Леа попыталась увернуться, она даже укусила советника за палец. Он взвыл от боли, но хватки не ослабил, и после недолгой борьбы Леа была связана. Советник, выхватив из-под драной мантии кинжал,приставил его к горлу девочки.
-- Молчи, или я убью тебя.
Дождавшись, пока Маленький Крокодил со своими пленниками скроется, советник вытер пот трясущейся рукой, несколько раз глубоко вздохнул и спросил:
-- Почему ты не выполнила приказ?
-- Какой приказ? -- изумилась Леа.
-- Ты была в ракете.
-- Была, -- машинально подтвердила Леа, не сообразив, что как раз этого говорить не следовало.
Советник заметил ее замешательство и усмехнулся.
-- Напрасно ты пытаешься что-то скрывать. Мы повесили на шею твоему зверю передатчик и следили за всеми вашими перемещениями. Поэтому мы знаем наверняка, что в ракете вы были. Но почему тогда ракета нас не подпускает?
-- Спросите у Тайлона сами.
-- Та-ак, понятно. Значит мальчишка жив.
Только теперь Леа поняла. Она сразу вспомнила, как разозлился Умный Камень, когда по просьбе орла заглянул в ее мысли. Вспомнила, о чем говорили советник и магистр в ратуше. Они хотели внушить ей,чтобы она убила Тайлона! Чтобы она помогла овладеть ракетой! И Леа плюнула в лицо господину второму советнику.
Того передернуло. Он вытерся, сжал кинжал так, что пальцы побелели, но овладел собой и опустил руку.
-- Нет, не надейся. Тебе еще предстоит рассказать все, что ты узнала. Что произошло в ракете. Почему ты не выполнила приказ магистра. Почему чудовища мешают нам. Ты все это знаешь, я уверен. И все это расскажешь. Никто не может противостоять мастерам первого советника, они превосходно умеют добывать правду у самых молчаливых. А нам эта правда понадобится.
Внезапно стало темно. Леа и советник невольно подняли головы. На солнце надвигалась плотная черная туча -- не то серое покрывало,которое постоянно висело над городом, а густая, непроницаемая чернота, сверкающая молниями. Но, странное дело, грома не было слышно. Туча пульсировала, то набухая, то сжимаясь. Она ползла по небу судорожными толчками, постепенно опускаясь все ниже и ниже. Вскоре она уже цеплялась за вершины деревьев. В воздухе резко и неприятно запахло. Из раздувшегося брюха тучи выскочило множество крутящихся черных столбов.
-- Смерчи, -- прошептал позеленевший советник. -- Откуда их столько? Они ведь нас утащат...
Перепуганная Леа вообще потеряла дар речи.
Смерчи опустились к самой земле и вцепились в нее, удерживая тучу на привязи. Снова сверкнули молнии, сейчас уже разноцветные -- красные, синие, зеленые. От их огня такими же яркими светящимися красками загорелась туча, лишь смерчи остались матово-черными. Послышалось сдержанное гудение, шорох, скрежет. Смерчи начали двигаться. До сих пор они безвредно крутились, теперь начали засасывать в себя обломки, мусор, изуродованные железки,обгоревшие доски, валявшиеся повсюду. Прозвучало несколько истошных воплей -- похоже, не все стражники успели убраться с пути смерчей.
Сколько прошло времени -- Леа не помнила. Смерчи перестали двигаться так же неожиданно, как начали. Они втянулись в тучу, и та стремительно, словно ее кто-то крепко пнул, умчалась прочь.Вскоре уже ничто не напоминало о разыгравшейся здесь недавно нелепой битве. От армии, пришедшей в Неправильный Мир, не осталось и следа.
Леа взглянула на перепачканное лицо советника и испугалась. Его глаза были слепы от бешенства, он не замечал ничего вокруг, весь дергался, на губах выступила пена.
-- Мстить... Уничтожать... Убивать... -- хрипел и бесновался он. Но потом кое-как успокоился. -- Я вижу, старые летописи изрядно привирали, рассказывая о Неправильном Мире. Опасности! Чудовища! Детский лепет... Те, кто это сочинял, не имели ни малейшего представления о действующих здесь силах. Я и представить себе не мог ничего подобного. Но мы еще поборемся. Только бы мне вырваться из этой западни.
Леа хотела было сказать, что никто его в эту западню не тащил, сам пришел, но почла за лучшее промолчать. Уж очень советник напоминал повредившегося умом. Такой убьет запросто и не вспомнит об этом.
Советник замер, прислушиваясь. До Леа долетел глухой топот. Он становился громче -- кто-то приближался. Советник облизал пересохшие губы, кривясь, посмотрел на кинжал и отшвырнул жалкое оружие прочь. Встал и вышел из кустов.
-- Стойте! -- услышала Леа его радостный вопль. -- Подождите! Я здесь! Вот он я!
Началась бешеная скачка. Леа впервые сидела верхом на лошади, и ее на всякий случай привязали к седлу. Трава, кусты, камни, небо, деревья -- все металось и тряслось в сумасшедшем танце. При каждом скачке у нее лязгали зубы, она едва не прикусила язык. И вообще верховая езда оказалась занятием крайне неприятным и болезненным.
Позади остались гарь и разгром, быстро смолкли истошные вопли. Пару раз над ухом что-то неприятно просвистело, но советники гнали, не останавливаясь. Вот навстречу им метнулась фигура с растопыренными руками. Второй советник даже не подумал подобрать стражника. Он пришпорил лошадь и бросил ее прямо на беднягу. Страшный удар отшвырнул человека в сторону. Что происходит?
-- Потеряно все, и честь впридачу, -- угрюмо усмехнулся первый советник, тяжело спрыгивая с лошади. Влажная земля смачно чавкнула под сапогами.
-- Зачем так пессимистически? -- Второй советник, кряхтя, слез на землю, поморщился и застонал. -- Кошмар. Эти лошади сверху ужасно узкие. Я удивляюсь не тому, что ты удерживаешься на ней, а той уверенности, с которой ты это делаешь. По мне, так машины гораздо приятнее.
-- Твои машины уже крупно подвели нас, -- проворчал первый советник.-- Как мы теперь покажемся в Городе? Ни армии, ни оружия, ничего! Совершенно ничего. Магистр ведь сожрет нас с нутром и перьями! Чтоб ему сгореть! Мы потеряли власть, лопнули, как мыльные пузыри.
Второй советник предостерегающе поднял руку.
-- Я не смотрел бы на вещи так мрачно. У нас кое-что осталось.
-- Кто-то не столь давно сам говорил о глупых авантюрах... -- Первый советник горько усмехнулся. -- И вдруг такой прилив бодрости... Нет, мне кажется, наше время кончилось. Единственной реальной силой в Городе остаются лаборанты магистра. Этот мерзавец знал, что делал, когда обучал своих головорезов владеть оружием. Ведь не поймешь, что у него -- лаборатория или казарма. Они стреляют лучше моих стражников, и будь сегодня здесь они...
-- Все кончилось бы точно так же, -- перебил второй советник.-- Нас смяли бы в любом случае, какие бы силы мы ни бросили. Ты понял, что они объединились? Прохлопал мерзкого мальчишку, и вот результат. Старый Мир и Неправильный Мир вместе! Как он сумел? Магистр болван! Игрался в свои игрушки: генетическая память, консервация знаний... Следовало перестрелять их всех сразу!Потомки первого экипажа, видите ли... Ты тоже упустил...
-- Что сделано -- то сделано, -- огрызнулся первый советник. -- Не стоит ворошить старые ошибки, нужно трезво оценить сложившуюся обстановку и решить, что делать дальше. Ты тоже видел панацею в своих машинах и пушках. Где теперь и те и другие?
Двое уцелевших стражников сдернули связанную Леа с лошади, швырнули на сырую траву, начали разводить костер.
-- Главное сейчас -- вырваться из Неправильного Мира, -- сказал первый советник, протягивая к огню дрожащие ладони. -- Может, не будем терять время на остановки?
-- Ехать ночью через болота? Я не сошел с ума, есть более приятные способы самоубийства, -- бросил второй советник, ковыряясь со странным металлическим ящиком, из которого торчал суставчатый медный прут. -- Мы днем утопили половину пушек и потеряли много людей, а уж в темноте... Да никто потом и рассказать не сможет, где мы пропали. От нас к утру и пузырей не останется.
-- Грустный финал, -- кисло поморщился первый советник.
-- Ничего, -- довольно бодро ответил второй советник. -- Кладовые арсенала не опустели, я собирал запасы долго и упорно. Вы совершенно напрасно связали мне руки, ограничив выбор оружия. В конечном итоге это ударило по нам же. Нельзя чуточку вести войну. Одно из двух: или мы воюем, или нет! Середины здесь не существует. Мы просто обязаны были применить все имеющиеся у нас средства. Ты сам слишком увлекся закулисными маневрами, забыв, что существует предельно простой, а следовательно предельно надежный способ разрешения любого вопроса -- сила. Ударь как можно крепче -- и проблема исчезнет.
-- Но ведь мы решили, что ракета нам нужна. Поэтому и нельзя было уничтожать ее.
-- И ты не помнишь, кому именно пришла в голову эта светлая мысль? Кому именно понадобилось средство устрашения, которое нельзя пустить в ход?
Первый советник дернулся.
-- Отлично помню. Магистру.
-- Трижды негодяй! -- Второй советник задохнулся, с треском рванул мантию, вскочил и забегал вокруг костра. -- Я сам перегрызу ему глотку. Втравил нас в гибельную авантюру, а сам остался в стороне. Ловким маневром вывел из Города все наши силы, причем я не сомневаюсь, он предвидел роковой исход экспедиции. Обезоружил нас и мнит себя королем. Ну нет! Скорее я взорву арсенал со всем содержимым, -- мрачно добавил он.
Первый советник опустил голову, спрятав лицо.
-- Нет, ты не сделаешь этого. Не посмеешь.
-- Почему? Посмею, да еще как! У нас сейчас нет выхода. Либо мы одним ударом восстановим положение, либо нас прикончат. И мне будет совершенно безразлично, кто это сделает. Пристрелят ли нас лаборанты или повесят любящие горожане -- мне будет одинаково неприятно. Про лесовиков я уж и не говорю, этим вообще лучше не попадаться. Я совершенно уверен, что всем уже известно о нашем поражении и нас попытаются заставить заплатить по счетам. А я не хочу подыхать! Но если придется, то постараюсь захватить с собой на тот свет как можно больше попутчиков. В хорошей компании помирать не так страшно. Если с тобой целая толпа, даже немного весело.
-- Ты рехнулся? Уничтожить Город? За что?
-- Какое мне до него дело? Игра еще не кончена, мы проиграли битву, но не войну. Просто мы неправильно определили врага, сначала нужно было раздавить змею, притаившуюся в нашем доме, а потом бить врага снаружи. Но еще не поздно развернуть орудия в правильную сторону. С этими поквитаемся позже.