в комнате.
— Как это помочь вам? — полюбопытствовала Аби.
— Вычитайте мою рукопись, то есть исправьте в ней орфографические ошибки. Заодно отдохнете. Вам же нетрудно будет сделать это. А я, кстати, еще и выслушаю суровое мнение критика.
Аби молча кивнула. Джон, который с интересом поглядывал на Клер, вдруг спросил:
— Вы не возражаете, если я завтра помогу вам в магазине? Ведь дамам не следует таскать тяжести, а я только что из отпуска.
Клер улыбнулась, не зная, как ей отнестись к этому, и в ответ только молча кивнула.
5
— Что за смех, женщина? — довольно сердито, хотя и с улыбкой спросил Ник, отодвигаясь от письменного стола. — Это не юмористическое произведение, а детектив.
— Да ошибки! Прелесть. "Я его люблю, повторяю вам, — разувшись от гордости, произнесла она".
Аби надула щеки, и Ник не выдержал — фыркнул.
— Ладно, печатаю я не очень бойко, — он подошел к обеденному столу, за которым она сидела. — Как рука? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.
Аби сморщила нос и встала. Она была в шортах и красной майке без рукавов, и, хотя на улице нещадно палило солнце, от нее исходила удивительная свежесть.
— Побаливает, но все равно хорошо, — она пожала плечами. — Странное какое-то состояние, когда не работаешь, бездельничаешь.
Ник вздохнул и, положив руки ей на плечи, вновь усадил ее на стул.
— Даже президенты компаний имеют право на больничный лист, — вспомнил он своего секретаря-референта. — Будь паинькой, а я приготовлю ленч. Мне не много осталось. — Он наклонился, коснулся губами ее лба и вернулся к своему письменному столу.
А Аби никак не могла сосредоточиться. Ее глаза отказывались читать текст, их словно магнитом тянуло в сторону Ника. Она медленно скользила взглядом по его затылку, по широким плечам. Физически Аби находила его безупречным. Духовно еще никто не воздействовал на нее с такой силой, как он. Как Аби ни была недовольна собой, она вынуждена была признаться самой себе, что Ник ей нравится. Даже слишком нравится. Все утро она провела, вычитывая его роман и пытаясь найти между строк историю жизни автора.
Она отрецензировала достаточное количество книг, чтобы понять: какими бы надуманными ни были персонажи, личность автора и его чувства обязательно проявятся. Ник ей нравился, и она чувствовала, что может найти у него понимание. Она даже стала отвечать на его шутки, чего с ней не было уже четыре года.
Ей не хотелось отгораживаться от него. В ее жизнь вошло что-то новое.
Голос Ника вывел ее из задумчивого состояния, и она отправилась следом за хозяином на кухню.
— Сейчас будет ленч, — сказал Ник, доставая из холодильника салат, огромные помидоры и копченую свинину.
— Как приятно болеть, — сказала Аби, — не надо ничего делать.
— Приготовь тосты. А как тебе нравится книга?
— Я думала, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.
— А ты подбираешь ключи к моему сердцу? — заинтересованно спросил Ник, поднимая на нее глаза.
— Это только пословица, — смутилась Аби и сразу же занялась тостами.
— Так и быть, на этот раз, — смилостивился Ник, — я позволю тебе сорваться с крючка, рыбка.
— Можно, я позвоню? — спросила она, стараясь уклониться от этой опасной темы. — В магазин.
— Зачем?
— Затем, что я хочу проверить, как идут дела. Спрошу, нет ли писем и не нужна ли помощь, — сказала она, наморщив свой гладкий лобик.
— Думаешь, твоя мама не позвонила бы сюда, если бы им потребовалась помощь? Неужели ты не можешь хотя бы на один день забыть о своем магазине?
— Мой магазин очень для меня важен. Твои романы тоже важны для тебя, ведь правда? Ты ведь хочешь, чтобы каждая написанная тобой строка была совершенна?
— Это совсем другое дело. Я…
— Ну, конечно же, совсем другое! — взвилась Аби, обиженная его покровительственным тоном. — Просто ты мужчина и думаешь, как мужчина. Удивляюсь, как это ты можешь поджаривать на ленч своего ближайшего родственника, — насмешливо проговорила она, намекая на бекон.
— Чего ты злишься?
— Я злюсь? Да я в ярости! Ты меня удивляешь. Я-то думала, что ты все-таки не мальчишка. Ну как можно так рассуждать?
— Подожди! Ты не поняла…
— Ты все время учишь меня, — перебила она, — как мне работать, как жить. А ведь мы знакомы всего три дня.
— Да я совсем не пытаюсь читать тебе нравоучения, — растерянно сказал Ник, не зная, как ее успокоить. — Я вижу, что ты умеешь работать. Умеешь трудиться с полной отдачей сил. Ди сказала, что ты только первый год отказалась от второй работы.
Аби топнула ножкой, недовольная своей сестрой:
— У меня не было другого выбора. Нам не хватало средств на жизнь, — она чуть не плакала.
— Я не понимаю…
— Ты никогда не поймешь.
Ник покачал головой:
— Если тебе нужна была финансовая поддержка, ты могла бы взять кредит.
Аби горько рассмеялась:
— И чем бы все это кончилось?
— Аби, перестань говорить загадками! — не выдержал Ник. — Можно подумать, у тебя такое страшное прошлое, что и рассказать нельзя. Может, ты убила кого-нибудь?
Аби едва не задохнулась от горечи воспоминаний и закрыла глаза, не в силах больше сдерживать жгучие слезы.
— Ты прав. Убила.
В кухне повисла тяжелая тишина. И если бы не бекон, от которого уже пошел дым, Ник еще долго бы не пришел в себя.
— Аби, что ты говоришь?
Не дождавшись ответа, он обернулся к ней от плиты, но ее уже и след простыл.
Аби слышала, как Ник зовет ее, но не ответила ему. Она спешила спрятаться среди камней, где тень, море и покой, где волны разбиваются о прибрежные скалы. В конце концов его голос остался вдалеке, и она могла перевести дух наедине с морем.