— Так мне вас завтра ждать? — услышали мы вслед.
Мы не ответили, а лишь ускорили шаги. Потом запрыгнули в Маришин «Опель» и поскорей смотались.
— Как ты думаешь, он нас преследовать не будет? — спросила Мариша, напряженно вглядываясь в зеркало заднего вида.
— С какой стати? — удивилась я.
— Ну, как своих потенциальных рабынь, которые смотались, не попрощавшись, — объяснила мне Мариша.
— Скорей всего, нет, — ответила я. — Судя по всему, мы ему не слишком приглянулись. Одеты в «лохмотья», понимаешь ли.
Мы с Маришей переглянулись и от души захохотали над Валериком, видимо, позабывшим, как должна выглядеть порядочная женщина.
— Заедем в кафе? — предложила Мариша. — Хочется посидеть немного, расслабиться. А то все трупы, а дома у тебя эти фуони с их вечными проблемами. Видеть их уже не могу.
Я ничего против кафе не имела. Мариша оставила свою машину на стоянке возле соседнего дома, и мы отправились в кафе, которое находилось неподалеку от моего дома. К сожалению, там играли свадьбу какие-то южные люди, поэтому кафе для остальных посетителей было закрыто. Нам с Маришей пришлось топать в другое кафе, через три автобусные остановки от моего дома. Но к тому времени, когда мы туда дошли, кафе уже закрывалось. А мы по пути успели так основательно напиться пива, что особо расстраиваться по этому поводу не стали.
— Пошли домой? — спросила Мариша.
Я кивнула.
— Я переночую у тебя, — предупредила меня подруга. — За руль я в таком виде не сяду. У меня перед глазами все плывет.
— Ночуй, конечно, — великодушно разрешила я.
Потом мы поймали такси и поехали домой. Оказавшись дома, я первым делом подумала про аквариум. Что за проклятье! Теперь я даже расслабиться толком не могла. Все время мои мысли возвращались к аквариуму и его обитателям. Как они там? Живы ли еще? Благополучны ли?
— Пойду пожелаю рыбкам спокойной ночи, — сказала я, открыв дверь в свою квартиру и запустив туда Маришу.
— Угу, — сонно пробормотала Мариша. — Передавай им от меня привет. И корму задай. А я тебя, если не возражаешь, здесь подожду. На диванчике.
И я пошла. До соседней квартиры было всего несколько шагов. Я их преодолела и попыталась вставить ключ в замочную скважину. Вставиться он вставился, но поворачиваться никак не хотел. Отнеся эту странность за счет своего опьянения, я вытащила ключ и вставила его другой стороной. Но и так он тоже не поворачивался.
Покрывшись холодным потом, я представила себе, как бедные полумертвые от голода фуони плавают в своей роскошной гробнице, пока я пытаюсь взломать железную дверь. Воображение под действием алкоголя услужливо нарисовало картину, когда появившийся наконец Михаил начинает требовать у меня отчет о своих скончавшихся от плохого ухода рыбках. А я тщетно пытаюсь объяснить ему, что просто не могла попасть в квартиру. Разумеется, он мне не верит. И считает, что я просто халатно отнеслась к его просьбе.
Пошатываясь и держась за стены, я вернулась обратно к себе домой. Мариша уже бессовестно дрыхла у меня на диване. Я подергала ее за ногу, и она зашевелилась.
— Ну, чего тебе? — пробормотала она. — Дай отдохнуть!
— Мариша, у нас опять проблемы, — сказала я дрожащим голосом.
— Придумала бы чего-нибудь пооригинальней, — хмуро ответила мне Мариша. — Что на этот раз?
— Дверь! — простонала я. — Дверь не открывается.
— Господи, какая еще дверь? — села на кровати Мариша.
— Дверь в соседнюю квартиру, — объяснила я ей. — А там рыбки. Они голодные. И вообще, мало ли что с ними. Вдруг они задыхаются? Или вода им не подошла, и у них аллергия или язвы по всему телу. Я читала, такое может быть.
— Сейчас мы все равно ничего с дверью не сделаем, — подумав, сказала Мариша. — Она ведь в квартире Михаила железная?
Я кивнула.
— Ну, а, значит, чтобы ее вскрыть, нужен специалист. Завтра вызовем.
— Мариша! — взмолилась я. — Помоги, а? Может быть, я просто ключ не так поворачиваю. Может быть, в этом и дело?
— А чего ты от меня хочешь?
— Ты встань, пойди и попробуй открыть дверь, — заканючила я.
— Да с какой стати? — вскипела Мариша. — Ты ведь сто раз на моих глазах отлично справлялась с замком. Я же его вообще ни разу не открывала.
— Ну, Мариша! — продолжала я ныть.
Видя, что уснуть я ей все равно не дам, Мариша тяжело вздохнула, взяла у меня из рук ключ и отправилась ковыряться в дверях соседской квартиры.
— Ну и в чем дело? — сердито спросила у меня Мариша, когда не успела она вставить ключ в замочную скважину, как дверь открылась. — Тут же не заперто!
— Не знаю, — растерянно сказала я. — У меня ключ не поворачивался.
Мариша покачала головой, и мы вошли в квартиру. Мариша двигалась впереди, но вдруг застыла. Наткнувшись на ее спину, я тоже вынуждена была остановиться. Что было причиной внезапной остановки, я не видела. Мариша преграждала собой весь дверной проем в комнату.
— Что ты застыла? — сердито спросила я у Мариши.
Мариша немного посторонилась и очень мрачно сказала:
— Говорила же тебе, лучше бы мы сюда пришли завтра.
Я заглянула в комнату через ее плечо. И наступил мой черед окаменеть. Потому что на полу лежал Михаил. Верней, на полу был его труп. В том, что это именно труп, не оставляла сомнения рукоятка ножа, которая торчала у него из груди. И в том, что убитый именно Михаил, тоже не было никакого сомнения. Я достаточно часто встречалась с убитым, чтобы сейчас опознать его.
— Ох, мамочки! — выдохнула я. — Мариша, он же мертв!
— Сама вижу, — кивнула моя подруга. — Не слепая.
— И что делать? — пропищала я. — Может быть, уйдем и сделаем вид, что ничего не случилось?
Мариша обернулась и выразительно покрутила пальцем у виска.
— Рано или поздно его найдут, — сказала она мне. — И тогда во сто крат будет сложней оправдаться перед ментами.
— Да что тут такого? — удивилась я. — Он мне, в конце концов, совсем не родной. Он мне даже почти незнакомый. Так, сталкивались пару раз в коридоре… — лепетала я.
— Какая разница?! — вскипела Мариша. — Последние несколько дней мы с тобой занимаемся активными розысками этого типа. Всем уши прожужжали, что хотим его найти. И вот теперь этот тип лежит мертвый. В квартире, от которой, между прочим, у тебя есть ключи. А дверь не взломана.
— Ну и что? — продолжала недоумевать я.
Похоже, вид мертвого Михаила окончательно отбил у меня способность соображать. И хотя чего я так разволновалась? Ведь действительно посторонний человек. К тому же не очень порядочный. Жену бросил, а дочерей в публичный дом пытался продать. Кстати сказать, может быть, и вполне удачно это провернул.
Тем временем Мариша осматривала входную дверь.
— Странно, — сказала наконец она. — Замок тут такой, что открыть и закрыть его можно только ключом, что с одной, что с другой стороны. Когда мы пришли, дверь была открыта. То есть убийца не потрудился ее за собой прикрыть. Вряд ли он это сделал из-за простой небрежности. Наверное, у него просто не было ключа.
— Он мог взять ключ Михаила, — сказала я. — У Михаила ведь был второй комплект ключей от квартиры. Один он дал мне, а второй оставил себе. Иначе бы Михаил к себе в дом сегодня вечером просто не попал бы. Так что убийца мог взять ключ от дверей у Михаила и запереть за собой дверь.
— Но почему-то этого не сделал, — ответила Мариша. — Слушай, ты не думаешь ведь, что Михаил тут уже давно валяется, а мы его просто не заметили, когда последний раз тут были? Ну, перед тем как на Ириновский ехать?
— Не думаю, — помотала головой я.
— А раз так, значит, все произошло за то время, пока мы болтались с проститутками, — сказала Мариша. — Михаил вернулся к себе домой, потом к нему пожаловал гость, потом гость убил хозяина и ушел. А мы, наоборот, пришли.
После этого Мариша деловито, но осторожно подошла к телу и потрогала.
— Еще теплый, — сказала она. — Похоже, его убили совсем недавно.
— Ой! — воскликнула я. — А может быть, у меня потому ключ в замке не поворачивался и потому я не могла попасть в квартиру, что внутри сидел убийца, а в замке изнутри был вставлен другой ключ?
— Вполне возможно, — пробормотала Мариша. — И это объясняет, почему убийца не стал запирать за собой дверь. У него попросту не было на это времени. Ты своими манипуляциями с замком заставила его занервничать. Он разволновался и сбежал.
Я молчала. У меня мороз по коже прошел, потому что я представила себе, как близка была совсем недавно к смерти. А что если бы я проявила чуть больше настойчивости, ковыряясь в замке, и нервы убийцы не выдержали бы? Он вполне мог убить и меня тоже.
— Убийца должен был успеть улизнуть из квартиры до того, как ты притащила и меня тоже, чтобы дать возможность поковыряться в замке, — не обращая внимания на мое состояние, говорила Мариша.
Я снова промолчала, и она наконец заметила, что мне очень не по себе.
— Ты чего такая бледная? — спросила она у меня. — Ты себя нормально чувствуешь?
Усилием воли я заставила себя кивнуть. Кивок получился слабый, едва заметный, но Маришу он удовлетворил.
— Тогда мы сейчас с тобой обыщем труп и вообще осмотрим тут все, а потом вызовем ментов, — сказала она мне.
— Труп!? Осмотрим?! — пролепетала я. — А чего его осматривать? Самый обычный труп. Я не хочу его осматривать!
Мариша только рукой махнула.
— Ладно, труп я осмотрю сама, — сказала она. — А ты посмотри, не изменилось ли чего-нибудь в квартире.
Я доплелась до стеночки и опустилась там на пол. Этим моя помощь в осмотре места преступления и закончилась. В голове у меня шумело, перед глазами носились звездочки, а в ушах стоял звон, и я боялась потерять сознание. Мариша тем временем довольно бодро занялась изучением карманов убитого Михаила.
На Михаиле были только брюки и легкая домашняя водолазка без карманов. В карманах брюк Мариша нашла бумажник, в котором лежало три тысячи рублей и восемьсот долларов. Кроме того, там имелись водительские права, принадлежащие Михаилу, загранпаспорт и две визитки.