Многие ромеи в панике сбежали через другие ворота, в том числе Бесс, в его логове Тотила нашел груды золота — "цену голода". Конона убили солдаты, чьим продовольствием он торговал и даже отправили императору послание со священником, что если им не заплатят по ведомости денег, то они перейдут к готам. Юстиниану пришлось выполнить их требование.
Тотила неоднократно посылал посольства императору, но Юстиниану "было ненавистно само имя готов, и он хотел совершенно изгнать их из империи", поэтому не вступал в переговоры. Не сумев договориться о мире, король готов приказал разломать ворота и сжег большую часть Рима, в основном находящуюся на северном берегу. Он собирался разрушить город полностью и сделать его пастбищем для овец, но Велизарий прислал готскому королю письмо, составленное Прокопием, с увещеванием не делать этого и Тотила, согласившись с аргументами, отказался от своего намерения. (Там говорилось, что существует два варианта исхода войны, в случае победы готов Рим останется его владением, а в случае поражения разрушение великого и славного города навеки покроет имя Тотилы позором).
Со своим флотом Тотила захватил и разграбил Сицилию, нагрузив корабли трофеями, продовольствием и конями; оставив там гарнизон, он вернулся в Италию.
Антонина морем отправилась просить помощи для мужа у своей подруги императрицы, но Феодора умерла от рака 28 июня 548 года. Тогда жена Велизария умолила Юстиниана отозвать мужа из проклятой Италии, и тот исполнил её просьбу.
На этот раз Велизарий вернулся в Константинополь без славы, "пять лет он скрывался бегством, постоянно переплывая от одного приморского укрепления к другому". Конечно же, вины полководца в этом не было.
Отозванного на шестнадцатом году готской войны Велизария Юстиниан "держал при себе в почете, поставив во главе императорских телохранителей".
По сути это было унижение, из прославленного генерала сделали капитана дворцовой стражи. Тем более, что фактически эти обязанности продолжал выполнять Марцелл, известный личной преданностью василевсу. Не доверяя больше Велизарию, император и против персов неожиданно для всех отправил, назначив главнокомандующим, старину Бесса, из-за жадности и некомпетенции которого был потерян Рим. Но Юстиниан разбирался в людях, Бесс, на восьмом десятке лет лично возглавив атаку, подавая пример своим солдатам, как Суворов Измаил, взял неприступную прежде крепость Петру в Лазике (Грузия). Был сброшен со штурмовой лестницы, но остался жив. Гарнизон крепости отчаянно сопротивлялся, почти все взятые в плен были ранены. Пять сотен персов заперлись в цитадели и, отказавшись сдаться, сгорели живьем.
КОНЕЦ ВОЙНЫ
Окончательно покорять Италию император послал евнуха Нарзеса, "наделив его диктаторскими полномочиями". Взятый в плен ребенком и изувеченный работорговцем, Нарзес принадлежал к известному армянскому роду Камсаранам (так утверждали льстецы), в то время (551 год) ему уже было 73 года. Это свидетельствует о кадровом голоде — нехватке компетентных полководцев, Юстиниан вынужден был простить и отправить отвоевывать Сицилию даже участника заговора Артабана. В Италию же первоначально был послан племянник императора Герман, но он умер под Сердикой (Софией). Мудрый старец Нарзес согласился возглавить войско, только если ему дадут необходимые для успеха средства и людей. Для похода он получил отборных воинов и вез с собой много денег, предназначенных для найма солдат и раздачи долгов итальянским гарнизонам. "Нарзес был человеком в высшей степени щедрым", многие начальники и знаменитые воины видели в нем своего благодетеля и кормились с его руки. С евнухом пошли три тысячи герулов Филемута, много персов перебежчика Кабада (внука Хосрова) и отряд неугомонного Фаги Обжоры. Также к его войску присоединились несколько тысяч лангобардов Альбоина и оставшиеся не у дел щитоносцы Велизария. Когда Нарзес выступил из Салоны (Салонники), под его началом было около тридцати тысяч опытных солдат.
Область Венеции находилась в руках франков, отказавшихся пропустить его войско. Они также заняли Коттийские Альпы и большую часть Лигурии. Нарзес не стал нарываться на конфликт, а обошел их по краю побережья, как и укрепления готов Тейи у Вероны, используя при этом суда. Без помех дойдя до Равенны, Нарзес повел свою армию на Рим.
В это время флот Тотилы потерпел поражение от императорского в битве за Анкону, 47 военными кораблями там командовал Индульф, неопытные в морском бою готы проиграли, вскоре была потеряна и Сицилия, взятая Артабаном.
Многолетняя война и её спутники — голод и чума опустошили Италию, на четыре пятых она потеряла свое население. "Италия таяла как свеча, коптя смрадом падали" (В. Иванов). Оставшиеся же ожесточились, былое благородство осталось в прошлом, теперь никто не просил и не давал пощады.
Судьба компании, да и всей войны, была решена в горной долине Апеннин при Тагине в 552 году. Против тридцатитысячной армии ромеев готы смогли выставить около двадцати тысяч. Там собрались не потерявшие веру и боевой дух бойцы, в основном ветераны, выжившие в многолетней бойне. К ним обратился Тотила: "Этот день целиком решит исход войны, которая измучила и истощила силы (обеих сторон)… Не щадите ни оружия, ни коней, в будущем они вам не понадобятся. И прежде всего, помните, что самое губительное для вас это бегство. Тот, кто смело бьется — в большей безопасности, бегство же очевидная смерть. Не думайте что все эти гунны, лангобарды, герулы нанятые за деньги, ценят их больше своей жизни и будут сражаться за них до последнего дыхания".
Свое войско Тотила построил в две линии, поставив впереди тяжелую конницу, за ней лучников и пехотинцев.
Построение ромеев было загнуто в виде полумесяца. Левый фланг, опираясь на холм, занимали Нарзес и Иоанн, с ними был "цвет войска, отборные телохранители и щитоносцы". На правом фланге находились отряды Валериана и Фаги, в центре фаланги Нарзес поставил лангобардов, герулов и других варваров, велев им сойти с коней, чтобы они не могли сразу же обратиться в бегство в случае неудачи. Каждый фланг был усилен выдвинутым вперед четырех тысячным отрядом лучников, а слева Нарзес углом поставил полутора тысячный засадной конный полк, чтобы ударить в тыл готской пехоте. Позади строя звенели на ветру, поднятые на шестах драгоценные браслеты, ожерелья и отделанные золотом уздечки — награда храбрым.
Битва началась с конного поединка, в котором, судя по именам, схватились два гота, выступавших за разные стороны — Кокка и Анзала. Ромей Анзала победил, увернувшись от удара, он вонзил копье в левый бок противника. Тогда, чтобы смазать впечатление от поражения, на великолепном коне вперед выехал сам король Тотила, в броне и с оружием украшенным золотом, с развевающими пурпурными флажками на шлеме и копье, являя собою зрелище великолепное и грозное. Он не вызывал соперника на бой, да и старый евнух Нарзес не вышел бы, его оружием был ум. Тотила ожидал скорого прибытия двухтысячного отряда конницы и тянул время.
Он устроил целое представление, мастерски управляя конем и играя копьем, молниеносно вертя и перекидывая его с руки на руку.
После того, как подкрепление подошло, король повел свое войско в атаку. Всадники готов, оставив позади пехоту, "устремились в слепом порыве храбрости" и попали в коридор между выдвинутыми вперед лучниками ромеев, поражаемые стрелами слева и справа. Они понесли многие потери, еще не столкнувшись с противником, а завязнув в спешенных варварских отрядах, получили фланговые удары тяжелой коницы катафрактов. "Уже под вечер, заколебались и двинулись две линии, строй готов отступая, римлян преследуя". Наконец, не выдержав натиска, готы побежали, опрокидывая и топча свою пехоту. В бою тогда погибло шесть тысяч человек, немногих пленных казнили, помимо готов, среди них были прежние ромейские солдаты. Смертельно раненного Тотилу телохранители вывезли из боя и похоронили вблизи городка Капри.
Готы, спасшиеся бегством, перейдя реку По, заняли город Тичино, где хранилась королевская казна и избрали новым правителем Тейю. Отступая на юг, они "беспощадно избивали всех встречавшихся им римлян", Тейя казнил и триста заложников из знатных семей, ранее захваченных Тотилой.
Нарзес, оставив отряд Валериана блокировать остатки разбитой готской армии, пошел на Рим, сдавшийся после короткой осады. Но сначала он избавился от лангобардов, те, помимо обычных беззаконий, поджигали на своем пути дома и насиловали женщин, вытаскивая их из храмов. Евнух одарил варваров богатыми подарками и отправил с сопровождающими домой.
Тейя оставшимся золотом хотел купить союз с франками, но те желали полной власти над Италией. Остатки готской армии Нарзес заблокировал к западу от Неаполя, у подножия вулкана Везувий. Два месяца противники перестреливались через узкое ущелье, пробитое черными водами реки Драконт, или сходились в поединках на единственном мосту, соединявшем её обрывистые берега. Лагерь готов снабжался кораблями с недалекого морского залива, когда же их флот был захвачен из-за предательства, готы отступили на лежащую поблизости Молочную гору. Считая, что лучше погибнуть в бою, чем от голода, они, оставив коней, напали на преследователей, построившись в глубокую фалангу в узком горном проходе. Увидев это, ромеи тоже спешились, последняя битва началась рано утром.
Впереди фаланги, держа перед собой щит и грозно подняв копье, стоял Тейя со своими телохранителями. Ромеи, ища славы, в большом числе нападали на него, "одни издали бросали дротики, другие старались поразить копьем". Король же, умело обороняясь, многих из них убил. "Всякий раз, как он видел, что щит его весь утыкан дротиками, он передавал его щитоносцу и брал другой. Так он сражался треть дня". (Вряд ли это могло происходить без перерывов). Когда в очередной раз в его щит вонзилось двенадцать дротиков (вес каждого около двух килограммов) и он уже не мог им двигать, как хотел, Тейя стал звать своего щитоносца, не покидая при этом строя. "Ни на один вершок не отступая назад, он как бы прирос к земле, убивая правой рукой, отбиваясь левой, и громко выкрикивал имя своего щитоносца. Тот явился к нему, неся щит, и Тейя быстро сменил на него свой, отягченный копьями. И тут на один момент, очень короткий, у него открылась грудь, и в этот миг он был поражен дротиком и тут же умер" (Прокопий).